Ольга Тимофеева – Бывший. Неверный. Родной (страница 40)
— Мне кажется, я больше стал успокаиваться, когда вы перестали спорить и все делить.
— Алексей, мой муж, не тот человек, что ради ребёнка будет сдерживать себя.
— Катя, пока этого не будет, для твоего сына будут стрессом отношения мамы и папы.
— Если только папу не заменим, — улыбается уголком губ Влад.
— Ну, ты тоже, папу нельзя заменить.
— Но отец я.
— Для ребёнка отец не ты, Влад. И как вы планируете дальше с Катей, это надо решать вам. Но идея Влада мне в общем нравится.
— Врач сказал, чтобы без потрясений, а вы предлагаете заменить ему папу. Что-то может пойти не так.
— Давай начнем с того, что я просто буду чаще к нему приходить? — предлагает Влад. — В обед могу и вечером. Пусть привыкнет сначала ко мне. А потом решим, как ему сказать.
— Влад, а это не будет потрясением, что незнакомый дядька к нему приезжает?
— Коля уже знает Влада и даже спрашивает, когда он приедет? — отвечаю Артему Александровичу за Влада.
— Когда он только все успевает… И я бы тоже к Николаю зашел. Может, как врач, чтобы не задавал вопросов, кто я?
— Я не знаю, — честно ему отвечаю. И боюсь за новый приступ, и хочу, чтобы Коля и с дедушкой познакомился. — Может, у врача лучше спросить?
— Да, ладно, я сам это решу.
Без стука кто-то заходит в дверь, и мы все на автомате оборачиваемся.
— Катюша?
— Привет, дядь Валер, — тут же поднимаюсь и обнимаю своего дядю, друга папы, отца Вовки и главврача этой клиники в одном лице.
— Вовка говорил, что ты приехала, но не ожидал прям тут встретить. Как же давно тебя не видел. Привет, Влад, — пожимает руку. — А вы чего у старого Артемида тут делаете?
— Дедом меня сделали, представляешь?
Глава 34
И я даже воодушевилась тем, что сказал Амосов. Мысленно настроилась, что все теперь будет хорошо, потому что у меня такая поддержка, а у Коли столько новых родственников, которые жаждут знакомства с ним. Главное, сдержать их.
Где-то уже и пожалела, что сказала. Хотя всё равно бы узнали. Влад бы, конечно, не скрывал от родителей ребёнка.
А Артем Александрович сразу и начал всем рассказывать.
Но легкость, которую порой ты сам себе придумываешь, на раз-два разбивается как хрустальный стакан, который стоит на краю и неустойчив даже от легкого толчка.
На послеобеденном сне у Коли снова приступ. И медсестра обтекаемо сказала, что приступ сняли, но звучало больше, чтобы не пугать меня. В подробности не вдавались.
Вечер, вместо того чтобы поехать к Амосовым, провожу с Колей. После приемных часов к нему уже, кроме меня, больше никого не пускают. Поэтому с опаской жду, когда уснет.
— Привет, — принимаю входящий от Влада.
— Кать, ты где?
— В больнице ещё.
— К моим не заедешь?
— Давай, в другой раз. Слишком много на сегодня у меня впечатлений.
— Они тебя ждут, если что.
Я поднимаюсь и выхожу в коридор, чтобы не разбудить сына.
— Влад. Уже девять вечера. Неудобно.
— Да на полчасика, чая попить. Ты же всё равно домой поедешь?
— Поеду уже, да.
— Ну? Решайся.
— Влад, мне неудобно туда одной идти, с пустыми руками.
— Ты не одна, а со мной.
— Так ты пока приедешь, пока мы доедем.
— Я уже на парковке перед больницей. Тебе же всё равно там только до девяти находиться можно? Мне правила местные рассказали. Потом я тебя отвезу домой. И папа говорил, что тебе надо развеяться.
— Ладно. Подожди десять минут.
— Жду.
Я как на американских горках последние недели. То у меня надежда, что все будет хорошо и лечу, улыбаясь, вверх, то узнаю о приступах и снова в пропасть. Или как сейчас — плато, не знаю куда в следующую минуту кинет.
Странное такое состояние. Я еду к родителям Влада, как будто они мне родственники, или как будто на семейный ужин. Но и то, и другое — не про нас. Не про нас с Владом. Скорее, мне просто хочется их поблагодарить, что помогли с клиникой, врачом. Пока бы до нас ещё дошла очередь…
— Как Коля?
— Приступ днем опять был… Когда это уже закончится…
— Мы справимся.
Мы… Но мне приятно, что он участвует и помогает.
— Влад, надо в магазин заехать, может? Что я с пустыми руками...
— Да не надо ничего, успокойся. Тем более, уже поздно.
Просто так у него все.
Ладно, я ж не на смотрины к ним еду. И правда, уже и так поздно. Лучше потом придумаю, как их отблагодарить.
Едем в темном салоне, фоном тихо играет радио.
— Влад, а ты отцу что-то про наследственность говорил. У него тоже такие приступы были?
— Нет, — усмехается, — это про другую наследственность. Я как будто повторяю все за ним. Хотя делаю это неосознанно. Просто по факту смотрю на себя в прошлом и вижу, что поступаю как отец.
— Он у тебя хороший.
— Он классный, да, но в отношении женщин…
— Не поверю, что он мог кому-то больно сделать.
— А я?
Молча смотрю на него в ответ. И так сам все знает.
— Вот и он так же. — Продолжаю смотреть, ожидая продолжения.
— Он что, Жене изменил?
— Нет, он изменил моей маме. Потом они разводились, потом это все началось у меня.
Точно наследственность.