Ольга Сушкова – Демоны пустыни (страница 63)

– Какое все старое… – прошептал Дик, внимательно рассматривая длинный волнистый пламевидный меч.

– Не старое, а историческое, – парировал ему сидящий на корточках Эрик, также сосредоточенно разглядывая витрину, подписанную «Восточная Индия, оружие начала XVI века».

– Ребята, пожалуйста, проследуем в следующий зал, – позвала нас экскурсовод и уже прошла в самое большое помещение музея. – Признаться честно, этот зал – мой самый любимый. Здесь собраны наиболее редкие и ценные экспонаты, которые находятся в нашей коллекции в единственных экземплярах. Обратите внимание вот на этот плоский метательный диск. Он называется чакра. Применялся в Индии до середины девятнадцатого века. Очень опасная вещь в умелых руках. Наружный край такого диска был острый как бритва. Диск раскручивали вокруг указательного пальца и со всего размаха бросали в противника.

– А как далеко она могла пролететь? – спросила Катарина, делая какие-то пометки у себя в блокноте.

– Около тридцати метров. И даже на таком расстоянии она могла перерубить ствол бамбука. А как вы думаете, куда крепилась чакра?

– Ну, наверное, на пояс, – предположил Питер.

– Я вас удивлю, но индийцы носили ее на тюрбанах сразу по несколько штук. Кстати, таким образом они защищали свои головы от ударов мечом.

В зале раздался вздох удивления.

– Но она еще и очень красива, – обратила на себя внимание Саманта.

– Совершенно верно, мисс. Нередко такие чакры украшали золотой насечкой и делали надписи религиозного содержания. Пройдемте к следующему экспонату. Это клинок под названием «крис». Тактика использования криса подразумевала быстрый укол и вытягивание. Часто на такой длинный клинок наносили яд. Справа вы видите тальвар – это индийская изогнутая сабля. Обратите внимание на гарду. Тальвары всегда украшали геометрическими фигурами, а также изображениями зверей и птиц. Согласно мифам, такое оружие считалось одним из орудий богов, с помощью которых силы добра воевали с демонами и прочими несуществующими созданиями.

– А что на нем написано? Вон, на лезвии какая-то витиеватая надпись, – спросила Анна.

– К сожалению, мисс, на этот вопрос у меня нет ответа. Данный клинок был найден в недавнюю экспедицию на восток Индии. Специалисты еще не подтвердили точную датировку, но уже известно, что эта вещь относится к двенадцатому-тринадцатому веку нашей эры. Расшифровкой надписи на лезвии они занимаются, но что это за вязь – распознать пока не удалось.

Экскурсовод говорила уже про следующую вещь, а я все еще рассматривал индийский тальвар. На первый взгляд он казался обычным мечом – сталь, красивая гарда. И кровь. Много крови. Она обволакивает все лезвие и растекается по подушке. Она может испачкать все вокруг, надо это остановить! Почему никто не вытирает кровь? Клинка уже почти не видно, надо вытащить его из этой лужи. Да, надо!

– Мистер Лайтмен, немедленно остановитесь! – раздался испуганный женский голос откуда-то слева, а чья-то сильная рука схватила меня за запястье. – Вы что! Что случилось?!

– Миссис Ферретт… – я схватился свободной рукой за голову и судорожно заморгал глазами, пытаясь понять, что произошло. Но кажется, я даже не помнил, что сделал. – Простите.

– Простите?! – к нам подбежала Маргарет. – А если бы стекло разбилось?! Вы с ума сошли?! Это недопустимо! Что вы себе позволяете?!

– Я пытался разбить стекло? – совершенно растерянно спросил я.

– Я вызываю охрану, – безапелляционно заявила экскурсовод.

– Уважаемая, прошу, давайте обойдемся без этого. Простите моего непутевого студента. Я сама с ним разберусь, – защищала меня преподаватель, отпустив мою руку.

– Вы должны лучше следить за студентами! Это музей, в конце концов! Выведите его отсюда немедленно!

– Он не из Индии… Этот остроконечный клинок, который вы назвали крисом, он не из Индии, – жестко сообщил я, вновь вернувшись к застекленной витрине.

– Что?! Да он еще и хамит! – завопила работница музея, багровея лицом.

– Южная Америка. Война за независимость. Восемнадцатый век. Не такая уж и древняя вещь. В Индии двенадцатого века настоящие крисы были другими.

– Мистер Лайтмен! Прекратите! Хватит! – миссис Ферретт снова схватилась за мою руку и потянула на себя, но я не сдвинулся с места.

– А вот тальвар настоящий. Он проливал кровь. Не один раз. «Подарок моему солнцу в знак нашей любви, побеждающей время» – вот что тут написано. Город Алариаль. Период Красного века.

– Какой еще Алариаль?! Какой Красный век?! Никогда не существовало такого города! – отрицала наш экскурсовод, встав между мной и витриной. – Молодой человек, это был прекрасный спектакль, по вам плачет театр. Но тут вам не сцена, а музей. Я попрошу… Вас… Вести себя подобающе. И добровольно покинуть этот храм искусства! Иначе мне придется расценить то, что вы хотели разбить стекло, как попытку кражи.

– Признаю, такое мое поведение никуда не годится, – предельно серьезно сказал я.

– То-то же, – согласилась Маргарет.

– Надо быть более аккуратным. Ведь все в мире бесплатно, пока тебя не поймают, – спокойно произнес я.

– В каком смысле?! Нэт, ты чего? – теперь уже это был взволнованный голос Дика, взявшего меня за другую руку. – Это уже не смешно.

Я перевел взгляд на парня, и кажется, он испугался. Не знаю, чего именно. Вероятнее всего, моего стеклянного отрешенного взгляда.

Посмотрел за спину толстяка и вдруг увидел, как знакомая мне девушка смотрит на меня, не сводя осуждающего взгляда. Нет, это не осуждение, это – страх. Я заставил Анну бояться? Нет… Как я это допустил? Что же я наделал? А что я сделал? Совершенно не помню. Или помню? Я прочел ту надпись. Откуда, тьма меня забери, я знаю, как читать индийскую вязь?! Стоп! Алариаль! Это же название того города из моих снов!

Я спешно обернулся. Позади меня стояли испуганные ребята. Снова эти взгляды. Да, я помню их. Так на меня смотрели в Лондоне. Они ненавидели меня, презирали, боялись, пытались от меня избавиться, делали все, чтобы я как можно быстрее ушел от них. Они все считали себя нормальными, меня же – нет. И они правы.

– Это не так… – вдруг донеслось до меня. Я судорожно стал озираться по сторонам. Мне не показалось. Я совершенно точно слышал голос. И он был мне знаком…

Мур стоял не так далеко от нас, он оперся на подоконник одного из окон зала и спокойно наблюдал за происходящим, сложа руки на груди. Не знаю, по какому такому стечению обстоятельств он оказался сегодня именно в этом городе, музее, зале, но на сей раз это был не мираж, молодой человек действительно решил посетить тот же музей, что и мы все. Почему-то мне стало жутко стыдно и одновременно жаль, что даже мой новый знакомый теперь знает, что со мной происходит. Не осталось никого, перед кем я по-прежнему мог бы притворяться нормальным, играть роль обычного студента. Но кого я обманываю? Ложь никогда не остается незамеченной.

– Маргарет, а ведь этот юноша прав, – я совершенно не заметил, как Мур вдруг оказался подле нас.

Благодаря своему высокому росту он возвышался над всеми нами, но не только это выделяло его из толпы. В отличие от прошлой нашей встречи, в этот раз молодой человек выглядел не как промокший бродяга, а как какой-нибудь банкир или хозяин ресторана.

– Ох, простите, сэр! Я сейчас же все улажу. Не случилось ничего серьезного. У нас все в порядке, – стала уверять разволновавшаяся женщина.

– Маргарет, вы, наверное, не услышали меня, – он перевел надменный взгляд на меня. – Я сказал, что этот юноша прав. Мы действительно ошиблись при подготовке коллекции. Тот клинок попал сюда по ошибке. Он должен участвовать в следующей выставке.

– Вы хотите сказать, что он правда из Южной Америки?! – подошла к незнакомому ей мужчине миссис Ферретт.

– Совершенно верно, – ответил Мур и снова посмотрел на меня. – Джонатан? Вас ведь так зовут?

– Да, – удивленно ответил я. Мур решил не показывать, что мы знакомы?

– Меня очень впечатлили ваши знания. Позвоните мне на досуге, – он протянул мне уже знакомую визитку, – думаю, нам будет о чем пообщаться.

– Конечно, спасибо. Мистер…

– Мур Хэйс[65]. Владелец этой коллекции оружия.

– Ничего себе, какой молодой, – прошептала стоявшая за мной Саманта.

– И наверное, жутко богатый, – поддержал ее Питер.

Вот уж точно, первое впечатление бывает обманчиво. Честно говоря, я ведь действительно не поинтересовался, кем работает мой новый знакомый. Но чего-чего, а такого я точно не ожидал. Словно тот человек, готовый чуть ли не спрыгнуть с утеса, и стоявший сейчас перед нами были абсолютно разными людьми.

– Ну так что, Джонатан? – спросил меня Мур.

Не успел я ответить, как неожиданно меня толкнул локтем в бок Эрик, и я увидел, как горят его глаза. Никакого страха больше не было, скорее он жутко гордился, что дружит с таким человеком, как я. Я поднял голову и заметил, что изменилось настроение не только этого парня, но и всех присутствующих. Мур смог повернуть ход событий в совершенно противоположную сторону.

– Да, обязательно позвоню. Спасибо, мистер Хэйс! – улыбнулся я и протянул руку.

На сей раз Мур без колебаний ответил на рукопожатие.

Экскурсия продолжилась. Какое-то время мистер Хэйс еще сопровождал нас по залам, но потом я потерял его из вида. Действительно, зачем владельцу всего этого богатства таскаться с какими-то студентами?! Но позвонить ему я определенно собирался. Позже. Может быть, сегодня вечером. Что же касается отношения ко мне, то все вернулось на круги своя. Даже миссис Маргарет ничего больше мне не сказала, хоть я и встретился несколько раз с ее недобрым взглядом. Спустя час мы все вернулись к автобусам, и миссис Ферретт снова меня удивила – она дала нам свободное время погулять по городу, пообедать, после чего мы должны были вернуться к ней и отправиться в Мэн.