Ольга Сурмина – Горничная немого дома (страница 94)

- Что случилось? — Мужчина вскинул брови, но тут же напрягся, слыша в темноте странные звуки, похожие на сдерживаемое рыдание.

- Прошу вас. Нет, я вас умоляю. Дайте мне денег, сейчас. Клянусь, я все отработаю.

Где угодно, как угодно. Все что скажете. На тот срок, который захотите. Если бы могла, я бы продала вам душу. Только, умоляю, дайте мне денег в долг. — «Синяя» вытаращила глаза на работодателя и сжала юбку.

- Что? — Холгарт стиснул зубы, внимательно изучая дрожащий силуэт. — Сперва потрудись объясниться. Что произошло, и почему ты сейчас здесь?

- Мой брат, он... он в реанимации. Отпустите меня к нему, я вернусь, как смогу, но сейчас мне очень, очень нужно уйти. Помогите. Прошу, помогите. Мне позвонили, сказали, он может не дожить до утра. - Она схватилась за лицо, и пальцы впивались в кожу. — Если я приеду прямо сейчас, может, мне позволят стать его донором. Может, особо не будут ничего шерстить, ведь жизнь человека:

- Донором? Ты?! — Казалось, Рик что-то осмысливал. — Ты хочешь стать его донором. Со своим сердцем. Я же не ослышался?

- Да. Хочу. — «Синяя» закусила губу. — Может, мы оба выживем.

- А, может, оба умрете. — Холгарт покачал головой. — Это безответственно. Нона.

Прими успокоительное и вернись в кровать. — Его голос раздавался в темноте, словно приговор. Смертельный приговор. — Ты, со своим здоровьем, ему не донор.

Никак. Ни сколько. А твое присутствие в больнице не сделает ему лучше. Между нами говоря, ему ничего не сделает лучше. Я не хотел этого говорить, но он не жилец. Ты пытаешься понять из могилы труп, хватит. Просто прими неизбежное.

- Ваше мнение мне ясно. — Уверенно отвечала она, пока зубы стучали от нервов. —Прошу вас. Просто дайте мне денег в долг. Сейчас. Мне очень нужно.

- И что ты будешь делать? Вызовешь машину, полетишь в больницу? Его не спасут никакие деньги. Я видел его карту. Нона. Вернись в кровать. Если хочешь, я могу побыть с тобой. — Он как-то странно отвел голову в сторону.

- Пусти меня к брату, больной собственник! — Рявкнула Сальровел сжимая кулаки.

- Нет. — Спокойно ответил хозяин, прикрывая глаза. — Тебе там делать нечего.

- Ублюдок.

- Я не позволю тебе смотреть, как он умирает. А он умрет. — Глаза блеснули в темноте. — И донором для него ты не станешь. Операцию ты просто не перенесешь.

- Какой же ты мерзкий человек. Ничего. Справлюсь. — Она раскрыла глаза, и направилась вниз, к лестнице.

Склонив голову, Рик проводил взглядом убегающую тень, сам не в силах побороть, нарастающее напряжение. Как бы он ненавидел ее брата, можно было бы дать ему шанс.

Если в этом был бы смысл. В больницах не умели вытаскивать с того света, в больницах лечили. Прогрессирующий рак этого молодого человека не останавливала ни химиотерапия, ни капельницы, ни таблетки... всего лишь растягивая время перед смертью. Усталый, несчастный... Последнее, что тот увидит, будут слезы его сестры, если Рик позволит ей выйти отсюда. Последнее, что увидит в нем она — холодное, умирающее тело.

Ни одной мысли. Влага на лице и бьющееся, неровно бьющееся сердце.

Спустившись на первый этаж, девушка даже не попыталась открыть входную дверь — она заперта, конечно же. Сегодня служанка не дежурит ночью, сегодня ключей у нее нет. Подойдя к первому попавшемуся подоконнику, она резким, холодным жестом скинула с него горшки с цветами, и раскрыла окно. Довольно высоко из-за фундамента, но опыт приземления с высоты у нее был. Напрягая все мышцы в теле, ни секунды не сомневаясь, Нона спрыгнула вниз, на прохладную, влажную землю. Клумба встретила ее очень радушно, девушка ничего не повредила, и, что было сил, побежала через сад к воротам.

Как обычно ночью, на них висел огромный, увесистый замок. Если постараться, можно было бы перелезть через него, но что дальше? У нее нет денег, чтобы, как сказал хозяин, вызвать машину. Никто никого никуда не повезет бесплатно, а пешком она дойдет до города, в лучшем случае, к обеду следующего дня. И то, если будет бежать, как бегун на марафоне.

Внезапно зареванное лицо озарила мерзкая, жестокая улыбка. Служанка, закатив глаза, подобрала острый камень с дороги и спрятала его за спину. Ночь, а, значит, ее коллега и старый знакомый, Ал, расхаживает где-то здесь, делая вид, что, охраняет участок. Оглядевшись по сторонам, она пошла налево. Отчего-то, казалось, что он должен быть там.

Глубоко вздохнув, Холгарт включил экран, на котором, как обычно, высвечивались квадраты помещений дома. Решительный настрой Сальровел настораживал, однако, мужчина думал, что теперь она пойдет к Ран. У кого еще просить помощь, раз такая ситуация? Однако, управляющая не смеет ничего решать без своего хозяина.

Когда он не увидел в нужном квадрате того самого силуэта, заметно напрягся. Она не там? Но где тогда? Щелкнув кнопку на пульте, он начал просматривать все с самого начала. Говорит с ним наверху, кричит, спускается вниз... вниз. Наблюдатель удивленно вскинул брови. Подойдя к окну, забирается за него, все горшки летят на пол... еще секунда, и его сотрудница выскользнула наружу, оставляя зрителя в шокированном недоумении.

«Это уже все границы переходит» - он скрипнул зубами, и, встав со стула, направился к выходу. Даже если ей повезло. Она не потянула лодыжку, не подвернула колено, не сломала палец на ноге... Даже, если все хорошо. Покинуть это место нельзя — забор теперь под напряжением, это знали все. Ворота под замком, столь высокие, что только идиот будет пробовать пересечь их. «Ничего не выйдет, хватит» - сквозь зубы повторял Рик сам себе, спускаясь следом за беглянкой. Ничего не выйдет.

- Ты хорошо услышал все, что я тебе сказала? — «Синяя» ухмыльнулась, подкидывая в руке острый, тяжелый кусок гранита.

- Услышал. — Ал замер, осматривая все вокруг. Ничего не попадалось на глаза, ни забытой садовником тяпки, ни вил, ничего... а стрелять в коллегу не стал бы. Даже зная, что пули не причинят ей особого вреда, лишь боль. Кон.х не хотел ей боли.

- Ну и? Что тогда замер? У меня нет времени, старый ты кретин. Мой брат умирает.

Дай мне ключи, и никто не пострадает.

- А если нет? — Он, напрягшись, отступи на шаг назад.

- Не заставляй меня повторять. Я вернусь в дом, и раскрошу твоей любимой Ран череп. Вы лишили меня самого дорого, что у меня есть. Поверь, попасть к ней в комнату будет просто. — Она сунула руку в карман, достав оттуда один из ключей, что нашла на чердаке. — Прозаично, не так ли?

- Когда ты успела?! — Мужчина нервно сглотнул.

- Можешь сейчас же накинуться на меня и попробовать отобрать. Попробовать поднять на уши весь дом. Я, более, не такая беспомощная, какой предстала перед тобой впервые. Все твои грязные приемчики, все движения... я знаю тебя, как облупленного, напарник. Отдай мне ключи, и никто не пострадает. Я просто уйду, и никто меня тут больше не увидит. Никогда.

- Оставишь их у входа. — С печальной улыбкой отозвался Ал, и кинул их подруге. Та сухо кивнула, но, к его удивлению, направилась не к выходу, а вглубь сада.

«Плохо блефуешь» - печально прошептал конюх. Он, как никто другой знал, что ключ в комнату управляющей - не плоский. А длинный, объемный, с резьбой на конце. Руки его бывшей напарницы тряслись, голос дрожал, и иногда ему казалось, что девушка всхлипывает. Припереть его к стенке было ее последней надеждой, и он, видя это, подыграл. Подыграл, глядя в глаза не опасному преступнику и психопату, что притаился в их рядах, а обессиленной служанке, находящейся на грани отчаяния.

«Спасибо за время, что мы провели, моя новая Герда».

Мужчина снова тяжело вздохнул, облокотившись на холодную, влажную стену богатого поместья. Когда его обвинят в том, что отдал ключ, он скажет, что ему угрожали. Кто, как, и каким образом... все будет честно и неочевидно, за такое даже не должны уволить. Как ни странно, она о нем позаботилась. Позаботилась, чтобы Ала не вышвырнули вместе с ней, когда этот ад закончится. Для правдоподобности ей бы ударить камнем его самого, но горничная не решилась. Не решилась...

Через пару минут сзади снова послышались шаги. Конюх, напрягшись, обернулся, но, увидев хозяина, рефлекторно отступил на пару шагов.

- Где она?! — Холгарт, сжимая кулаки, внимательно всматривался в темноту.

- О, это вы... - В тяжелой голове не было ни одной мысли, однако, бедный охранник решил изо всех сил попробовать потянуть время. — «Синяя»? Она была тут, туда...

- Куда она делась?! Что задумала?

- Не знаю... уйти, наверно. У нее был ключ от спальни Ран, и огромный, острый кирпич в руке.

- Какой ключ от спальни?! Это невозможно! Она наврала тебе, старый идиот, и ты повелся!

- Она показала его мне.

- Идиот! — Рик, было, замахнулся на работника, но тут же взял себя в руки, и пошел к воротам. Тот, оглядевшись по сторонам, побрел за ним. На травы уже давно опустилась роса, ее холод немного отрезвлял, но происходящее все равно держало нервы на пределе. Злость сковывала и ослепляла. Увидев замок на мощеной дороге, и раскачивающуюся от ветра воротину, хозяин окончательно пришел в ярость:

- В дом. Живо. Поднимай Ран, она знает, что делать.

- Но постойте, может...

- Живо, я сказал! — Он стиснул зубы, как вдруг, в ночной темноте послышалось странное ржание и стук копыт. Мужчины обескураженно переглянулись, и, не обмолвясь ни словом, рванули вглубь сада. Эти звуки никогда. Ни с чем нельзя было спутать.