Ольга Сурмина – Академия бракованных людей (страница 6)

— Может тебя к доктору? Ты астматик? Или, может, простужен?..

— Я просто подавился. — Тихо сказал он, по-доброму ухмыляясь. — Воздухом. Спасибо за заботу.

Скрипнув зубами, декан закатил глаза и стал вращать ключ в замке. Группа тихонько наблюдал за его действиями, не произнося ни слова. Судя по всему, каждый предчувствовал что-то очень неприятное.

Как ни странно, все заходили внутрь очень медленно, возможно, старались тянуть время. Студенты недовольно переглядывались, но все так же безмолвно рассаживались. Кабинет больше походил на студию, где каждый последующий горизонтальный ряд столов был выше предыдущего на десять сантиметров. Светлые столы, блестящий, коричневый паркет и идеальное настенное покрытие: светло-серое. Работники, будто, вымеряли его по миллиметровой линейке. Сзади столов, в ряд, стояли небезызвестные фикусы, а потолок освещали типичные заводские лампы. От аскетичной официальности, буквально, сводило зубы, добавляла кристально чистая, белая доска, предназначенная для водяных маркеров, и прямоугольные лампы над ней.

— Я даже боюсь дотронуться до этого стола своими жирными, нестерильными руками. — Процедила Рал и вскинула брови.

— Тише, увидит, что болтаешь. У него не то что глаза на затылке… по всему телу глаза. Молчи и смотри в пол, безопаснее будет.

Ее соседка кивнула и еще раз осмотрела светлое помещение. Никаких сколов на столешницах, никакой грязи, ничего, что так сильно ассоциируется с учебой в таком месте. По спине поползли неуютные мурашки, судя по всему, за неуспеваемость здесь лупят по рукам, указкой. Она лежала на преподавательском столе, вместе с журналом, учебником, и двумя записными книжками. Сам же учитель был в отглаженном костюме, правда, без галстука.

— Он что, собрался на свадьбу?! Ты сказала, он старик, но ему больше тридцати не дашь! Что за дела? — Не унималась Иида.

— Это ты сказала, что он старик! Черт, Рал, умоляю, заткнись! Давай позже это обсудим, хорошо? — Ния упрашивающе смотрела на соседку, которая развела руками и пожала плечами. Позже, значит, позже.

— Думаю, представляться нет смысла. — Спокойно заговорил декан, надевая тонкие прямоугольные очки. — Стоит начать с главного. Мой кабинет — моя рабочая зона, увижу, что кто-то лепит под стол жвачку, или рисует на стол — вышвырну сию секунду. Провинившийся будет отрабатывать. Драить все, пока сверкать не будет. Возможно не один день. Зачет будет складываться из общего числа баллов, полученных за семестр. Баллы это все, что вы делаете. Аудиторная работа, домашняя, самостоятельная. Хотя любая работа здесь самостоятельная… замечу игры коллективного разума — выставлю. Пропуск часов по любой причине отнимает у вас баллы, потому как ваши сверстники в этот момент их получают. Чтобы не отставать слишком сильно, могу предложить вам присылать работу мне по сети. Но, в таком случае, я буду давать индивидуальную, и решить ее нужно будет в течении некоторого времени. В идеале если отсутствующий будет записывать это дело на видео. Если материал понятен, это не должно напугать. По поводу учебного процесса. Услышу разговоры — выставлю, а, возможно, отлучу от занятий на несколько дней, или же назначу индивидуальные. Ваши взаимоотношения — ваши личные проблемы, но увижу, что кто-то выясняет их здесь — успокаивать нервы будете на первом этаже в любимой игровой комнате. Хамить мне — плохая идея, ибо тогда остаток дней, вплоть до мая, вы проведете там же. Через неделю назначу факультативные часы, которые все будут посещать в обязательном порядке. Так же, напоминаю, опоздавшие в кабинет не зайдут. Кто-то опоздает хотя бы на минуту — будет гулять по коридорам, радовать своей физиономией камеры наблюдения. Судя по всему, здесь все очень рады меня видеть. — Преподаватель засмеялся и сверкнул глазами, которые скрывали тонкие стекла. — Самая тупая группа на потоке. Если ваша успеваемость не поднимется, я удвою количество часов алгебры в неделю, помимо факультативов. Вопросы?

— Создания из ада проникают в нашу жизнь… — процедила Рал, но, благо, соседка ее не услышала.

— Простите! — Подняла руку Атта, и странно улыбнулась, рассматривая педагога. — А можно будет выйти, если что?

— До перерыва потерпишь. — С улыбкой ответил тот, и не было понятно, шутит он или нет. — Соберите тетради.

С последних столов слегка опущенные морально ученики передавали тонкие тетради, кто-то волновался, а кому-то уже было все равно. Прикусывая язык, девушки клали свои работы к основной стопке и передавали вперед — на первый стол… где они так и оставались лежать. Учитель медленно встал, взял стопку, и стал считать собранные, а как посчитал, растянулся в мерзкой, ядовитой улыбке:

— И чьей не хватает?

— Ну… моей. — Откликнулся паренек с заднего стола и заметно напрягся.

— И что же произошло? Съела собака? — По аудитории прошелся легкий гул, хотя посмеивающиеся ученики и старались держать себя в руках.

— А что если и так? — Униженный студент стиснул кулаки и сузил глаза.

— Интересно только, что она съела. Тетрадь, учебник, или твою способность мыслить? — Сидящие вокруг содрогнулись в резком приступе смеха, а бедняга, не сдавший работу, тотчас залился краской. — И не обидно начинать год с отрицательных чисел? Если ты, конечно, знаешь, что это такое… — Мужчина взял тетради, и начал их листать, проверял вычисления просто с катастрофической скоростью. Одна, вторая, третья… на секунду остановившись, он вновь раскрыл предыдущую тетрадь, сравнивая содержимое, и покачал головой. — Фарлоу, Иида. У вас, полагаю, один мозг на двоих, да?

— Ну… — Юрала скорчила ошалелую гримасу, в то время как ее подруга закрыла лицо руками и замотала головой.

— И как пользуйтесь? День через день, или по договоренности?

— А в чем дело? У задачи же одно решение, и, если у нас одинаково, это не значит, что мы думаем так же. В таком случае, пол академии думает одинаково. — Иида сцепила руки в замок и уставилась на преподавателя, но тот ухмыльнулся, и наклонился над девушкой:

— Попробуешь мне это доказать, м?

— Не попробую. — Она вздохнула и отвела глаза. Принять вызов по алгебре для нее приравнивалось к самоубийству.

— Итак. — Декан выпрямился и обратился ко всей группе. — Некоторые задачи здесь действительно будут иметь только одно решение. Но пол академии действительно думает одинаково — не хватает практики. Мы будем разнообразные решения задач, более того, все из известных. Алгебра — это логика. А логика — интеллект. Так вот, не слишком одаренные интеллектуально будут получать дополнительные задания, дабы нагнать остальных. Думаю, ты справишься, Иида. Быть может, к зиме, станет чуточку легче.

— Как скажете. — С кислой миной ответила та, но преподаватель уже перешел к комментированию другой домашней работы. «Вот для чего ему дополнительный час с утра… сколько самолюбования» — носилось у нее в голове, но рта она, более, не открыла. Ния сочувственно смотрела на подругу и глубоко вздыхала, пока учитель алгебры в пух и прах разносил учащихся.

Время тянулось медленно и печально, однако звонок быстро вывел окружающих из транса. Декан к тому времени закончил показательные унижения, и во всю объяснял новый материал, проводя маркером по доске рукой настолько ровно, что с линейкой нельзя было расчертить ровнее. Всего десять минут отдыха, и еще одна порция алгебры, хотя у студентов уже распухал мозг внутри головы, давил на черепную коробку, заставляя чувствовать боль и усталость.

Учитель напомнил про камеры внутри кабинета и вышел, предоставив подопечных самим себе.

— Я, кажется, не чувствую содержимого головы… — Ния устало вздохнула, и накрылась учебником, словно домиком.

— А мне всегда казалось, что там пусто. — Ответила Рал, явно передразнивая нового преподавателя.

— Ой, очень похоже. Мне даже не по себе. — Засмеялась Фарлоу, махнув рукой. — Что ты там говорила? Как на свадьбу? Нет, он всегда так ходит. Я однажды его в городе встретила… так вот полупальто у него точно такое же, как и пиджак, и цветом черное, и покрой тот же…

— Кому-то явно не хватает фантазии и воображения.

— И не говори.

— А что он такой злой? Страшно подумать, какой он по отношению к семье, детям… карманный тиран, вот.

— Семья? Дети? О чем ты! Он одинокий, мало того, ему…ты права, двадцать девять вроде бы? Ну, понимаешь, уже не самый молодой, но и совсем не старый.

— Вот оно что… — Юрала откинулась на спинку стула и громко рассмеялась. — Молодой, красивый, даже слишком красивый для своей должности, посмотри на него! Ухоженные волосы, к тому же длинные, идеальное лицо, и рубашки, судя по всему, на заказ. Гей же.

— Не интересовалась. — Смутилась Ния, явно обдумывая ответ подруги. — Может быть, может быть… странно в таком возрасте быть одиноким. Твоя идея кажется вполне логичной.

— Да, он бы оценил.

Девушки рассмеялись, странно переглядываясь. Короткая перемена позволила расслабиться и отвлечься, они радостно обсуждали обед в столовой, и блюда, которые будут сегодня. Иэн, сидя в стороне, с улыбкой наблюдал за подругами, которые, судя по всему, быстро пришли в норму. Возможно, к концу дня можно будет попробовать позвать их на прогулку.

Декан с непроницаемым лицом шел вперед, неестественно часто поглядывая на часы. Кафедра была всего лишь в нескольких метрах, всего через пару шагов он сможет немного расслабиться и привести мысли в порядок.