Ольга Сульчинская – Личные границы. Установить, поддерживать, защищать (страница 23)

«Мама неохотно рассказывала про своего отца, моего деда. Уже взрослой я узнала, что он работал в КГБ и подписывал расстрельные приговоры».

«Мне сказали, что сын родился семимесячным, и я поверил. Но в семь лет ему делали операцию, и, просматривая больничные документы, я увидел, что у него третья группа крови. А у меня и у жены – вторая…»

«Я ненавидел отца за то, что он изменяет матери и даже не трудится это скрывать. И презирал мать за то, что она это все терпит. Но оказалось, что я ему не родной, и когда он узнал это, разводиться не стал, но посчитал, что он свободен от обязательств, и вот так они с матерью и жили. Я до сих пор не знаю, как мне быть с этим. Кажется, я никогда не женюсь, от женщин можно всякого ждать, если уж даже мать обманывала меня».

«В 16 лет меня изнасиловал на вечеринке одноклассник. Мы оба были пьяны, я плохо соображала, что делаю, мне хотелось только целоваться, но он заставил меня заняться сексом. Когда я хотела поговорить об этом с мамой, она рассердилась, закричала, что я сама виновата. Я такого не ожидала, было горько и одиноко. Много лет спустя узнала от тетки, что маме тоже пережила насилие, она очень долго приходила в себя и не могла говорить о чем-то подобном».

«Мне сказали, что бабушка уехала в санаторий. Я годы ждала, когда же она вернется, и не могла понять, как она могла меня бросить: почему не звонит, не пишет. Я решила, что чем-то ее обидела и искала свою вину. Лучше бы сразу сказали правду, что она умерла».

«Мне было двадцать, когда я узнал, что до того, как родители поженились, у отца была другая семья, и что у меня есть брат всего на три года меня старше. Мы познакомились и иногда общаемся. Но мне страшно жаль, что я не узнала его раньше, я ведь так мечтала о брате!»

«У меня совершенно не задерживаются деньги. Трачу все, что зарабатываю, и даже залезаю в долги, хотя оклад у меня хороший и человек я в целом не легкомысленный. Я поговорила об этом с психотерапевтом, и она посоветовала поинтересоваться более пристально семейной историей. Так я выяснила, что деда по отцовской линии раскулачили после Октябрьской революции, а прадеда по материнской вообще расстреляли как классового врага, так что где-то у меня в подсознании записано, что делать сбережения бесполезно, а быть богатым опасно».

Необходимость умалчивать о чем-либо становится стрессом и для тех, кто скрывает, и для тех, кто не знает. С сохранением тайны связаны такие чувства, как страх (наказания или осуждения), стыд и вина. Дети часто улавливают их и, не догадываясь о причинах, считают себя ответственными.

Тайны касаются не только прошлого, но и настоящего. Речь, конечно, не о фразах, которыми перебрасываются те, кто помнит анекдот, откуда они были взяты; не о девичьих секретах сестер и спрятанных до торжественного дня подарках, – такие секреты никого не ранят и не приводят к конфликтам.

Но такие тайны, как чьи-то долги, внебрачная связь, зависимость, вызывают напряженность. Можно разделить тайны по признаку, кто и от кого скрывает что-то: родители от детей, супруги друг от друга, семья от всех окружающих.

Рассказывает Эвелина Б., 20 лет:

«Когда мне было лет тринадцать, мама сказала, что намерена подать на развод, и спросила меня, как я отношусь к этому. Я не могла сказать ни да, ни нет, мычала что-то невнятное, сказала, что в любом случае люблю ее. Она долго объясняла, почему папа плохой и она с ним не может жить. А потом взяла с меня слово, что я ему ничего не расскажу о нашем разговоре. Родители до сих пор вместе, но я ушла из дома при первой же возможности. Потому что я совершенно перестала понимать, как себя вести. Все время надо было делать вид, что все в порядке. Я смотрела, как мама обнимает отца, смеется над его шутками, и мне хотелось кричать: „Перестань притворяться!“. Но когда они ссорились, было еще хуже. Сейчас я стараюсь свести общение к минимуму с ними обоими. И с тоской вспоминаю то время, когда отец со мной играл, рисовал для меня смешные картинки, и мы были лучшими друзьями. Я чувствую, что предала его, но исправить это не могу».

Мы боимся ненароком проговориться, боимся разрушить чье-то благополучие (основанное на неведении) и выглядеть предателями в глазах людей, чье мнение для нас небезразлично. Нам приходится следить за своими словами и поведением. Мы перестаем действовать в своих интересах.

Сохраняя такую тайну, мы (не всегда осознанно) «берем ее на хранение», впускаем в свой внутренний мир нечто чужое и можем чувствовать, что нам эта тайна навязана, что мы вынуждены участвовать в ней вопреки своему желанию. Но если мы осознаем, что такое положение дел доставляет нам дискомфорт, то можем принять решение изменить его. Это не значит, что мы обязаны открыть эту тайну. Но если решим сохранять ее и впредь, то будем это делать вследствие нашего собственного, а не навязанного нам решения (например, в силу семейной лояльности). Или мы можем рассказать тем, кого это касается, о своих переживаниях, предупредить, что мы больше не намерены эту тайну хранить, и предоставить им возможность действовать по собственному усмотрению с учетом нашего предупреждения.

Как создать четкие границы в семье

Четкие границы – это когда каждый член семьи понимает, чего от него ждут и хотят другие. Когда понятно, что кому нравится и не нравится. Когда в семье нет «заговоров», коалиций и объединений против кого-то. Когда все благожелательны, чувствуют себя в безопасности, никто не исключен и не становится козлом отпущения. Это не исключает столкновения интересов и конфликтов, но помогает их не затягивать и разрешать конструктивно.

Чтобы установить границы, нужно общаться, соблюдая четыре условия:

общаться всем вместе, никого не исключая;

регулярно;

открыто;

никого не осуждая.

Дети участвуют в обсуждении вместе со взрослыми, но последнее слово остается за родителями.

Практика

Соберитесь всей семьей, когда у вас есть для этого время. Расскажите о том, что хотите обсудить правила, которым вы будете следовать.

Например, это может быть:

уважение: каждому дают возможность высказаться, никого не будут перебивать, насмехаться или критиковать раньше, чем он закончит выступление;

безопасность: кто и когда сообщает о том, где находится;

вклад в семейное дело: кто и что может сделать для семьи;

обращение за помощью и ее предоставление: к кому, зачем, в какое время и с чем можно обратиться за помощью;

доходы и расходы: кто и сколько получает денег на личные расходы; какие есть потребности у семьи в целом и кто их будет финансировать;

планы на будущее: на выходные, на лето, на учебу детей и т. д.;

сроки: что и когда вы будете выполнять.

Набор тем может быть разным в разных семьях.

Понятно, что есть темы, которые обсуждают только взрослые члены семьи. Но для детей полезно, чтобы они чувствовали себя включенными в общую жизнь на правах полноценных членов, и понимали, что происходит в семье. Тогда они будут вырастать, чувствуя интерес и уважение к себе и своим идеям. Это позволит им ответственно вносить свой вклад, а не просто подчиняться и бунтовать.

Это особенно важно, если учесть, что наше общение с детьми продолжится и после того, как дети вырастут. Нам, взрослым, тоже надо заранее учиться равноправному и уважительному общению с ними. Даже если к нам самим в детстве относились не так!

Глава 10.

Тело и сексуальность

Тело – физическое воплощение нашего «Я». Хотя это не означает, что первое со вторым совпадает. Иногда мы живем так, словно тело – просто механический носитель нашего внутреннего содержания и на него можно не обращать особого внимания.

Между тем, тело – это не только биологический организм, но и физическое выражение нашей индивидуальности. Осанка, походка, привычные позы, жесты, тембр голоса отражают изменение нашего настроения и состояний, а иногда и убеждений.

Австрийский психоаналитик и один из основоположников телесно-ориентированной терапии Вильгельм Райх ввел понятие «панцирь характера». Это мышечные зажимы (устойчивые напряжения), которые возникают, когда мы сдерживаем какие-либо сильные чувства (гнев, страх, сексуальное возбуждение, стыд и т. д.). Он называл 7 зон, в которых обычно накапливается напряжение:

Глаза. «Пустой» или «бегающий» взгляд. Зажим возникает, когда не хочется что-то видеть, на что-то смотреть.

Рот. Подбородок, горло, затылок. Зубы стиснуты, челюсть cжата. Или наоборот, слишком расслаблена. Зажим возникает, когда сдерживается, плач, крик, гнев.

Шея. Горло, язык. Сдерживается гнев, крик, плач.

Грудная клетка. Плечи, лопатки, руки. Проблемы с дыханием. Сдерживается смех, печаль, желание обнять кого-то.

Диафрагма. Солнечное сплетение, внутренние органы, мышцы вокруг позвоночника на этом уровне. Сдерживается гнев и отвращение.

Живот и поясница. Сдерживается страх, злость, неприязнь.

Таз, паховая область, ягодицы. Сдерживается возбуждение, гнев, удовольствие.

Эти зажимы можно снять при помощи специально подобранных упражнений, выполнять их лучше в присутствии специалиста по телесно-ориентированной терапии. Здесь я привожу их для того, чтобы подчеркнуть: нет ничего, что было бы ближе к нашей душе, чем наше тело.

Отношение к телу двойственно. Мы, как правило, особенно болезненно относимся к критике наших телесных проявлений и воспринимаем ее как грубое вторжение в нашу интимную область. Но это не мешает многим беспощадно критиковать самих себя и одновременно эксплуатировать свое тело как не имеющий собственной ценности предмет обихода. Случаются и такие ситуации, когда мы делаем выбор – и не в пользу тела, и не в пользу своих первых естественных реакций.