Ольга Суханова – Жизнь Анны, которой не было (страница 11)

– Что же мне теперь делать, ведь должен же быть выход? И почему, почему из всех молодых людей, которые ходят по улицам, ей понадобился именно мой Володя?

– У Ангела смерти свои цели. И что за ними стоит, нам неведомо. Достань свой амулет, сотри с него пыль и подумай, что эта вещь может быть наполнена силой, способной сметать города и поворачивать вспять бурные реки. Повернись лицом к своей судьбе, не надо идти ей наперекор. Бороться с тем, что тебе предначертано, глупо и смешно, а иногда так просто опасно. И про меня тоже постарайся не забывать.

Вытирая слёзы, Анна открыла маленький потайной ящичек, ловко спрятанный под крышкой стола, и извлекла из него заброшенный древний амулет. Вид он имел унылый, и, казалось, печально и с укоризной глядел на девушку пустыми безликими глазницами, где по предположениям некогда сверкали драгоценные каменья.

– Ты должна наполнить его прежней силой, и лишь тогда получишь ту мощь, которой он некогда обладал. Ты обретёшь могущество, способное противостоять многим посланникам Аида. Во всяком случае, такие сущности, как Кларина, не причинят тебе зла. Правда, для этого надо хорошенько потрудиться и пройти долгий путь, наполненный разными испытаниями. Но и сегодня амулет может принести тебе немало пользы. Лишенный своего арсенала против демонов и прочих жителей мира теней и пустых оболочек, он способен на многое здесь, среди людей. Пригрей, приручи его к себе, и в трудную минуту он отблагодарит тебя за это.

Анна достала из красивой, расшитой красным шелком коробочки новую золотую тесьму и продела её в маленькое серебристое ушко амулета. Старый кожаный шнурок она выбросила, пропитанный вековой копотью и грязью он выглядел слишком отвратительно.

– Буду носить тебя под платьем, даже несмотря на то, что ты такой тяжелый и неудобный. Может, всё же поможешь мне защитить Володю от страшной умершей женщины, которая возомнила себя его невестой, – сказала Анна амулету.

Шли дни, Анна пребывала в состоянии постоянной тревоги за своего возлюбленного. Она стала замечать такие мелочи, на которые раньше и не подумала бы обратить внимание. Например, ей казалось, что молодой человек не по сезону легко одет, что старый вязаный шарф плохо закрывает его худую шею, а постоянная усталость от бессонных ночей изматывает юношу до болезненного измождения. Девушка металась в поисках решения трудной задачи, когда и каким образом совершит своё нападение Кларина. Анне были неизвестны планы Ангела смерти, и оттого никакой защиты она дать Володе не могла. Говорить с ним на эту тему тоже не имело смысла, юноша не стал бы всерьёз относиться к предостережениям Анны. Слишком нелепой и неправдоподобной представлялась вся эта жуткая история со стороны. Да и некогда ему было думать о смерти.

Созидательный процесс захватил юношу так сильно, что буквально лишил сна и покоя. Портрет Анны начал получаться. После долгих усилий он наконец-то сумел вдохнуть в него жизнь. Володя благоговел перед ожившим лицом, перед глазами, которые теперь смотрели на него не с мертвого холста, а из неведомого сумрачного мира, дверь в который он каким-то неведомым образом умудрился приоткрыть. Эта победа пьянила его: наполняя гаммой чувств, от одурманивающего восторга, до мистического страха перед своим же творением. Нанося очередной мазок, он чувствовал еле уловимую вибрирующую отдачу, и, если штрих был неверным, дама на портрете возмущалась, вскидывала бровь или недовольно кривила губы. Ну а если прикосновение кисти художника было ей по душе, она ласково жмурилась, как довольная кошка.

Кем была та молодая женщина на его портрете, Володя не понимал. Она всё дальше уходила от оригинала, обретая собственную независимую судьбу. Молодой человек даже стал их сравнивать как двух разных женщин с очень похожими лицами. Одна Анна была сегодня весела и беззаботна, вторая пребывала в печальной задумчивости, а на другой день картина могла измениться.

Несмотря на нехорошие мысли и тяжелые предчувствия, Анна порой обижалась на своего друга. Несколько раз Володя стремительно убегал домой просто потому, что угадывал нечто новое в лице Анны и немедля хотел добавить этот штрих на своё полотно.

– Неужели тебе интереснее общаться со своими кистями и красками, чем со мной? – дулась Анна.

Но Володя обезоруживал её своим умоляющим взглядом, она поправляла ему шарф, напоминала, чтобы он обязательно просушил ботинки, и отпускала, оставаясь наедине с ноющей болью в сердце.

В тот вечер они попрощались, как обычно. Володя обласкал Анну своими солнечными глазами, их отношения так и не зашли дальше лёгких прикосновений и этих красноречивых взглядов. В последний момент, когда юноша уже развернулся, чтобы уйти, девушка, ведомая неким порывом, метнулась за ним вслед, обхватила руками за шею и прильнула губами к его губам.

– Я никогда тебя ей не отдам! Ты слышишь меня! Она мертвая, а я живая! Не уходи к ней! – зашептала Анна, обжигая его лицо горячим дыханьем.

Юноша опешил от такого проявления чувств со стороны всегда сдержанной в признаниях подруги, он прижал девушку к себе и вдруг начал оправдываться:

– Аня, милая моя, но ведь это твой портрет. Неужели ты думаешь, что он хоть как-то может соперничать с живой натурой?

– Странно и как-то безлико ты меня назвал – живая натура. Так говорят про позирующих живописцам красоток, но не про любимых подруг.

Володю смутила неожиданная обида Анны, она никогда не говорила ему, что сомневается в его чувствах, не показывала вида, если ей что-то не нравилось, больше соглашалась, чем противилась. Сегодня же девушку словно подменили. Она готова была разрыдаться, как ему казалось, без всякого на то повода.

– Прости меня, если причинил тебе боль.

Володя попытался поцеловать Анну в ответ, но она уже справилась с чувствами и слегка отстранилась.

– Не сейчас. Прошу тебя, Володя, не сейчас.

Юноша вновь увидел строгую и холодную Анну и в тот же миг подумал, что, возможно, Анна на портрете сегодня в более хорошем настроении и не станет мучить его пустыми подозрениями и незаслуженными упрёками.

А на другой день он не пришёл. Анна почувствовала острое беспокойство через десять минут после срока намеченной встречи. Володя никогда не опаздывал, он был точен до педантичности и осуждал людей способных нарушать договорённости. Прождав ещё с полчаса, она, полная самых нехороших предчувствий, двинулась в сторону людной Ламаевской улицы, где они так любили покупать горячие пирожки.

Володя жил в высоком кирпичном, изъеденном плесенью доходном доме, поделённом на множество маленьких клетушек, сдаваемых внаём таким же небогатым людям, как и он. Лестница в доме была тёмная и грязная, но Анна всего этого не замечала. Володя как-то показывал ей своё тусклое окошко под самой крышей, девушка острым умом безошибочно высчитала, где должна находиться его комната.

Дверь была чуть приоткрыта. Володя сидел на своей узкой кровати, уронив голову на стол. Тускло горела лампа, освещая левую часть лица, словно высеченную из белоснежного мрамора. Анна, тихо подошла к нему и обняла. Тело было безжизненным, холодным.

– Аня, любимая, я ушёл.

– Зачем, куда, я же здесь! Мне без тебя невыносимо!

Девушка рыдала в голос, сейчас её умение различать голоса мёртвых впервые сыграло с ней неимоверно жестокую шутку.

Давно, ещё в детстве, Анна услышала, как соседка рассказывала её матери о нелепом случае, который произошел с её родственницей. Бедняжка получила письмо от мужа, которого уже схоронила. Почтовый поезд тогда застрял на заснеженном полустанке, и трагичная весть обогнала полное жизни и надежд посланье. «Как это страшно – получать известия с того света!» – эту фразу Анна почему-то запомнила, но совсем тогда не поняла. В своём общении с мертвыми, она видела лишь познавательный интерес и не пропускала эти разговоры через чувства.

Сегодня же пришло время и ей понять, насколько тяжелы бывают потери, а самое главное, каким страшным даром она на самом деле обладает. Прижав Володину голову к груди, девушка чувствовала её холодную безвольную тяжесть. Душа уже покинула мёртвое тело, но при этом каким-то непонятным образом продолжала говорить с Анной:

– Та женщина, она пришла за мной. Заставила пойти с ней. Я не смог сопротивляться.

– Ты не мог сопротивляться? Это немыслимо! Неужели ты сам позволил Кларине увести тебя из нашего мира? Ты добровольно меня покинул!?

Анна попыталась взглянуть в лицо своего возлюбленного, но широко открытые глаза смотрели на неё печально и строго, волшебный свет ушел из них навсегда, оставив девушке лишь холодный, ничего не значащий, мертвецкий взгляд. Она всё ещё могла слышать его родной голос, но и он с каждой фразой становился всё тише и обрастал странным объемным эхом, будто бы Володя зашел в какой-то круглый тоннель, и поэтому звук приобрёл это многоликое вращательное отражение.

– Всё случилось оттого, что я долго не мог найти твой образ, у меня не получался портрет. Я уже совсем перестал спать и есть, искал, искал… но не мог отыскать ту грань, за которой пряталась твоя душа. Желание поселить в портрет жизнь стало моим наваждением, я думал только о нём. Каюсь, я думал о нём больше, чем о тебе, Аня. Наверное, по дурости был уверен, что ты никуда от меня не уйдёшь, что будешь рядом всегда, а поэтому не умел ценить…, – Володин голос сорвался, он помолчал несколько минут, после чего заговорил совсем тихо: