Ольга Суханова – Запретная музыка (страница 10)

Он почувствовал, как Эрика отстранилась, и не стал удерживать и теснее притягивать к себе. Девушка впервые чуть встрепенулась, потом робко приподняла голову и взглянула ему прямо в глаза.

– Что-то не так?

– Все не так, – выдохнула она. – Но я просто на тебя смотрю. Просто смотрю на тебя. Никто раньше за меня не заступался. Ни разу.

Вальтер быстро перевел разговор:

– Если не добудем лошадей – отправимся по реке к ближайшей границе. Сначала доберемся до Ластры, оттуда – до Рейнберга. Почти сразу после него владения Карлоса заканчиваются, а на земле своей сестры, королевы Карлотты, он нас преследовать не станет.

– Нас?

– Доберемся до столицы всего королевства. Ты бывала в Литеберге? Если на самом-то деле? Это ведь уже не земли Карлоса.

– Нет. Не бывала.

– Я почему-то так и думал. Тебе понравится Литеберг. Мой давний знакомый держит там фехтовальную школу. Он уже не раз звал меня поработать там наставником, так что без куска хлеба не останемся.

– Ты… – Эрика несмело выдохнула, – ты что, меня с собой зовешь?

– Да.

– Зачем я тебе? – она замолчала, закусив губу, но тут же снова подняла голову. – Зачем? Я никогда больше не смогу быть красивой. Не смогу подарить тебе девственность, родить ребенка. Я даже самую простенькую песенку тебе спеть не смогу.

***

Марко злился на себя. Зачем ему надо было так честно и прямо отвечать на расспросы Тома? Он что, не мог что-нибудь придумать, чтобы не упоминать Камиллу? Нет, не соврать, он же не собирался никого обманывать. Но надо было как-то обойти это и ничего не рассказывать о своей невесте. Мало ли… например, сказать, что его потянуло в стражу, потому что захотелось воинских подвигов.

Глупо. Конечно, глупо: в стражниках у принца Карлоса были не благородные воины, а преступники, стремящиеся заработать прощение, или бывшие наемники, не отягощенные высокой моралью и думающие только о заработке.

Сначала Марко решил броситься в родной Фоссеберг и увезти Камиллу и ее отца в укромное место, но тут же отказался от этой идеи. Когда принц сказал о том, что собирается привезти девушку в свой замок, его люди наверняка были уже в пути. И уж точно казначей Карлоса выдал им достаточно денег, чтобы в любой дыре можно было быстро найти свежих лошадей и двинуться дальше, не теряя ни минуты. А у него лишь один красавец Бриллиант и несколько последних монеток, ведь новеньким стражникам пока еще ничего не заплатили.

Отбить или похитить Камиллу, когда ее привезут в замок принца? Даже если это чудом получится – будет шум, скандал, и имя ни в чем не виноватой Камиллы окажется у всех на устах. К тому же Марко не давала покоя клятва верности стражника, которую ему пришлось бы нарушить.

Оставалось одно – найти Вальтера и доставить его к принцу Карлосу. Живым или мертвым. Марко готов был броситься на поиски прямо сейчас. Его гнедой красавец Бриллиант уже давно успел отдохнуть, а поздний вечерний час молодого стражника совсем не пугал: Марко знал, что мост через ров около замка для него опустят в любое время, да и в Сваннестаде человеку из стражи принца отопрут ворота даже среди глубокой ночи. Надо было ехать немедленно, не теряя ни минуты. Он кинулся в караульную, чтобы найти Тома, но, как ни спешил, все же остановился на лестнице напротив высокого, в человеческий рост, бронзового зеркала. Новая форменная куртка ладно сидела на крепкой мускулистой фигуре. Марко задержался на несколько мгновений, вытянул из-под куртки воротник и манжеты рубашки и тщательно их расправил, чтобы было видно дорогое кружево редкой работы. Зря, что ли, он потратил на это кружево весьма значительную часть своего пока что не полученного жалованья? Он бросил последний взгляд в зеркало. Камни на рукоятке меча сверкали, угольно-черные глаза сверкали еще ярче. Марко подкрутил пару темных завитков своей роскошной шевелюры и помчался вниз.

Он нашел Тома в караульной. Командир стражников был там один, и Марко сразу заметил, что у Тома до сих пор плавает взгляд.

– Решил не терять времени?

Марко кивнул, потом, не дожидаясь приглашения, опустился на лавку рядом с Томом.

– Ты знаешь все о каждом из нас. Расскажи, что тебе про него известно.

– Злишься на меня? – вместо ответа спросил Том.

– На себя. Ты делал свою работу, на что тут злиться? Расскажи все. Откуда он, где мне его искать, куда он мог податься. Родные, женщины, друзья, привычки. Все, что знаешь. Ты же при приеме на службу все выпытываешь.

Том, явно борясь с тошнотой, покачал головой:

– Я не брал его на службу.

– Как так?

– Мне его, считай, навязали. Правда, до сегодняшнего дня я ни разу об этом не пожалел.

Марко не стал переспрашивать. Ему не терпелось все разведать и скорее броситься в дорогу, но он понял, что сейчас лучше промолчать – пусть Том сам говорит.

– Он был одним из заключенных в северном форте, – начал командир. – Это почти все, что я знаю. За что он там оказался – понятия не имею. Да, утром будешь в Сваннестаде – получишь у казначея принца часть жалованья и деньги на расходы.

– Я слышал, из северного форта живыми не выходят.

– Обычно не выходят. Не знаю, сколько он там провел. Похоже, немного. Года три назад, вскоре после истории с этой уличной певичкой, в северном форте случился страшный пожар. Пьяные тюремщики уронили лампу на солому, и деревянная пристройка тут же занялась. Ночь была ветреной, пламя от пристройки перекинулось на деревянный навес у башни, и понеслось… Тюремщики мигом протрезвели и стали выводить людей, и, хотя выводили всех в оцепленный стражей внутренний двор, многим в суматохе все равно удалось бежать.

– Значит, сбежал?

Том хмыкнул:

– Нет. Этот дурень сначала помогал другим выбраться из горящего дальнего крыла, куда не решились сунуться стражники, а потом таскал воду из колодца. Потом поскользнулся на мокрой каменной лестнице и полетел вниз. Ударился башкой. В суматохе его вместе с телами обгоревших и задохнувшихся кинули на телегу, а когда он очухался – телега была уже за стеной форта.

– А за что он туда попал, значит, не сказал?

– Нет. Вальтер неразговорчив, если ты не заметил. Да и как выбрался оттуда, он мне не рассказывал. Говорил только, что был заключен в форт. Все остальное мы по поручению его высочества узнали сами. Говорят, возница, у которого в телеге застонал труп, еще долго заикался. А комендант, который уже внес Вальтера в списки погибших и успел отправить эти списки в Литеберг, испугался, что его накажут за неточность в документах. Он махнул на бывшего узника рукой, лишь бы ничего не исправлять и не объясняться перед королевой, и отпустил Вальтера с миром.

– А в стражу-то тебе его как навязали?

– Принц поехал в свой охотничий домик на Белое озеро, а мы с частью стражи его сопровождали. На ночлег остановились в Ластре. Там унылый постоялый двор. Была зима, на улице адский холод. Для его высочества протопили единственную отдельную комнату, а моим парням пришлось ночевать внизу, в общем зале. А там на самом теплом месте, у камина, дрых какой-то одинокий безоружный путник. Ну они и решили его согнать.

Марко невольно усмехнулся.

– Ага. Что было дальше, я уже догадываюсь.

– Когда принц спустился на шум – все мои парни были вышвырнуты наружу. И я потом тоже.

– И его высочество тут же захотел этого путника себе в стражу?

– Именно.

– Где его искать – непонятно.

Том, нахмурившись, с трудом выговаривал слова:

– Будь я на его месте – поскорее выбрался бы за границы сваннестадских земель. Не повезло тебе, Марко. Жаль.

– Найду, – Марко уверенно кивнул. – Найду и справлюсь.

Командир недоверчиво хмыкнул, и Марко вспыхнул:

– Он же не железный, ему нужен отдых и сон. И он старше – значит, будет уставать быстрее и сильнее.

– Ну да, ну да. В двадцать два все те, кому за тридцать, кажутся развалинами. А, вспомнил еще, – Том с трудом поднял голову. – Мы дважды сопровождали его высочество в соседние страны. В Свартланн и в Вилию. Оба раза именно Вальтер был у нас за толмача, в Вилии его вообще принимали за своего.

– Мог он сейчас туда податься? Вдруг он и правда вилиец?

Том пожал плечами, и Марко повернулся к двери.

– Не буду терять времени.

– Я в тебя верю. У Вальтера есть чистоплюйская манера щадить противника, надеюсь, это тебе поможет. Хотя если он решит убить – убьет.

Марко вышел, не ответив. Он спустился по каменной лестнице, нашел общую комнату для челяди, разбудил конюха, приказал вычистить и оседлать Бриллианта – и через четверть часа копыта прекрасного гнедого коня уже застучали по мосту через ров. Несмотря на глубокую ночь, Марко останавливался у каждого трактира на пути и везде расспрашивал, не показывался ли здесь недавно высокий светловолосый мужчина, один или со спутницей. Ему казалось, что жемчужная булавка Камиллы даже через рубашку и плотную форменную куртку обжигает кожу. И только на подъезде к городу Марко немного успокоился. Он обязательно настигнет Вальтера и не позволит, чтобы с Камиллой случилось что-то плохое. Марко в который раз пожалел, что успел уже дать клятву стражника, но назад теперь пути не было. Ладно. У него и у Руфа прекрасные кони, а еще – молодость, задор и две неплохо работающие головы. А вот беглецы будут выбираться пешком. Лошадь Вальтера осталась в конюшне при замке Карлоса. Лошадь Эрики – приземистый рыжий мерин Бочонок – наверное, на одном из постоялых дворов Сваннестада. Марко, ночевавший вместе с Эрикой в лесу, знал, что обузой в дороге девушка не будет. Скорее даже наоборот. Но в драке она совершенно бесполезна. Теперь-то он понял, почему Эрика так отчаянно пыталась научиться бросать нож. Стражникам она за себя отомстила, а вот до самого принца не добралась. В покои его высочества ей было никак не проникнуть – ни во дворце в Сваннестаде, ни в загородном замке. Это она знала. Оставалось одно – нож, брошенный из толпы. Например, во время одного из городских праздников, когда принц Карлос вместе с нарядно одетой свитой проезжал бы по главной городской улице.