Ольга Старушко – Гласные. Стихи (страница 2)

пара кленовых лепажей. Как рано — двадцать шагов до ствола басурмана, чорная Лета и стынущий гипс… Здесь – чудеса: околдованный видом, двадцатилетним влюбившись в Тавриду, он пронесёт эту страсть сквозь года. Станет ли счастлив, найдёт ли отраду, если однажды запишет в тетради: чести моей никому не отдам? …Лето. За речкой восток золотится. Ангел махнул тополиным крылом, видя склонённые к мальчику лица. Саша родился. И солнце взошло.

Слово

Вздыхает юг, и влажное тепло пропитывает меркнущие рощи. С ветвей сползает лиственная плоть: сопреть, истлеть. Туман идёт на ощупь, похолодев, сгустится до крупы, насытит воздух, скрадывая звуки. И отпадёт нужда в словах. Любых. И онемеет лес, воздевший руки, и в белом шуме будет только свист, сухого снега шелест, шёпот, шорох на ледяном ветру. И ты таись, покуда в кронах безголосых, голых не забурлит от света жаркий сок и почки не нальются, чтобы снова свободно с языков зелёных тёк немолчный лепет лиственного слова.

Дровосек

Народился только позавчера: буквы эр блестит наточенный серп, месяц – лезвие того топора, что несёт за горизонт дровосек. В чернолесье в самый раз топоры — гарь очистить от упавших берёз. Снизу ветер пробирает до слёз. Сверху звёзды точно гвозди востры. И подлесок, и метёлки травы схватит иней: за его серебро им наутро не сносить головы, нажитое рассыпая добро. Эх бы снег, да рановато ещё засвистать ему – и знать, потому дровосек пока уходит во тьму, заложив топор за право плечо.

Кратко

Кра-кра. И через паузу – кра-кра. С ветвей берёзы грай летит вороний. Где на тропинке грязь была вчера, сегодня иней выделяет корни. Кра-кра, не унимается, кра-кра, смотри же под ноги, потом смотри на небо: что здесь оставить, что с собою брать, с кем быть, что выть, кому воды и хлеба, медяк луны на веки, серебра осклизлого на потные ладони — кра-кра, определись, орёт, кра-кра.