Ольга Старовойтова – Лифт перемен (страница 7)

— Дети всё слышат, — сказала Надежда негромко.

— Ты преподаёшь в школе, тебе виднее.

— У меня их тридцать в классе. Каждый слышит всё, что не предназначено для его ушей, и не слышит ничего из того, что предназначено.

— Точно, — сказала Марина. — Это он.

Помолчали. За окном снова прошёл трамвай — тот же или другой, отсюда не разобрать.

— А у меня мама, — сказала Надежда. — Если к нам — она будет в комнате, но дверь приоткроет. И потом спросит, кто приходил, откуда, чем занимаются и замужем ли.

— Замужем? — переспросила Марина.

— Мама убеждена, что подруги должны быть замужем. Незамужняя подруга, по её теории, только тянет вниз и подаёт дурной пример.

— Прекрасная теория, — сказала Александра.

— У неё много таких.

— Тогда скажи маме, что мы замужем, — сказала Марина.

— Я не могу врать маме.

— Надя, ты сегодня сказала ей, что едешь к коллеге на методическое мероприятие.

Надежда открыла рот. Закрыла.

— Это другое, — сказала она неуверенно.

— Чем?

— Это... это была необходимая неточность.

Марина посмотрела на Александру. Александра смотрела в блокнот с видом человека, который старается не улыбаться.

— Необходимая неточность, — повторила Марина. — Хорошо сказано. Беру в оборот.

Надежда почувствовала что-то среднее между смущением и неожиданной гордостью.

Александра открыла новую страницу блокнота.

— Давайте договоримся о правилах. Три пункта, больше не нужно.

— Опять правила, — вздохнула Марина, но без возражений.

— Первое — не осуждаем. Каждая живет, как умеет, объяснений не требуем.

— Принято, — сказала Надежда.

— Принято, — сказала Марина.

— Второе — говорим честно. Если что-то не нравится или кажется неправильным — говорим, но без грубости.

— Это в мою сторону, — сказала Марина.

— В общую, — сказала Александра.

— Ладно.

— Третье — не даём советов, которые не просили.

Надежда и Марина переглянулись.

— Это тоже в общую? — спросила Марина.

— В общую.

— А мне кажется, что советы как раз нужны, — сказала Надежда. — Иногда человек не знает, что ему нужен совет.

— Тогда можно спросить — хочешь, скажу? — предложила Марина. — Я так иногда делаю.

— Редко, — сказала Александра.

— Ну, иногда делаю. В хорошие дни.

— Хорошо, — согласилась Александра и написала в блокноте. — Третье — перед советом спрашиваем разрешения. Так?

— Так, — сказала Надежда.

— Пойдёт, — сказала Марина.

Александра закрыла блокнот. Взяла кружку с матчей, которая уже остыла. Посмотрела на двух женщин за своим кухонным столом — одна с котятами на носках, другая с курткой на спинке стула и кружкой крепкого чая.

Странная компания. Совершенно, абсолютно странная.

— Ещё один вопрос, — сказала она. — Название.

— Какое название? — спросила Марина.

— Чат без названия. Клуб без названия. Это неудобно.

— Клуб зрелой любви, — немедленно сказала Надежда.

— Нет, — сказала Марина.

— Почему?

— Потому что «зрелой». Как будто мы фрукты.

— Ну а что тогда?

— Клуб нормальных женщин в поисках нормального мужика.

— Это не название, это объявление на столбе, — сказала Александра.

— Тогда придумай сама.

Александра постучала пальцем по закрытому блокноту.

— «Три» — просто и без лишнего.

— Три чего? — спросила Марина.

— Просто три.

— Звучит как сериал про криминал.

— «Невский фарватер», — сказала Надежда мечтательно.

Обе посмотрели на неё.

— Ну, мы все в Петербурге. Фарватер — это путь. Мы ищем путь.

— Надя, — сказала Марина, — фарватер — это судоходный коридор в реке. Мы не баржи.

— Это метафора.

— Я знаю, что это метафора. Просто плохая.