Ольга Станкевич – Шепот пустоты (страница 9)

«Среди моих знакомых точно нет подобной сладострастной нимфы. Такую не забудешь и не перепутаешь. В этом клубе я никогда не была, но могла видеть её на афишах раньше. Может, так и запомнила?» Девушка уже сделала пару шагов вперёд, когда на нее снизошло озарение.

– Это она! – вслух выкрикнула Настя, чем заслужила вопросительные взгляды проходящей мимо семейной пары.

Смешавшись и даже покраснев, она пробормотала что-то невразумительное и вернулась к плакату. Как завороженная она разглядывала томное лицо и ярко-красное сердечко. Сомнений практически не осталось – мертвая девушка на полу ее спальни и есть красотка с плаката.

– Боже мой, – пробормотала Настя, хватаясь за телефон и фотографируя афишу.

Самый удачный снимок она отправила Илье, ожидая немедленной реакции, но ее не последовало. Обсудить своё открытие хотелось незамедлительно, и она, не колебаясь, набрала его номер.

– Что стряслось? – вместо приветствия недовольно спросил мужчина.

– Посмотри фотографию! – без предисловий объявила Настя

– Если ты прислала мне фото «18+», спешу тебя предупредить – Кристине это может не понравиться...

– Бери выше – «21+». Сначала посмотри, а потом комментируй.

Настя отключилась, до того, как Илья успел придумать достойный ответ, и вновь уставилась на плакат. Первая мысль – отодрать его от кирпичной стены была с сожалением отвергнута. Плакат крепился как-то уж очень хитро – под пластиковым стеклом. У входа в клуб камера, да и прохожих много, все-таки середина дня и центр города. Как минимум сочтут ее страсть к картинкам с обнаженкой подозрительной, а как максимум – полицию вызовут. Тут тебе и вандализм и порча чужого имущества на почве неприятия эстетического видения обнаженной натуры. В общем, довольствоваться ей пришлось только парой фотографий в мобильном телефоне.

Ещё раз оглядев зеркальные окна входной группы, оформленной в греческом стиле, Настя прочитала название: «Элизий».

«Креативно, – подумала она, оценивая имитацию тёмных колонн и остроконечной крыши, – интересно, как он работает?»

Скромного вида вывеска сообщала, что по выходным бар работает с четырёх часов вечера и до самого утра.

– Времечко для выхода «в свет» ещё не наступило, – для верности подергав дверную ручку сказала Настя и направилась к магазину.

Мысли в голове метались, как заведенные и, подойдя к прилавку, она не сразу вспоминала, что хотела купить. По инерции попросив булку хлеба, девушка быстрыми шагами вернулась к неброскому входу в «Элизий». Портрет красотки висел на прежнем месте, что не могло не порадовать, потому что некоторые сомнения в собственной адекватности у Насти уже появились.

«Почему со мной обязательно случается какая-то ерунда?! – задавалась вопросом она, подозревая себя в лёгком помешательстве. – Сначала Филипп, теперь это... Если исходить из принципа, что все, что с нами происходит, мы либо заслужили, либо допустили, получается, я как будто сама виновата. Но в чем?»

Ужасно хотелось ругаться матом, бить посуду или как-то ещё выразить свои чувства, но вместо этого она вгрызлась зубами во вкусно пахнущую корочку свежего хлеба и побрела к дому.

«Итак, девушка с плаката мне не привиделась. Конечно, в моей спальне она была... Несколько несвежа и выглядела иначе, но сомнений быть не может – это она. Татуировка-то ее! Насколько высок шанс того, что две похожие между собой блондинки набили на груди одинаковую татуху? Если это Москва, конечно, такая вероятность не исключается, но наш город даже не миллионник!»

Настя могла бы ещё долго вот так стоять и нервно грызть булку, если бы не зазвонил ее мобильный.

– Ты где? – недовольно вопрошал Илья, видимо, успев убедиться в том, что она не дома.

– Я тут, возле входа в «Элизий», – с набитым ртом отвечала девушка.

– Ты там ешь что ли? – спросил Илья, кажется, немного удивленный.

– Я хлеб купила, он ещё тёплый был, я и не удержалась...

– «Кто тебя создал такую...» – почти пропел мужчина, сообщив, что скоро подойдёт.

От ее дома, до обозначенного злачного места было не более пяти минут пешего хода, и Настя уселась на скамейку у детской площадки во дворе дома. Вход в «Элизий» располагался со стороны дороги и почти не просматривался с облюбованного ею места, но Илья заметил девушку издалека.

– Все сидишь и ждешь принца? – вместо приветствия спросила он, а Настя закончила его мысль:

– На грязно-синем «Форде». Ты как всегда вовремя.

– Показывай свои скабрезные картинки. Жуть как интересно, ради чего ты меня из постели вытащила.

– Вон там на входе блондинка висит, – указала рукой Настя. – Иди, любуйся, я на нее уже полчаса таращусь, удивляюсь, как ещё охранник не выбежал?

– Тут есть охрана?

– А чёрт его знает. Официально работают с четырёх.

Илья отсутствовал не долго, не более пары минут, и Настя даже заскучать не успела.

– Да уж, – мрачно вздохнул он, возвращаясь к скамейке, – по всему выходит – барышня-то наша!

– Ага, – кивнула Настя, с оставшейся в руках початой булкой хлеба, – я тебе так и сказала.

– Каюсь, надеялся, что тебе привиделось.

– Среди бела дня?

Илья удрученно посмотрел сначала на девушку, потом на обгрызанный хлеб и поинтересовался:

– Обедом накормишь?

– Как чувствовала, целую кастрюлю борща сварила, котлет нажарила, картошечку свеженькую запекла.

– Ты не безнадёжна, – поднимаясь с места объявил Илья и тихонько побрел к дому.

– Не спеши делать выводы, – догнала его девушка.

– Даже если обед меня разочарует, благие намерения уже достойны похвалы.

– Почему ты...

– Не оставляю в беде прекрасную беременную даму? – закончил за нее Илья.

– Я хотела сказать, лезешь не в своё дело, но твой вариант звучит солиднее.

– Предпочитаю приглядывать за тобой, вдруг твой любовник выйдет на связь. У меня к нему есть кое-какие претензии.

Настя понимала, что его слова, хоть и звучат неприятно, не лишены обоснованности. Филипп, с которым она успела подружиться слишком тесно, оказался серийным убийцей, от рук которого пострадала в том числе и невеста Ильи.

– Как ее звали? – тихо спросила она, – Ты никогда не называл ее имени...

– Анжела, – буркнул он, вырываясь немного вперед.

Складывалось впечатление, что он хочет уйти от этого разговора и этих воспоминаний, но Настя ему не позволила.

– Ты не веришь в то, что он умер?

– Скажем так, я из тех людей, которые любят все перепроверять.

– И в то, что полиция сможет его найти, ты тоже не веришь?

– Столько лет не могли и вдруг смогут? Сомневаюсь...

– Если дело только в этом, то ты зря тратишь на меня время, – догнала его Настя, а он хмыкнул и глянул на нее скептически.

– Дело не в том, что мне хочется его обелить или помочь уйти от ответственности, как ты, должно быть, подумал. Травмы после такого падения если и совместимы с жизнью, то только безрадостной. Это я тебе как медик говорю. Тут помимо черепно-мозговой, могут быть повреждения внутренних органов, множественные переломы, включая позвоночник. Объяснять, что будет с человеком, если повредить позвоночник, думаю, не стоит?

– Тебя послушать, так он и встать с того места не должен был!

– Не должен был, – согласилась Настя, – мог отползти, но не далеко. Если ему никто не помог...

– Значит, кто-то помог! – ожесточенно настаивал на своём мужчина.

– Насколько я знаю, у него нет ни родных, ни знакомых в этом городе, вряд ли он мог к кому-то обратиться. Скорее всего, он действительно добрался до обрыва и упал с него. Это наиболее вероятный вариант развития событий, и следствие пришло к такому выводу не только потому, что они хотели поскорее закрыть дело...

– Говори, что хочешь, но от меня тебе не отделаться, – подвел итог их беседе Илья, – буду беречь тебя от сомнительных связей, как зеницу ока.

– Да я не возражаю, пасись рядом, – пожала плечами Настя, – мужик в хозяйстве всегда пригодится. Я сегодня думала, как бы так мебель переставить, чтоб место где труп лежал прикрыть. Оно меня немного напрягает. Думаешь, стол посреди комнаты будет уместен?

– Ты – ненормальная! – покачал головой Илья, – твой любовник оказался маньяком, у тебя из квартиры только-только труп вывезли, ты ждёшь ребёнка непонятно от кого, а тебе и горя мало! Идёшь грызешь хлеб и думаешь, как бы мебель переставить!

– Просто что-то так вкусно пахло свежей выпечкой, я не удержалась, – призналась Настя.

– Говорят, у беременных должен быть жуткий токсикоз! А уж в такой ситуации...