Ольга Станкевич – Горький привкус соблазна (страница 8)

Сестра стояла у окна, в руках у нее был маленький серенький мобильный телефон. Она писала кому-то СМС, не обращая внимания на младшую сестру.

«Какая же она красивая», – подумала Лили, разглядывая ее.

Софья была старше на восемь лет, но эта разница в возрасте ощущалась особенно остро, потому что девушки пять лет назад потеряли родителей, и воспитанием Лили занималась сестра.

Софья была выше сестры и немного плотнее. Соблазнительная, очень женственная фигура была ее гордостью, и девушка любила ее демонстрировать. Сейчас на ней был тоненький цветной халат с запахом, открывающий идеально округлые, стройные ноги. Огромные зеленые глаза, такие же, как и у самой Лили, всегда были ярко подведены, а волосы, которые сестра обесцвечивала в платиновый блонд, были забраны в пучок.

– Любовнику пишешь? – спросила Лили с любопытством.

Сестра не отвечала. Вокруг нее всегда была куча поклонников, в отличие от Лили, для которой Костя был первым серьезным увлечением, не считая, конечно, робких ухаживаний одноклассника Мишки, который однажды прислал ей Валентинку на четырнадцатое февраля. Когда Дашка Соловьева узнала об этом, она рассказала всему классу, и они были всеобщим посмешищем до конца учебного года.

Лили залезла в холодильник, обнаружила там макароны и банку засохшего соуса. На плите стояли заботливо поджаренные сестрой котлеты.

– Ты меня ждала, – улыбнулась девушка накладывая себе тарелку макарон и вилкой выскребая соус.

– Я догадывалась, что твой студент тебя не накормит, – кивнула головой сестра.

– Сонь, не всех же мужики должны по дорогим ресторан водить и сушами да роллами кормить.

– На твоего мальчика даже время тратить не стоит, – поучительно изрекла сестра, – поищи себе нормального мужчину, с которым не придется часами на морозе торчать.

– Сонь, ты такая смешная, не в деньгах счастье.

– Так говорят только те, у кого денег отродясь не было, – отрезала умудрённая разнообразным жизненным опытом сестра.

Чайник засвистел пронзительным свистом, а Софья отложила телефон, выключила газовую конфорку и принялась заваривать чай с кусочками сушеного мандарина. Лили любила такой чай, терпкий с ярким новогодним привкусом.

– Рассказывай про своего студента, – сказала Софья усаживаясь рядом с Лили на оббитый светлым дерматином стул.

– Сонечка, он такой классный! – улыбаясь во всю ширь зубов и наспех проглатывая еду, принялась тараторить Лилия. – Он такой высокий, такой нежный и заботливый и у него щетина забавно колется.

– Избавь меня от этих соплей, – прервала ее Соня, – лучше расскажи, чем он занимается и где живет.

– Он учится на моем факультете, на курс старше меня, скоро закончит и пойдет работать в прокуратуру. Сейчас он живет в общежитии, но когда устроится на работу, ему дадут квартиру. Совсем забыла, Костя принес мне шоколадку, – вспомнила девушка и, вскочив со стула, бросилась в прихожую.

Сумку Лили нашла не сразу, а найдя, быстро вернулась к сестре. С трудом расстегнув заедающий на потрепанной сумке замок-молнию, она нашла дорогой сердцу презент.

– С орешками! – резюмировала она кладя на стол слегка поломанную плитку с изображением трех медведей с известной картины. – Он правда очень- очень хороший. Тебе он обязательно понравится.

– Ты о шоколаде, или о своем студенте? – хмыкнула Софья и добавила – Заранее отрицательный ответ на оба варианта. Я не ем сладкое, ты же знаешь.

– Ты все поняла! И не фыркай, – грозно предупредила ее сестра, – нельзя оценивать людей только по их кошельку. Деньги – не единственная ценность в мире.

– Боже мой, за столько лет я ничему не научила тебя, – сокрушалась Софья, – где бы мы с тобой были, если бы я не оценивала мужчин по их кошельку. Слава Богу, Арсений Борисович оплачивает нам эту квартиру и твою учебу. А то жила бы ты в общежитии, как твой студент, только в отличие от него не в общежитии юридического факультета престижного вуза, а какого-нибудь ПТУ имени рабочего и колхозницы.

– Сонечка, я очень благодарна тебе за все, что ты для нас делаешь, но позволь мне думать своей головой.

Лилия ласково обняла сестру, почувствовав тонкий аромат дорого парфюма, исходящий от ее волос.

– У тебя новые духи? – спросила она.

– Да, Сенечка подарил, сказал, что хочет, чтоб у нас с его женой был один аромат, а то эта стерва все время к нему подозрительно принюхивается.

– Ты любишь его?

– Сенечку? – спросила Софья удивленною. – С ума сошла? Зачем мне его любить?

– Как зачем? Ты же ложишься с ним в постель и вообще….

– Какая же ты еще малышка, – старшая сестра рассмеялась, легко и непринужденно. – Мне не обязательно его любить. Пусть его жена любит, мне достаточно просто хорошо к нему относится.

– И ты совсем не хочешь за него замуж?

– Каждому свое, – философски ответила Соня, – я довольна тем, что у меня есть. Арсений нам помогает, хорошо ко мне относится, а большего мне и не надо.

– А как же семья? Дети?

– Семью и детей я оставлю тебе, – улыбнулась сестра, поднимаясь из-за стола. – Сижу тут болтаю с тобой, а скоро Сенечка приедет, мы должны сегодня идти ужинать в ресторан, пятница же.

Софья поставила кружку с недопитым чаем в раковину, где уже гнездилась изрядная гора немытой посуды.

– Посуду помой, – распорядилась она, покидая кухню – мне надо сделать маникюр.

– Ты придешь поздно? – спросила Лили и вместе с тарелкой просеменила вслед за сестрой.

– Не думаю, – ответила Софья усаживаясь за их небольшой туалетный столик и доставая флакончик ярко-красного лака. – Сегодня мы обойдемся только ужином.

Через несколько мгновений комнату заполнил едкий химический запах, а Лили залезла в кресло рядом с сестрой, прихватив с собой все тот же розовый плед. Софья медленно и методично покрывала ногти на красивых длинных пальцах ярким глянцем. Очень аккуратно, ноготок за ноготком. Лили посмотрела на свои все еще немного опухшие ладони с коротко остриженными ногтями, лишенными всякого блеска и спрятала руки.

– Почему ты всегда такая красивая? – спросила на сестру.

– Потому что красота придает мне уверенности. Она – мое главное оружие – коротко ответила Соня.

– Зачем тебе оружие? Мы же не на войне.

– Вырастешь – поймешь, – рассмеялась Соня и принялась сушить свежий лак.

– У него хоть машина есть? – спросила Соня, возвращаясь к давно забытой теме после недолго молчания.

– У кого? – потеряла нить разговора Лили.

– У студента твоего, или у тебя еще кто-то есть?

– Какая машина, ты что, у него стипендия 800 рублей и комната в студенческом общежитии.

Софья закатила глаза, давая понять свое отношение к подобному положению вещей.

– И не надо закатывать глаза, я же пока не собираюсь за него замуж.

– Ключевое слово – пока.

– Давай лучше наряд выбирай, – перевела тему изрядно уставшая от наставлений сестры Лилия.

Софья скинула халат, оставшись в дорогом черном кружевном белье, и в этот момент ей нельзя было не залюбоваться. Стройное тело грациозно скользило отражаясь в зеркальной створке шкафа. Лилия хотела быть похожей на сестру, но знала, что у нее ничего не выходит. Она не так раскована, не так уверена в себе и не так сексуальна.

Сонька распахнула шкаф, надела чулки. Отправляясь на свидание, она часто одевала чулки с подвязками, наверное, чтоб сводить мужчин с ума. Не такой умудренной опытом Лилии казалось, что сестре это удается на все сто процентов.

– Тебе непременно нужно родить девочку, – сказала она, – такую красоту необходимо передать потомкам для улучшения генофонда.

– От Сенечки что ли? – рассмеялась Софья, – Сенечкино семя никоим образом генофонд не улучшат.

– Какой он? – спросила сестра с любопытством, она никогда не видела Арсения Борисовича, хоть и была обязана ему образованием и крышей над головой.

– Невысокий, лысоватый и немного близорукий. Я тебя уверяю, ты ничего не потеряла от отсутствия возможности лицезреть его воочию.

Соня надела черное платье, плотно облегающее силуэт, распустила волосы, сбрызнула их парфюмом и поправила макияж. Все эти действия не заняли у нее более пятнадцати минут.

– Сенечка из штанов выпрыгнет, – резюмировала Лилия одобрительно.

Соня утвердительно кивнула.

– Кстати, сегодня я договорилась с одним своим знакомым на счет твоей практики. В понедельник тебе нужно будет подойти к его шефу и все узнать. Хорошо себя зарекомендуешь, может тебя и на работу потом возьмут.

– Хорошо, я схожу в понедельник, спасибо, дорогая.

Мобильник сестры громко завибрировал в тишине квартиры, и Софья быстро сняла трубку.

– Я уже спускаюсь, – ответила она невидимому собеседнику и выглянула в окно. Свет фар прорезал ночной полумрак.