Ольга Спиридонова – Схватка Вслепую. Книга 2 (страница 3)

– Да хоть вороной за ней летай, но чтобы она все время была под присмотром, – недовольно пробурчал, желая поскорей избавиться от надоедливого собеседника домовой.

– Разрешите выполнять!? – вытянувшись в струнку кивнул Мотя.

–Свободен, – махнул рукой домовой, выпроваживая его из гостиной.

Глава 3

Субботний день, который начался для Тани затемно, тянулся бесконечно. Вставать рано во время каникул причин не было, но несмотря на это девчонка проснулась до рассвета. Ее разбудил проникший сквозь закрытую дверь кухни чудесный запах. Узнав его Таня, как будто вернулась в детство, почувствовала себя снова маленькой и не открывая глаз заулыбалась. Она догадалась, что это мама перед утренней сменой успела испечь любимые всей семьей ватрушки, которые на Урале называли шанежками. Скоро хлопнула входная дверь – это Валентина убежала на работу, а Таня не смогла больше уснуть, как ни старалась. Встав и помыкавшись по квартире, в которой стояла гробовая, тягостная тишина сходила в магазин, несколько раз вытерла пыль, попыталась читать, раз десять позвонила Дунгаре, чтобы договориться о встрече, но та не брала трубку. После двухнедельного, как все говорили отсутствия и возвращения домой при ясности сознания и полноте ощущений Таня почему то чувствовала себя ущербной. Она не помнила, где была две недели. Эти дни по непонятной причине исчезли из ее памяти безвозвратно. Правда время от времени в ее сознании всплывали бессвязные куски воспоминаний, которые вызывали ужас и заставляли относиться ко многому с опаской из – за этого окружающий мир казался Тане не совсем привычным, почти незнакомым. Она измучилась, пытаясь вспомнить, что происходило с ней в этот исчезнувший из памяти отрезок времени. Она пыталась говорить об этом с матерью, но вопросы вызвали у Валентины недоумение и испуг. Женщина ничего не знала и не понимала, почему дочь ее расспрашивает. Чтобы уладить неловкость девчонке пришлось выкручиваться, оправдываться и врать. Оставалась Дунгара, которая в последнюю встречу обещала что – то рассказать и Таня ждала разговора с ней, как спасения. Мысленно перебирая в памяти имена своих знакомых, которые раньше казались друзьями, девочка вдруг с ужасом осознала, что поговорить то ей не с кем. Она затосковала поняв, что рядом нет человека, которому можно доверять безраздельно, без всяких сомнений и колебаний, безоговорочно. Чтобы как то отвлечься от тягостных мыслей вышла на балкон и глядя на окна дома, который стоял напротив ее пятиэтажки вспомнила вчерашнюю встречу с парнем, который ей давно и очень сильно нравился. Это была странная, особенная встреча. Выйдя из магазина она увидела Гошу и заулыбавшись замахала рукой. Испуг, почти ужас появившийся на его лице и то, как он шарахнувшись в сторону убежал, поразили ее до глубины души.

– Почему? Зачем он так, ведь я его любила!– спросила она себя чувствуя, что глаза наполняются слезами и вдруг при мысленно произнесенном слове « любила « страшное воспоминание окрашенное кровью и непереносимым, физическим страданием вспыхнуло в памяти и бритвой полоснуло ее мозг. Она была слишком доверчивой и никто не предупредил, не рассказал ей, что внутри обыкновенного казалось бы человека может прятаться злобная, хитрая тварь. От ужаса Таня схватилась за голову и с трудом сдерживая рвущийся из горла крик побежала в ванную, плеснула в лицо холодной водой и как будто прячась от кого то заперлась на защелку.

Вспоминая разговор с Латушкиным Мотя задремал и проснулся от того, что из кухни запахло ватрушками. Этот волшебный запах очень обрадовал его. Притворяясь спящим он исподтишка выглядывал наблюдая за хозяйкой и с нетерпением поджидал, когда же наконец она уйдет. Он из разговоров на кухне знал, что ей с утра нужно на работу. Валентина закончив стряпню и помыв посуду торопливо оделась и убежала. Как только за ней закрылась входная дверь Мотя вскочил. Теперь ему оставалось проверить, чем занимаются остальные домочадцы. Тихонько обойдя квартиру он онял, что пока все складывалось удачно – муж хозяйки Аркадий дремал у себя в комнате, а его падчерица Таня прошла в ванную и включила душ. Матвей Григорьевич заскочил в кухню, не теряя времени мгновенно сменил форму, сделал себе чай и с жадностью накинулся на ватрушки с творогом, а потом на беляши с мясом. Ватрушки были мягкими и нежными, творог сладким и все это пахло, как он любил ванилью и слегка корицей, а от румяных беляшей, с хрустящей корочкой под которой было много мяса сдобренного репчатым лучком и черным перчиком можно было язык проглотить. Чуть в стороне на продолговатом блюде лежали куски пирога с рыбой. Попробовав его Мотя понял – это очень вкусно, а значит надо есть! Забыв о маломальских приличиях он не удержался и увлекшись съел почти половину. Он не видел, что в это время на устроенной хозяйкой квартиры с внешней стороны подоконника кормушке для птиц поднялся галдеж и нешуточное оживление. Обычно сюда прилетали воробьи, синицы и голуби, но сейчас вместо возбужденного чириканья и перестука птичьих клювов из – за окна донесся сердитый сорочий крик и наступила тишина. Прилетевшая только что сорока прогнала мешавшую ей птичью мелочь, уселась, как барыня заняв собой половину кормушки и никуда не торопясь следила за тем, что происходит на кухне. Матвей Григорьевич думал только об одном, что должен спешить и успеть поесть за то время пока Аркадий дремлет, а девчонка полощется в ванной.

Постояв под душем Таня немного успокоилась, решила опять позвонить Дунгаре, чтобы рассказать ей о своих воспоминаниях. Она долго сушила полотенцем волосы, прислушиваясь к странным звукам, доносящимся из кухни. Девчонка всегда отличалась необыкновенно острым слухом и то, что некоторым казалось шорохом или шепотом она слышала совершенно отчетливо. Вот и сейчас чавканье, причмокивание и пыхтение в кухне за стеной вызвали у нее приступ отвращения. Решив, что это отчим набивает себе брюхо Таня вышла из ванной и пошла к себе в комнату, а войдя с удивлением увидела, что Аркадий не на кухне, а здесь. Отчим открыв дверь платяного шкафа с увлечением рылся в ее ящике для белья.

–Как же я ненавижу тебя, подлое животное! Опять щупаешь и нюхаешь мои лифчики и трусы извращенец,– прошипела она не в силах сдержать возмущение. Аркаша с таким удовольствием перебиравший в ящике шкафа ее разноцветное белье на секунду замер, а потом резко обернулся, со злостью швырнул то, что держал в руках в падчерицу и с силой захлопнул дверцу шкафа. Застигнутый врасплох он от злости побагровел, подошел к девчонке, грубо схватил ее за плечи, с силой встряхнул и вытаращив глаза прошипел, -

– Смотри курица, если хоть слово вякнешь своей мамаше, то очень сильно пожалеешь, поняла?!

После того, как старуха теща, которую они с женой отвезли погостить к старинной подруге за город, где она погибла Аркадий в отсутствии жены какое – то время сдерживался. Очень скоро это ему порядком надоело, зная, что Валентины не будет дома сутки он почувствовал полную свободу и перестал стеснять себя. Сейчас, он получая почти физическое удовольствие от сиюминутной безнаказанности решил, что пора перейти от слов к делу. Скорчив угрожающую рожу и со злорадным ехидством хохотнув Аркаша шагнул вперед, ущипнул девчонку за грудь, сгреб в охапку и потащил к постели, но в ту же секунду горько пожалел об этом. Таня поняв, что он собирается делать и какая опасность ей грозит пронзительно взвизгнув укусила его за руку, вырвалась и с силой, без всякой жалости маханула по его физиономии острыми ногтями разодрав в кровь щеку. Мужичек не ожидавший отпора, а тем более такого нападения схватился за лицо, подвывая от боли шарахнулся в сторону, выскочил из комнаты и побежал на кухню зализывать раны. Там в шкафу стояла аптечка с перекисью водорода и ватой. Он понял, что так просто с девчонкой не справиться, а раны нужно обработать. Дверь из коридора в кухню почему то была закрыта на шпингалет. Дернув изо всех сил Аркаша сорвал задвижку, рывком распахнул дверь и потеряв дар речи замер на пороге начисто забыв о боли. То, что он увидел не поддавалось разумному объяснению и превратило мужичка в безмолвную статую. Спиной к нему, у окна, рядом с кухонным столом, который хозяйка перед уходом заставила тарелками, наполненными румяной выпечкой стоял и пил чай высокий человек с головой кота. Мотя услышав, что дверь открывается обернулся и Аркаша сразу узнал его. На плечах незнакомца красовалась голова кота, которого он на днях подобрал на улице, принес домой и назвал Пушком. Мотя схватился за голову, машинально ощупав себя с ужасом оценил свою оплошность и сообразил, что увлекшись едой ненароком потерял контроль над формой. Первый испуг прошел, Аркаша взвизгнул от страха, схватил висевшую на кухонной стенке поварешку и защищаясь ею от шагнувшего ему навстречу монстра попятился и отступил в коридор. Мотя глядя на него взвыл, шевеля усами и прижимая руки к груди попытался найти выход из положения и объясниться.

–Погоди мужик, не бойся, я сейчас тебе все объясню, – крикнул он видя, как хозяин дома задрожал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.