Ольга Соврикова – Путь одиночки (страница 30)

Продуктов кое-каких закупил, лавки магов посетил. Все. Ничем меня маги не порадовали. Амулеты слабые, мои из сокровищницы рода на порядок мощнее. Вот один из пяти прикрывает меня от ментальных магов и в случаи проверки вполне может оправдать мой блок на разуме, второй – щит от физического нападения, третий – от магических заклятий и проклятий, четвертый маячок отслеживает направленное на меня магическое внимание и предупреждает меня об опасности нагреваясь и пятый – малый портал в сокровищницу рода, выглядит правда как памятная безделушка, так не видит его никто. Спросят об их происхождении, всегда можно правду сказать – наследие рода. Попробуют забрать – объяснить о привязке на крови и желающие точно исчезнут, а кому хочется вместо дорогого, редкого по силе артефакта получить проклятие рода? Дураков нет поди.

Не понравился мне город. Уйду завтра с утра. До столицы еще дней пять пути, а занятия-то в знаменитой академии уже наверняка начались. Мне еще с жильем нужно будет до холодов определиться, с прислугой, ведь если я прибуду в город как высокородный, то и выделяться среди них я ничем не должен. Лишнее внимание мне ни к чему.

Ну, так хорошо спалось… Еще несколько мгновений назад, ткнувшись мне в ухо своим холодным носом, меня разбудил Малыш и вот мы с ним с удивлением наблюдаем за дерзким неизвестным, пытающимся попасть в мою комнату через окно.

Сначала за окном мелькала чья-то голова. Некто никак не мог устроиться половчее для того, чтобы открыть окно. А вот мне чтобы это разглядеть не пришлось даже пользоваться магией, с тех пор как меня «подлечили» на алтаре в подземном храме видел я одинаково хорошо как ясным днем, так тёмной ночью. Вот наконец звякнули неплотно прижатыми стеклами створки окна и наш «гость» начал протискиваться в окно. Это что-то никак не могло быть вором-домушником. С таким шумом, так неуклюже и неловко двигаться никто из них не смог бы, даже если бы захотел. Комната которую я снял находится всего лишь на втором этаже. Прямо под моим окном к торцевой стороне трактира примыкает одноэтажная пристройка, да для любого вора, пожелай он проникнуть в мою комнату, это просто изумительные условия, а тут… Лезет. Пыхтит. Гремит. Как ещё постояльцы из соседних комнат не набежали полюбоваться на этакое представление. И вот половина тела уже в комнате. Малыш даже голову в сторону наклонил и язык вывалил. Мне самому с трудом удавалось удерживаться от громкого хохота, ибо первой в комнату проникла нижняя, а точнее задняя часть данного нечто. Как же хорошо, что я последнее время взял за привычку спать в легких штанах и рубашке, опасаясь именно таких вот неожиданных посетителей. А ведь судя по фигуре ночного «гостя» в окно ко мне лезет дамочка. Помощью Малыша здесь не обойтись. Придётся самому взяться за дело и заткнуть её рот до того, как она разглядит мою собачку и заорёт на весь трактир. Интересное дело… а дамочка-то в самом трактире снизу не была, и опыта в таких делах у неё точно нет, иначе она бы точно знала, куда и к кому лезет.

Ну вот залезла, упорная какая.

Десять ударов сердца и на стуле возле окна уже сидит с кляпом во рту связанная по рукам и ногам моя ночная гостья. Зажигаю небольшую лампу, на миг отвлекаясь и уже нате вам… Дамочка в обмороке, а Малыш, зараза, с невозмутимым видом продолжает своё «чёрное» дело, тщательно её обнюхивает и рассматривает. От него ко мне приходят несколько картинок, при помощи которых он дает мне понять, что дамочка и не дамочка вовсе, а щенок, а если точнее, то молоденькая девица. В карманах у неё кошелек с деньгами, на поясе пара стилетов, под шарфом длинные волосы, на пальцах следы от колец. Напоследок мой умник изобразил её как юную богатенькую прелестницу, предлагая мне перекинуть её через седло и умыкнуть, сделав её своей самочкой. Шутник!

Пользуясь бессознательным состоянием посетившей меня особы, я снял с её головы то, чем она себя обмотала, почистил её карманы, в последующем выложив всю добычу на стол, и пришёл к выводу, что мой умненький – разумненький пес прав, как никогда. Девчонке на вид от шестнадцати до восемнадцати лет, волосы ухоженные, руки нежные со следами от многочисленных колец и браслетов, одежда из дорогих тканей пошитая у совсем не простого портного. Интересно очень! Кто она? А самое главное, почему лезла в мое окно? Случайно? Боги! Почему везде, где останавливаюсь ночевать и где живут люди, я вляпываюсь в историю с детьми? За что мне это? И не нужна мне никакая самочка… хотя девчонка красавица. Длинные белокурые волосы, густые и мягкие словно шелк, алые пухлые губки, бархатная кожа, тоненькие пальчики, ну вот и глазки распахнула – большие, синие словно высокогорные озера, в обрамление густых черных ресниц они производят ошеломляющие впечатление. Малыша увидела, слезки покатились. Будем успокаивать.

– Малыш, отойди, ляг возле дверей. А с вами, милая барышня, мне хотелось бы поговорить. Надеюсь, если я освобожу ваш чудный ротик, вы не станете кричать? – ну как сильно закивала, так и голова может заболеть.

Развязываю. Таращится на меня и молчит. Умненькая девочка.

– Теперь поговорим. Извините, госпожа, но развязывать вас я пока не буду. Расскажите мне пока вот о чем… Кто вы и зачем забрались в мою комнату? Не молчите. Будете молчать или начнете лгать, позову стражу и пусть дальше вами они занимаются. Итак, кто вы и как вас зовут? Правду! Поверьте, я смогу отличить её ото лжи.

– Я неудачница. Бесполезная, тупая неудачница, – начала та отчаянно. – Зовут меня Алисандра Верта Глернская, дочь графа Глернского. Единственная дочь правителя этого города. Младшая сестричка четверых старших братьев. К вам в комнату попала случайно. Наблюдая за окнами в этом трактире, я заметила, что именно в этом окне не зажигали вечером лампу и решила, что сегодня эта комната будет пуста. Ночи сейчас уже холодные, а мне надо было где-то спрятаться. Я знаю, что меня ищет вся городская стража, они обходят все улицы и дороги к городу. Прячась, я старалась дождаться, пока все решат, что я уже выбралась из города и начнут искать где-нибудь подальше. Два дня я прожила в нищенской лачуге у глухой и полуслепой старухи, но вчера меня заметил её сосед и мне не понравилось, как он на меня смотрел. Я пыталась спрятаться в другом месте, но за весь день у меня так ничего и не получилось. Пришлось прятаться под лестницей на грязной конюшне, принадлежащей барышникам. Под утро я хотела попытаться спрятаться в каком-нибудь фургоне у покидающих город торговцев и покинуть город.

– Фургоны, телеги, да и просто молодых людей останавливают, и обыскивают и при въезде в город и при выезде.

– У меня есть деньги! Я бы заплатила. Меня бы спрятали!

– Перейдем на «ты», – предложил я. – Дура ты! Стоило тебе только показаться и тебя бы сразу сдали страже в надежде на вознаграждение, а если бы поняли, что у тебя с собой золото, то тебя и стражники вовек бы не нашли! Как у любой уважающей себя богатой дурры, у тебя в кошельке только золото и не одной серебряшки нет, я уже не говорю о медяках. Оделась ты конечно по-мужски, но вот именно в этом костюме принять тебя за парня сможет только такой слепой, как твоя старуха. Волосики свои приметные пожалела, на голову вместо шляпы шарфик нацепила, ручки свои белые и ноготки розовые бережешь. Это чудо какое-то, что тебя в первый же час после побега не нашли. Или стража у вас такая тупая, или тебе просто побегать по городу дают, жизни учат. А скажи мне, зачем же ты сбежала, дочь меньшая, любимая? Чем тебя так твой папочка напугал?

– Ты… Ты не смеешь так со мной разговаривать! Я высокородная леди, а ты… ты просто грязный, вонючий смерд! – обиделась та.

– Во-первых, я, в отличие от тебя, чист и великолепно пахну, во-вторых, ты всего лишь дочь графа и сама по себе ничего из себя не представляешь, а потому гордится тебе нечем. Ты и из дома-то сбежала наверняка для того, чтобы жениха себе подыскать. Что, замуж никто не берет? Так попроси папочку. Найдет же наверняка какого-нибудь дедка, посговорчивее.

– Неправда! Мне только семнадцать, а сватают меня с пятнадцати. Я красивая, приданное у меня большое, и женихов приезжало много, и не дура я. Сам ты глупец, да ещё слепой! Как только я выйду из этой комнаты, ты заплатишь за всё! Мой папочка с тебя кожу с живого спустит, а потом на корм собакам выкинет. Ты пожалеешь о том, что оскорбил меня.

– Умная дура – это еще хуже. Высокородная, а ругаешься как торговка на базаре.

И все же непонятно, почему ты от папочки сбежала? Ты же говоришь женихов много, денег ещё больше, забеременела от конюха что ли?

– Нет, я не буду жаловаться папе. Я убью тебя сама. Попрошу схватить тебя и убью сама, и не надейся умереть быстро, я все сделаю медленно. Первым делом я испорчу твою смазливую морду, потом вырежу твой поганый язык. Ты не умрёшь, ты сдохнешь.

Вот разозлил девочку. Пожалуй я все-таки малость перегнул с насмешками. А нечего меня будить посреди ночи. Может я спать очень хотел. Лазают тут всякие!

– Ты сначала выйди!

– Ты не посмеешь ничего мне сделать, папочка и мой жених барон Вагнар найдут тебя очень быстро, и тогда ты ответишь за всё!

– Ой, Ой! У тебя и жених есть?! Куда же ты бежишь тогда?