Ольга Соловьева – Кататимно-имагинативная терапия. Примеры сессий Деньги: Мотивы источника и потока (страница 8)

Психолог: Да, что это, по-вашему?

Борис: Это мои собственные, внутренние табу. Мысли, которые я даже не осознавал как мысли, а просто принимал как данность. «Не выделяйся», «будь как все», «тебе и здесь неплохо», «хотеть большего – это грех и риск», «деньги – это грязь и проблемы». Я сам, своими руками, воткнул эти колья в землю вокруг своего потенциала. И они сгнили, но продолжали обозначать границу дозволенного. Они не защищали источник, они консервировали его в этом жалком состоянии.

Психолог: А большой камень с прожилками кварца, который оказался основой?

Борис: (Глаза его становятся влажными, но это не слёзы горя, а скорее узнавания). Это то, что во мне настоящее, ценное, настоящее. Мои нераскрытые способности. Я ведь не просто «сочусь». Я умею договариваться, улаживать конфликты в коллективе. Я могу взять разрозненные данные и сделать из них понятный отчёт. Я вижу неэффективность процессов и знаю, как их упростить. Но я это похоронил. Завалил «глиной» текучки, страхом показаться навязчивым, желанием быть «удобным». И когда я расчистил пространство, этот камень – моя основа, моя истинная профессиональная ценность – открылся. И из-под него пошла чистая, сильная вода – моя реальная энергия и компетенция.

Психолог: Борис, вы только что совершили не просто визуализацию. Вы провели сеанс глубинной психохимии. Вы трансформировали внутренний символ из состояния страдания в состояние ресурса. И теперь этот новый образ будет работать на вас, как маяк и как инструкция. Самый практический вопрос: какой один, самый небольшой, но абсолютно конкретный шаг в ближайшие несколько дней мог бы стать продолжением этой работы? Что было бы похоже на «вымыть один камень» или «посадить один кустик мяты» в вашей реальной жизни?

Борис: (Не задумываясь, говорит уверенно и чётко). Я составлю не просто резюме. Я создам документ под названием «Мои активы». И разделю его на две части. В первой – мои профессиональные «камни»: все навыки, даже те, которые кажутся обыденными, все успешные проекты, даже маленькие, все благодарности от коллег, которые у меня где-то валяются в почте. Я их выпишу, «отмою от глины» рутины и увижу их ценность. А во второй части – «посажу мяту». Я выберу одну небольшую онлайн-лекцию или статью по теме, которая всегда меня манила, но была «не по делу». Например, про основы копирайтинга или визуального оформления презентаций. Просто чтобы один час в неделю питать свой ум чем-то новым, что пахнет иначе, чем офисный воздух. Чтобы работа не была только «глиной», а чтобы в ней появились «прожилки кварца» – новые умения.

Психолог: Борис, это блестяще простроенная, осмысленная и экологичная стратегия. Вы не просто увидели связь между метафорой и жизнью, вы немедленно нашли точки приложения силы. Это и есть настоящая интеграция. На сегодня наша работа завершена. Вы уходите с обновлённой внутренней картой, где место источника силы больше не отмечено знаком безысходности. Вы можете возвращаться к этому образу в моменты сомнений или усталости, просто чтобы вспомнить ощущение гладкого камня в руке и вкус чистой воды. Вы доказали себе, что способны быть творцом своего внутреннего и, как следствие, внешнего ландшафта.

Борис: (Поднимается с кресла. Его осанка прямее, движения увереннее). Спасибо. Я, честно, шёл сюда с мыслью, что мы будем копаться в моих долгах и составлять новый бюджет. А оказалось, что бюджет нужно было составлять для души. Для вложений в источник, а не в дыры. Теперь я понимаю, с чего по-настоящему начинается изменение потока. С благодарности. Благодарности за этот камень-основу во мне, который я много лет игнорировал. С него и начну.

Диалог между Олегом и психологом

Олег (Топ-менеджер, 42 года. Энергичен, но в его позе и взгляде читается глубокая, накопленная усталость от постоянного напряжения).

Психолог: Олег, из вашего рассказа я услышал фоновый звук перманентного стресса. Вы описываете свою роль как бесконечную гонку с постоянно растущими показателями, где вы одновременно и бегун, и тренер для своей команды, и человек, который должен держать флаг на финише, чтобы его заметило руководство. Вы сказали ключевую фразу: «Я чувствую себя как инженер на плотине, который знает, что уровень воды должен только расти, и я должен постоянно что-то достраивать, чинить, усиливать, но при этом сам нахожусь под водой и слышу, как трещат швы». Это сильный образ. Сегодня я хочу предложить вам на время отойти от этой метафоры плотины, давления и принудительного роста. Давайте посмотрим на источник воды, которая питает всю эту систему. Вы готовы к такому исследованию?

Олег: (Проводит рукой по коротко стриженным волосам, усмехается без веселья). Источник? Я бы с удовольствием. Если честно, мне кажется, мой источник – это адреналин от страха провала и тройной эспрессо. Но да, я в игре. Все эти метафоры… Я понимаю их ценность. Иногда нужно посмотреть на бизнес-процесс под другим углом. Договорились.

Психолог: Прекрасно. Тогда давайте перейдём от бизнес-процессов к процессам внутренним. Устройтесь поудобнее. Закройте глаза, если так проще сосредоточиться… Сделайте глубокий вдох… и выдохните, отпустив на мгновение все цифры и планерки… Ещё один вдох… и выдох…

(Чтобы создать условия для работы с воображением, психолог начинает сеанс со стандартных упражнений на релаксацию. Это позволяет клиенту снизить внутреннее напряжение и войти в особое состояние сознания, где возможно свободное течение образов).

Психолог: Теперь представьте, что вы не в офисе. Вы на природе. Вы идёте по тропе… Воздух разреженный, чистый, прохладный… Вы идёте не спеша, но целеустремлённо, как человек, который знает, куда и зачем идёт… И вот вы подходите к месту, где, как вам известно, должен бить мощный источник. Ключ, который питает целую долину. Ваш денежный родник… Вы выходите на небольшую каменную площадку… И видите его. Подойдите и оцените обстановку. Что вы видите в первую очередь?

(Пауза. Олег сидит неподвижно, но его скулы слегка двигаются, будто он что-то обдумывает. Его дыхание, сначала учащённое, постепенно выравнивается).

Олег: (Голос деловой, оценивающий). Я вижу его. Он… мощный. Не какой-то там ручеёк. Это серьёзный источник, бьющий из скалы.

Психолог: Опишите подробнее. Как именно он бьёт?

Олег: Вода вырывается под большим напором из расщелины в гранитной скале. Шумно, сильно. Она падает вниз, в искусственно созданное, очевидно, бетонное укреплённое русло. Не естественное.

Психолог: Что это за русло? Опишите.

Олег: Это как… промышленный лоток. Широкий, глубокий, сделанный из серого бетона. Вода несётся по нему с огромной скоростью. Русло чистое, без мусора, но оно бездушное. Техническое.

Психолог: Теперь сама вода. Какая она?

Олег: Вода… кристально чистая. Прозрачная, как стекло. Но… (пауза, он хмурится). она кажется слишком чистой. Стерильной. И холодной, ледяной. В ней нет жизни. Не видно ни всплеска, ни пены, ни намёка на что-то органическое.

Психолог: Если бы вы попробовали её, какой был бы вкус?

Олег: (Сразу, без раздумий). Безвкусная. Как дистиллированная вода. Не утоляет жажду, а просто заполняет объём. Никаких микроэлементов, ничего.

Психолог: Куда течёт этот мощный поток? Куда впадает это бетонное русло?

Олег: (Его голос становится жестче). Оно впадает в огромное, тоже искусственное водохранилище. Или, скорее, в промышленный бассейн-отстойник. Вода там копится. Большая, спокойная гладь. Но она замкнута. Дамбы, шлюзы. И оттуда она распределяется по множеству маленьких, таких же бетонных каналов. Я понимаю… эти каналы – это мои сотрудники, отделы, проекты. Вода доходит до них, но… она уже мёртвая. Её пустили по трубам.

Психолог: Что окружает сам родник? Какое это место?

Олег: Суровое. Высокогорное плато. Голые скалы, камни. Ни деревца, ни травинки. Вокруг родника – ограждение. Но не жалкое, а мощное, технологичное. Стальные поручни, таблички «Осторожно!», «Высокое давление», датчики, камеры. Всё для контроля. Чтобы никто не упал и не нарушил работу системы. И чтобы сам родник не «шалил». Место стерильное и тотально управляемое.

Психолог: Какие у вас чувства здесь, на этом плато, у этого технологичного чуда?

Олег: (Длинная пауза. Когда он снова заговорил, в его голосе прорвалась усталость, которую не скрыть аналитическим тоном). Одиночество. Холод. И чудовищная ответственность. Я слышу этот рёв воды, и он не успокаивает, а давит. Я должен следить за датчиками, за напором, чтобы ни один из этих бетонных каналов не треснул, чтобы уровень в водохранилище только рос. Здесь нет жизни. Здесь есть эффективная, выхолощенная работа механизма. И я – главный инженер этого механизма.

Психолог: Олег, а теперь представьте, что у вас есть полномочия не просто управлять, а перепроектировать. Не ломать, а усовершенствовать. Начать можно с малого. Что, на ваш взгляд, является причиной этой стерильности, этого «безжизненного» качества воды, несмотря на её чистоту и мощность?

Олег: (Размышляет вслух). Бетон. Он всё изолирует. Вода не контактирует с землёй, с корнями, с живой почвой. Она сразу попадает в искусственную среду. Она лишена… контакта? Да, контакта с жизнью. Она становится не источником, а ресурсом. Жидкостью, а не водой. И эти стальные ограждения… они не пускают к источнику никого. Даже меня. Я управляю им дистанционно, через приборы.