Ольга Соколовская – Греция в годы первой мировой войны. 1914-1918 гг. (страница 15)
Догадываясь о закулисных переговорах короля с центральными державами и Болгарией и не чуиствуя твердой ночвы под ногами, Венизелос просил Англию и Францию подождать с высадкой войск и был вынужден также потребовать от них заявления, что их войска направляются в Грецию на защиту Сербии, а не для оккупации Македонии с целью ее передачи Болгарии. После этого Лондоном было сделано официальное заявление, что английские войска отправляются в Грецию для защиты Бухарестского мира 1913 г., т. е. была дана гарантия от болгарского нападения.
Памятная записка английского посольства в Петрограде в МИД России от 25 сентября 1915 г. свидетельствовала о том, что Анг лия противилась предложению Сербии о «превентивной атаке» Болгарии прежде, чем опа закончит свою мобилизацию. Венизелос также просил 26 сентября сербского премьера Н. Пашича не предпринимать военных действий против Болгарии, чтобы пе нарушать греко-сербский договор.
По совету англичан Венизелос 4 октября уведомил парламент о том, что предложения Антанты относительно территориальных уступок Греции в пользу Болгарии после того, как последняя провела мобилизацию, утратили силу. Он заявил о незыблемости союза с Сербией и согласился с требованием оппозиции опубликовать текст греко-сербского союзного договора. На следующий день новые контингенты английских, сербских и французских войск высадились в Салониках, а за два часа до этого король Константин уволил Венизелоса в отставку, несмотря на то, что последний получил в парламенте 4 октября большинство при голосовании вопроса о доверии в его пользу (142 «за», 102 «против» и 30 воздержавшихся). В тот же день Константин телеграфировал Вильгельму: «Я избавился от Венизелоса!».
Расчеты Сербии и держав Антанты на привлечение Греции на свою сторону рухнули, и хотя король уже 6 октября объявил, что союзники могут продолжать высаживать войска в Салониках, Греция перестала играть прежнюю роль, заняв позицию неприсоединения ни к одной из воюющих коалиций и рассматривая присутствие войск Антанты на своей территории всего лишь как гарантию от нападения Болгарии.
7 октября 1915 г., когда развернулось наступление австро-венгерских и германских войск под командованием фельдмаршала А. Макензена против Сербии, новый греческий премьер-министр А. Заимис официально отказал в помощи Сербии, ссылаясь на то, что при заключении греко-сербского договора 1913 г. Э. Венизелосом было оговорено, что этот союз не направлен против Австро-Венгрии. Греческое правительство осталось равнодушным и к начавшимся в ночь с 13 па 14 октября военным действиям Болгарии против Сербии. Обстановка на Балканах складывалась в пользу центрального блока, которому удалось, нейтрализовав Грецию и Румынию, привлечь на свою сторону Болгарию.
Отказ греческого правительства в помощи Сербии и медлительность союзников привели к тому, что сербские армии оказались вынужденными вести неравную борьбу с противником. Первоначальная цель высадки англо-французского десанта в Греции достигнута не была, и перед союзниками встала задача решить дальнейшую судьбу Салоникского экспедиционного корпуса.
В вопросе о расширении действий салоникских сил у союзников не было единства. Наиболее последовательной защитницей интересов Сербии была Россия. Сазонов предлагал «не смущаться отставкой Э. Венизелоса и не только не отказываться от начатой высадки, но по возможности ускорить таковую», указывая, что только таким образом можно спасти Сербию. Кроме того, русский министр иностранных дел не без основания считал, что нерешительность Англии и Франции может отрицательно повлиять на позицию Греции и Румынии. Французское правительство на словах поддерживало эту точку зрения и заявляло, что Франция готова предотвратить разгром сербов и преградить австро-венгерским и германским войскам путь на Балканы созданием Салоникского фронта. Однако Франция так и не отправила в Салоники достаточного количества войск. Что касается Англии, то на Даунинг-стрит, по выражению генерала Г. Вильямса, «царили полный хаос и нерешительность в отношении к проблеме десанта». Большинство в английском правительстве было против выделения дополнительных войск на Салоникский фронт. Это означало, как писал Ллойд Джордж, что «Сербия была оставлена союзниками на произвол судьбы».
9 октября военный совет принял решение разработать план операций на случай, если Греция и Румыния присоединятся к союзникам. После этого заседания Ллойд Джордж написал меморандум, в котором призывал действовать более активно, утверждая, что Румынию и Грецию, которые были «парализованы в своих действиях» силами Германии и бессилием союзников, еще можно было заставить присоединиться к державам Согласия, пообещал им военную помощь. Он угрожал отставкой, настаивая на том, чтобы Греции и Румынии немедленно были сделаны соответствующие предложения.
14 октября 1915 г. правительство Англии направило меморандум румынскому правительству, в нем говорилось, что единственным способом спасти Сербию является вступление Румынии в войну против Австро-Венгрии, Германии и Болгарии. Английский посланник в Бухаресте сообщил при этом, что помимо войск, направлявшихся в Салоники, Англия готова послать на Балканский фронт (совместно или отдельно от Франции) 200 тыс. солдат, из них 150 тыс. к концу ноября, а остальные — к концу года. Чтобы обеспечить поддержку Румынии со стороны России, Лондон обещал послать русским 500 тыс. винтовок в течение ближайших двух месяцев.
Английский посланник в Афинах ознакомил греческое правительство с содержанием этого меморандума и потребовал ответа в течение 48 часов, угрожая тем, что Англия изменит свое отношение к Греции в случае ее отказа помочь Сербии.
Не ограничившись этим, 16 октября Э. Грей с согласия и одобрения других членов правительства и короля Георга V оповестил Афины о том, что в случае вступления Греции в войну на стороне Сербии английское правительство готово предложить Греции Кипр. По настоянию Грея и Эллиота ей была предложена также болгарская Фракия. Но все было тщетно.
Правительство Заимиса, осведомленное об отказе Румынии прийти на помощь Сербии, сообщило английскому посланнику, что Греция сохранит нейтралитет и никакие обещания относительно Кипра и Фракии не заставят ее изменить свое решение. На вопрос Ф. Эллиота, сколько потребуется войск держав Согласия в Македонии, чтобы Греция присоединилась к Антанте, Заимис отвечал, что эти войска прибудут слишком поздно и лучше их использовать в Малой Азии против Турции или во Франции. Все же в генштабе разрабатывался план военных действий против Болгарии «при наступлении более благоприятных условий» — успешных действий сербской армии, которые задержат наступление австро-германцев у Дуная, либо прорыва немцев к Стамбулу с оставлением на Балканах лишь болгарских армий. В этом случае греки, не рискуя встретиться с немецкими армиями и оставаясь в стороне от общеевропейской войны, смогут без труда занять Францию, отвлекая тем самым болгарские силы от Сербии.
Единственным выходом для Антанты было возвращение Э. Венизелоса на пост премьер-министра. 4 ноября по совету западных держав венизелисты поставили в парламенте вопрос о доверии правительству Заимиса, аргументируя свое требование нарушением Грецией союзнического договора с Сербией, но потерпели неудачу. Хотя 147 депутатов подали свои голоса против Заимиса, после чего король распустил парламент и назначил новые выборы на 16 декабря, он тем не менее поручил формирование правительства не англофилу Венизелосу, а С. Скулудису — ярому германофилу.
Характеризуя положение в Греции, российский военно-морской агент А. А. Макалинский писал, что партия короля «одержала верх, страна утеряла значительную часть своего конституционного режима и управляется правительством меньшинства, послушного влиянию королевской власти, получающей советы и внушения от германцев и симпатизирующих им лиц, окруживших короля». Е. П. Демидов также констатировал, что новое правительство «является лишь пешкой в руках германофильских кругов», а Греция «все более направляется к личному режиму» короля.
Вновь избранный парламент утвердил германофильское правительство С. Скулудиса. Немалую роль в этом сыграло и изменение международной обстановки на Балканах. Разногласия в английских и французских правящих кругах задерживали начало салоникской операции в помощь Сербии. К 21 октября-1915 г. Франция высадила в Салониках всего 35 тыс., а Англия только 10 тыс. человек.
Державы центрального блока нанесли поражение Сербии, их войска приближались к греческой границе. Реакционная греческая военщина открыто приветствовала эти победы. «Дейли телеграф» писала в декабре 1915 г., что «греческий король менее, чем когда-либо, склонен на уступки в пользу союзников и находится всецело под влиянием генералов Метаксаса, Дусманиса, Стратигоса, Палиса и Рангаде, которые недавно демонстративно приняли знаки отличия, присланные им германским императором и переданные бароном фон Шенком».
В связи с изменившейся обстановкой в Греции и разгромом сербской армии английское правительство 29 ноября высказало пожелание отозвать из Салоник свои войска, намереваясь использовать эти силы для защиты Египта, Суэцкого канала и подступов к Средиземноморью и Стамбулу. Этому решению предшествовала поездка в Грецию военного министра Англии лорда Китченера. 17 ноября Китченер прибыл в Афины, где встретился с греческим королем и премьер-министром. Открыто высказав свое неодобрение балканской экспедиции держав Согласия, Китченер, по мнению русского военного агента в Греции Π. П. Гудим-Левковича, только ободрил германофилов, предсказывавших трудности экспедиции. Он передал королю, что союзники не хотят заставить Грецию отказаться от нейтралитета против ее воли, но в то же время заявил, что любые действия греков против войск союзников в районе Салоник будут расценены как казус белли. Король и начальник генштаба обещали, что греческие войска не начнут военных действий против Англии и Франции, а также против Сербии, и потребовали, чтобы державы Антанты не предпринимали «стеснительных мер» против Греции (экономическую блокаду и прочее). «Хитрый и красноречивый греческий король Константин» и представители штаба армии советовали, как вспоминал Ллойд Джордж, чтобы англичане покинули Салоники и Дарданеллы и сосредоточили свои усилия на защите Египта. Греческий король по совету Вильгельма предлагал Китченеру, как это стало известно позднее из перехваченной англичанами радиограммы кайзера Константину, прикрыть своими войсками эвакуацию из Греции англо-французских войск. Однако именно это предложение заставило многих английских генералов призадуматься[24].