Ольга Сокол – Код Магии (страница 6)

– Я бы хотел замечать, – вдруг, к собственному удивлению, сказал Семён. Фраза вышла смущённой, но искренней.

Марина улыбнулась, и в её улыбке была доброта.

– Ты мне нравишься, Семён. Хочешь, покажу тебе, как просто почувствовать энергию? Несколько базовых практик.

– Это… опасно? – насторожился он. – Это что-то… ведьминское?

Она снова рассмеялась. – Нет, конечно. Это медитация. Садись удобно, сосредоточься на дыхании. Закрой глаза и попробуй просто ощутить всё вокруг: где ты, что слышишь, что чувствуешь кожей. Постарайся отпустить поток мыслей, не гони их, а просто пропускай, как облака, возвращая внимание к дыханию. Можешь зажечь свечу и смотреть на пламя. Это помогает успокоить ум, войти в пространство тишины, в другую… частоту.

Весь оставшийся день Семён читал о медитации. Статьи, форумы, обрывочные советы. Он пришёл к выводу, что ничего явно опасного или «дьявольского» в этом нет – только психотехники, работа с вниманием. Вечером, после работы, он расстелил на полу коврик, с трудом скрестил ноги в подобие позы лотоса, как показывали на картинках, и принялся «прогонять мысли и принимать поток светлой энергии».

Результат был обескураживающим. Вместо тишины его атаковал настоящий шквал мыслей: о незавершённом коде, о птичьих крыльях , о списке покупок, о пикселях в экране телевизора, о том, как неудобно сидеть. Он промучился десять минут, встал и с одеревеневшими ногами и пошёл заваривать чай, чувствуя себя профаном.

«Главное – не сдаваться, – вспомнил он фразу из аудиоподкаста какого-то эзотерического паблика. – Просветление с первого раза не случается. Нужна регулярность».

Система. Ключевое слово. Он мысленно создал новую папку: «Практики». И записал в неё: « Концентрация. Дыхание. Системность». Стало понятнее.

Он практиковал два дня. По десять минут вечером. Это было сложно, но уже не казалось бесполезной тратой времени. Это был вызов самому себе.

Как-то на работе, сидя за уличной стойкой с пустой пиалой, он разглядывал на дне причудливый узор из чаинок.

– Как интересно, – раздался рядом мягкий голос Марины. – Можно?

Она протянула руку к пиале, но смотрела не в неё, а на него. Семён, удивлённый, кивнул:– Конечно.

Она улыбнулась: – Никогда не смотри чужую судьбу без спроса. Заглядывай только с разрешения. Это важно.

– А… понял, – сказал он, осознавая, что только что прошёл маленький, но значимый урок этики.

Марина взяла пиалу, покрутила её в руках, заглянула внутрь. – Отличная чашка. Светлая. Ты знаешь, что делаешь, это хорошо.

– Всё? – не удержался Семён. – Я думал, вы сейчас всю мою жизнь по чаинкам расскажете.

Марина рассмеялась:– Не относись к этому так серьёзно. Ты ни о чём не думал, ты просто сидел и пил чай. У тебя была спокойная, расслабленная энергия. Именно это я и увидела. Узор просто подтвердил.

– Вы умеете гадать?

– Нет. Я умею видеть и читать символы и знаки. А они есть везде.

– А почитать об этом что-то можно? Литература какая-то?

– Литературы – масса, – покачала головой Марина. – Но ты не знаешь авторов, не чувствуешь, кому можно доверять. Лучше получать знания не обвально, а по крупицам, от проверенных людей. Шарлатанов полно. Не распыляйся.

Он думал о её словах весь вечер. И был с ней полностью согласен. В эпоху информационного шума важна была не широта охвата, а точность и глубина источника.

Вечером он снова сел в медитацию. На пятый день что-то начало меняться. Мысли ещё кружились, но уже не с такой бешеной скоростью, появлялись короткие промежутки просто… тишины. И в один из таких моментов, когда он просто наблюдал за темнотой под закрытыми веками, в голове вспыхнула картинка.

Не мысль. Именно картинка. Чёткая, как кадр из фильма. Белое поле. Абсолютно белое, без оттенков, без горизонта. И на этом фоне – конус идеальной формы, тоже белоснежный, уходящий вершиной в невидимое небо. Это была не гора. Это был вулкан. Но вулкан из снов или из другого измерения, где нет цвета, только чистая форма и свет. И вместе с образом в сознании сформировалась фраза, будто надиктованная извне: Белый мир.

Больше ничего. Картинка исчезла так же внезапно, как появилась. Последующие минуты медитации прошли в привычной борьбе с блуждающими мыслями. Но это уже не имело значения.

Семён открыл глаза в полумраке своей комнаты. Сердце билось ровно, но мощно. Он запомнил. Не столько сам образ, сколько ощущение. Ощущение, что это видение пришло не от него. Оно было другим. Чужим, но в то же время глубоко своим, как воспоминание из того сна о кузнице. Это был не сон, не фантазия. Это был… вход. Первый чёткий сигнал из того самого «белого мира», о существовании которого он теперь не сомневался.

Он медленно поднялся с коврика, подошёл к окну. Внизу горели фонари, окрашивая асфальт в жёлтый. Обычный мир. Но теперь он знал – он лишь верхний, самый грубый слой. Под ним, а может, рядом с ним, существуют другие. И он, Семён, программист и продавец чая, только что получил первый, смутный, но неоспоримый пакет данных оттуда.

Глава 6. Подземный выбор

Информация, которую Марина раскрыла Семёну через несколько дней, была похожа на сценарий самой мрачной компьютерной игры. Только сохраниться и перезагрузиться здесь было нельзя.

Они разговаривали поздно вечером, после закрытия, сидя на скамейке в опустевшем парке. В её голосе не было ни страха, ни пафоса, лишь усталая серьёзность человека, слишком долго наблюдающего эту войну со стороны.

– Город, да и не только он – это поле, – начала она, глядя куда-то в темноту парка, где редкие фонари выхватывали силуэты голых веток. – И на этом поле сходятся две великие силы. Два сообщества магов. «Светочи» и «Пламя».

– Сообщества? – переспросил Семён.

– Ну, – Марина покачала головой. – Это люди. Одарённые. Те, в ком течёт магия. Представь себе две реки, но реки, по которым плывут те, кто выбрал свой путь. Одна течёт спокойно, глубоко, по идеально выверенному руслу. Это «Светочи». Их вода чиста и прозрачна, она несёт прохладу и ясность. Но она не терпит хаоса. Всё, что мешает течению, они либо огибают, либо превращают в часть своего русла. Другая река – «Пламя» – бурлит, кипит, сжигает берега. Её вода горяча, энергична, она несётся стремительно, смывая всё на своём пути, чтобы проложить новое, свободное русло.

Она повернулась к Семёну, и в её глазах отразился далёкий свет фонаря.

– Каждое из этих сообществ веками собирает под свои знамёна пробуждающихся. Обучает их, направляет, даёт силу и защиту. Им нужны новые маги. Новая кровь, новые возможности, новое влияние. Потому что каждый такой человек, вливающийся в реку, делает её мощнее, шире, сильнее.

– То есть я для них – просто… вода? – глухо спросил Семён.

– Не просто. Ты – живая вода. Та, что может изменить течение. И каждая река хочет, чтобы ты влился именно в неё. Они будут тянуть тебя, предлагать покровительство, обучение, защиту. Но выбирать придётся тебе. – Марина помолчала. – И цена этого выбора… она не в том, что они заберут. А в том, что ты сам отдашь, ступая на путь.

Семён молчал, переваривая. Метафора рек звучала в голове, обрастая плотью примеров.

– Расскажи, – попросил он. – Как это бывает? И какую цену платят те, кто соглашается?

Марина кивнула, будто ждала этого вопроса. Она откинулась на спинку скамейки, и в свете фонаря её лицо казалось высеченным из старого, мудрого камня.

– Было это лет двенадцать назад, – начала она тихо. – Один мужчина, Тимур, открыл свой бизнес. Строительство нежилых помещений – склады, офисы, ангары. Дело шло туго, конкуренция бешеная, тендеры уплывали к другим. А он был талантливый, энергичный, но ему не хватало той самой капли удачи, чтобы прорваться. И он пошёл за помощью к магу.

– К белому магу?

– Да. Попросил поддержки. Они провели обряд, подключили его к силе финансового успеха. И дальше всё потекло как по маслу. Он стал чаще выигрывать тендеры. Ему открывались самые лучшие, перспективные участки – ровные, удобные, чистые. А те конкуренты, что обходили его, потом оказывались в пролёте: то соседи засудят, то подземная река фундамент подмоет, то документы «горят». У него же всё складывалось само собой. Будто сама удача сидела у него на плече.

– Звучит как… мечта, – осторожно сказал Семён.

– Мечта? – Марина усмехнулась, но в усмешке этой не было веселья. – А ты послушай дальше. Бизнес рос, денег становилось всё больше. Тимур работал как проклятый. Сначала чтобы выжить, потом чтобы удержать, потом чтобы приумножить. Работа выматывала его до дна. Он приходил домой за полночь, уходил затемно. Жена сначала ждала, потом перестала. Говорила: «В доме холодно, Тимур. Не батареи – ты холодный». Он отмахивался: «Потерпи, вот этот проект сдам – заживём».

– И что?

– Она ушла. Не выдержала этого холода. Не физического – душевного. Сын, которому Тимур хотел передать свою империю, вообще бизнесом не заинтересовался. Он уехал к матери в Москву и стал художником. Представляешь? Рисует портреты, фотографирует для географических журналов, живёт в своё удовольствиеи всё у него хорошо. А Тимур… У него всё есть. Дом – полная чаша, счета, машины, статус. А глаз – не горят. Потому что внутри пусто. Он получил всё, что просил у магии, да только оказалось, что просил он не то.

– Подожди, – Семён нахмурился. – Ты хочешь сказать, магия сработала не так? Она ведь дала ему именно то, что он заказывал?