Ольга Смирнова – Вслед за тенью. Книга первая (страница 3)

– Не отвлекайся, Синеглазка, – было приказано мне.

Предсказательница снова вздохнула и выставила указательный палец перед самым моим носом. Я залипла на ярком остром ноготке и тут же забыла обо всём на свете. Ноготок этот пару раз прошелся у меня перед глазами маятником, отражая утренний свет крупинками перламутра, нанесенными поверх алого лака. Чуть дыша, я наблюдала за движением этого пальца, зачаровано ожидая следующей мерцающей вспышки. Откуда-то издали, словно сквозь плотный ватный кокон до меня докатился ещё один приказ:

– Слушай и запоминай!

Голос, отдавший это распоряжение, изменился: стал жёстче, чётче и больше не укутывал меня теплом и уютом. Теперь он размеренно отбивал ритм, словно встроенный внутри меня, невидимый глазу метроном.

– Рядом с тобой два Короля, Синеглазка, но лишь один из них желает тебе добра. Запомни, душа Короля Червей – черна как ночь!

Я снова качнула головой, пытаясь избавиться от назойливого «счетчика». «Метроном» вдруг стих, и мне показалось, что где-то совсем рядом зажурчал ручей. Я не могла понять, откуда тот взялся в сквере, да ещё и зимой, но сосредоточиться на этой мысли мне не удалось.

– Король Треф благороден. Именно он – твоя судьба.

– Он любит гранатовый сок, – то ли спросила, то ли известила я Голос.

– Верно, – одобрительно заметил Он и продолжил вещать дальше: – Опасность в том, что Король Треф будет видеть в тебе другую. – сквозь монотонное журчание ручейка пробивалось Его звучание: такое отчетливое, навязчивое, с глубоким грудным оттенком. Я сжала кулаки и медленно моргнула, сделав ещё одну попытку избавиться от наваждения.

Пухлые губы напротив снова изогнулись в ироничной усмешке:

– Не сопротивляйся мне, Синеглазка. Слушай и запоминай. Постарайся, чтобы Король Треф разглядел тебя настоящую. Это важно. Тогда будешь жить.

Голос незнакомки вдруг стал нечётким, едва различимым.

– Буду жить? – переспросила я, ничего не понимая. И услышала в ответ:

– Да. Стоит вопрос о жизни и смерти.

– Чьей?.. – спросила я, но ответа так и не получила.

Последнее, что мне удалось расслышать, было: «Берегись человека с каменным лицом».

Почувствовав, что странное притяжение резко ослабло, я устало прикрыла веки, а когда разлепила их, мерцающее пятно перед глазами уже рассеялось. Меня встряхнули за плечи, и знакомый голос приказал:

– Отомри!

Шум мегаполиса ураганом ворвался в уши. Я окончательно пришла в себя, осмотрелась по сторонам и пролепетала:

– Где она, Миш?

– Кто?

– Женщина… Тут стояла…

– Какая женщина?

– Ну… Король Треф… Король Червей…

– Ты чё несёшь-то, Кать? Не было здесь никого. Одна ты стояла.

В ровном голосе однокурсника проскользнул легкий намёк на раздражение. Что ж, хоть какая-то эмоция. Обычно Новиков похож на айсберг. Громадный, благо – рост позволяет, холодный и невозмутимый.

Он выхватил шапку у меня из рук и натянул на мои озябшие уши – и только тогда я поняла, что, выбежав из общаги, совсем забыла ее надеть. А капюшон, который я, видимо, машинально накинула на голову – давно слетел. То, насколько я озябла, теперь чувствовалось по резкой боли, пронзившей пальцы, стоило однокурснику выдернуть из них моего пушистика. Именно так я привыкла называть шапку, которую связала Полина, заменившая мне маму, если, конечно, маму вообще можно заменить… Как бы то ни было, но она очень старалась.

– Как же никого не было, Миш? Я же с ней говорила, – пролепетала я дрожащими от холода губами.

– Задубела совсем, – ответил он и велел: – Вперед! Семь минут до начала представления. Не будем огорчать Аннушку.

– Оставь её в покое, Миш, – в который раз попросила я.

И получила привычный ответ:

– Не лезь не в своё дело!

Меня обхватили за талию и потянули ко входу в Альма-матер. При других обстоятельствах я бы не позволила нарушение личных границ, но сейчас была благодарна Новикову за поддержку.

Глава 2 Неожиданное предложение

Прозвенел звонок с последней пары, и все ринулись из аудитории. Сквозь громогласную толпу студентов пробраться было совсем непросто: в час пик все мы, как по команде, приступаем к выполнению квеста «Будь первым гардероба».

С телефоном у уха я лавировала в плотном потоке и была уже почти у цели, как почувствовала цепкий захват за плечо.

– Стой! – скомандовал Новиков.

– Извините, но сегодня я никак не успею. Позвольте пропустить тренировку, – попросила я тренера по телефону и в шуме едва расслышала его ответ. – Хорошо, спасибо.

Парни, стоявшие у гардеробной стойки, расступились, как по команде, и пропустили нас с Мишей вперёд. Я протянула номерок гардеробщику и, дёрнув плечом, попросила:

– Отпусти уже, догнал же. Больно.

– Прости, не рассчитал, – спохватился он.

Моё онемевшее плечо, наконец, получило вольную.

– Куда летишь?

– Хочу сделать несколько кадров, пока светло. До выставки времени —всего ничего, а с материалом – не густо.

– Опять эта выставка, – недовольно пробурчал однокурсник и слегка поджал губы.

– Я, кажется, тебе говорила…

– Да в курсе я этой бредовой идеи! – чуть повысил он голос.

– Почему бредовой? – не поняла я.

– Потому что сессия на носу, а ты носишься с этой камерой, как курица с яйцом.

– Я куратору слово дала, Миш. И потом: выставка же пройдет после сессии. – Но готовиться-то нужно уже сейчас. Собственными же руками рушишь себе возможность успешно закрыть семестр.

«Ну вот, опять учит меня жизни. Будто мне деда мало…» – мысленно пробурчала я. А ему ответила:

– Я все рассчитала, Миш. Справлюсь, если буду тратить на фотосъёмку не больше двух часов в день.

– А, ну да, ты ж у нас уникум. Один раз прочтёшь материал – и «в дамках». Не то, что мы, простые смертные.

– Ну вот, опять начинается, – вздохнула я и услышала:

– Ладно, оставим это…

Мою память называют фотографической. Мне остаточно один раз прочитать материал, и он укладывается у меня в голове. Бывают, конечно, исключения, но крайне редко: если в тексте, например, встречается много незнакомых терминов, то приходится его перечитывать. На занятиях я мысленно вывожу изученный материал в пространство перед глазами, словно на большой экран, и выдёргиваю из него нужную мне в данный момент информацию. Выглядит это примерно так: Я мысленно посылаю себе команду «Катя, текст!» и перед глазами начинают проявляться буквы. Они тут же собираются в слова; слова выстраиваются в предложения, а предложения – в текст, который я читала накануне, готовясь к занятию.

Миша не может понять, как это у меня получается. Ему трудно смириться с тем, что на изучение темы у него уходит гораздо больше времени, чем у меня. Это его напрягает. Интересно, когда-нибудь настанет день, когда он перестанет ставить это мне в укор?

– Куда он запропастился? – снова послышался его голос.

– Кто? – уточнила я, коснувшись стойки гардероба, у которой мы стояли.

– Да «перец» с твоими шмотками.

– Сейчас придёт, не волнуйся. Он же и твои должен захватить.

– Нет, только твои. Я задержусь. С зачётом надо разобраться.

– А вот и он! Подожди, ты же уже был на пересдаче! – удивилась я, принимая дублёнку у гардеробщика.

– Был, но Аннушка решила сыграть в принципиальность. – пробасил Новиков, лениво растягивая слова. – Зануда…

– Что-то ты не очень расстроен, – заметила я, подмигнув. – Выглядишь, как кот у миски со сметаной.