Ольга Силаева – Своевольная невеста (страница 71)

Лёгкая ироническая улыбка.

— Более сентиментальный человек сказал бы «моей королевой».

— Даже не надейтесь выпутаться, пользуясь такой очевидной лестью! — Я возмущенно выскользнула из его объятий. — Думали, скажете красивую речь — и я сразу растаю? Вот уж дудки! Вы меня обманули! Я думала, что я ваша союзница, а не пешка! Что мы действуем вместе и с открытыми глазами! Что наша задача в том, что...

— Чтобы на троне оказался великий и мудрый правитель вместо злобного и эгоистичного королишки? — понимающе спросил герцог.

— Да! Нет! То есть... - я осеклась.

В глазах Кейрана плясали смешинки.

Я скрестила руки на груди.

— Ничего смешного в этом нет: Вы мне врали!

— Недоговаривал, — поправил Кейран. — Впрочем, совсем скоро мой план будет очевиден всем. Валери, думаю, уже начинает догадываться, а значит, и вас уже не стоит держать в неведении.

Я потрясённо покачала головой.

— Получается, вы действовали прямо у сиенцев под носом! И они.

— До последнего не замечали ничего, — кивнул Кейран. — Валери этого точно не ожидала. Ей вообще не могло прийти в голову, что кто-то добровольно может пойти на ограничение своей власти.

— Вы пошли, — прошептала я.

— Роль аристократа — служение, — просто сказал Кейран. — Я служил стране на войне, и после всех этих лет я наконец понял, как должен послужить ей в мирное время. Сделать так, чтобы она не зависела от воли одного мальчишки или его распоясавшейся интриганки-жены. Я долго размышлял об этом и наконец осознал, что дать представительство разным группам — это самый верный способ защититься от монархов, подобных Эдарду и Валери. Вы верите мне?

-я…

Мои губы дрогнули. Он же обманывал меня! Он же... он же.

Но я не могла ему не верить. Сейчас, глядя в эти глаза, спокойные и серьёзные, не могла.

— Я верю вам, — выдохнула я. — Кажется.

Мы замолчали, глядя друг на друга.

— Но мы ещё не победили, — нарушил молчание Кейран. — Валери опасна. Всё ещё опасна. Королева никогда не смирится с регентством Гиллиана, ни со временным, ни тем более с постоянным, а всё движется к этому, поскольку Эдард слишком слаб. И теперь, когда Валери предупреждена, её партия сделает свой собственный шаг.

— злобные и властные сиенцы, — пробормотала я. — А ведь я весьма мало с ними встречалась, исключая королеву и наёмных убийц.

— Видите? У вас уже весьма широкий круг общения.

Глядя на него, я не выдержала и засмеялась.

И тут же посерьёзнела.

— А Гиллиан? Что он сделает, когда поймёт, что его возможности весьма ограничены? Что он не всевластный монарх, а лишь король при Ассамблее?

— Будет профилем на монетах и главой королевского двора, — пожал плечами Кейран. — Женится, заведёт наследников, будет ездить на охоту, устраивать балы и инспектировать гвардию. А также вносить в Ассамблею указы и интриговать, чтобы увеличить своё содержание Возможно, даже дозреет до того, чтобы интересоваться жизнью простых жителей королевства. Просто будет несколько более ограничен в средствах.

— То есть крайне ограничен, — уточнила я.

В глазах Кейрана снова плясали чёртики

— Умеренно.

— А если Эдард всё-таки выздоровеет и сменит Гиллиана? — уточнила я. — Право отправить вас на эшафот у него всё-таки остаётся. Да и Валери, едва влезет на трон, тут же потребует палача с бо-о-ольшим топором!

— Это будет сложнее, чем кажется. — На губах Кейрана снова играла улыбка. —Наша Ассамблея в кои-то веки проснулась и почувствовала вкус власти. Раньше они были разобщены: каждый думал, что он сам по себе и ничего не может сделать, а перемены невозможны. Их единственной целью было сохранить свои земли, не ссориться с сиенцами и лишний раз не показываться королеве на глаза.

— Да уж, — пробормотала я.

— Но нашими с Гиллианом общими усилиями они начали сбиваться в группы. Они осознали, что у них есть общие интересы. И... всё. — Кейран развёл руками. — Мы им больше не нужны. Я им больше не нужен. Ни мои письма, ни гонцы, ни личные визиты. Теперь они действуют самостоятельно — и ни Эдарду, ни Гиллиану, ни Валери, ни даже вам, стань вы королевой, не удастся ни удержать, ни вернуть единоличную власть.

Я потрясённо смотрела на него.

— Вы… как долго вы это готовили?

— Задумки у меня появились сразу после того, как Эдард объявил о своём намерении жениться на сиенской принцессе, — невозмутимо отозвался Кейран. –А когда я узнал о брачном контракте, по которому беременная от кого угодно Валери получила бы всё, я понял, что времени не так много. И начал действовать.

Я нахмурилась.

— Но вам всё-таки нужна была я, — произнесла я. — Я и моя королевская кровь.

Зачем?

—А вы не догадываетесь?

Я покачала головой. Кейран вздохнул.

— Королевским происхождением можно добиться куда большего, чем самыми убедительными уговорами. Я стал кандидатом на трон, и мои союзники рассчитывали, что я быстро заберу у Эдарда корону и разделю с ними власть.

Другое дело, что я знал, что этого не будет. Им всё равно придётся собраться вместе и требовать власти у другого монарха.

— Иными словами, вы обманули их тоже.

— Не без этого. Но всё к лучшему, не так ли?

Я не знала, аплодировать ли его спокойной самоуверенности или хвататься за голову. Мне оставалось только вздохнуть. Интриган высшей пробы, нечего сказать.

И одновременно я испытывала безмерное облегчение, что мне не нужно бороться за трон. У меня будет герцогство и Кейран, будет место в Ассамблее и ответственность перед всеми, для кого земли герцога Дуартского являются домом.

Но ещё у меня будет свобода.

Вот только Кейран ещё не победил. Мы ещё не победили.

— Королева собирается устроить мне серьёзную гадость на балу, — произнесла я наконец — Не стоит об этом забывать.

— Не стоит, — согласился Кейран.

— Как вы думаете, что это может быть?

Кейран потёр лоб.

— Я не знаю. Это меня заботит, это серьезно, и я попробую узнать, что это... но я не уверен, что мы успеем.

— Скорее всего, не успеем, — вздохнула я. — И что тогда мы будем делать?

Кейран вдруг улыбнулся, и в его улыбке, такой мягкой в последнее время, я вдруг увидела нечто хищное. Призрак прежнего Кейрана, воина и полководца, готового если не дать сражение прямо сейчас, то поставить противника в такую ситуацию, что тот десять раз проклянёт, что связался с моим мужем.

Он протянул мне руки, и я вложила в них свои.

— Мы будем побеждать, разумеется. — Кейран поднёс наши сплетённые руки к груди, притягивая меня к себе. — И танцевать.

 

 

 

30.

Когда мы под руку с Кейраном вошли в бальный зал, я остановилась, моргая от яркого света.

Бальный зал оказался каменным садом. Огромные каменные колокольчики и розы росли вдоль белоснежных стен, и каждую обнимали гирлянды лирских ламп, сияя и переливаясь на кончиках листьев. Своды купола, выстланные резными листьями, также были украшены покачивающимися гирляндами, и казалось, что каменные листья шевелятся под невидимым ветром. Роскошные водопады из живого света падали с самой вершины купола и, казалось, проливались с неба. И всё это великолепие отражалось в застывшем голубом полу из прозрачного ледяного стекла, под которым то и дело золотыми рыбками проплывали гроздья сверкающих огоньков.

- У Валери есть вкус, пусть и непомерно дорогостоящий, — проронил Кейран рядом со мной. — До их с Эдардом свадьбы зал выглядел гораздо проще, и содержать его было куда дешевле.