Ольга Силаева – Своевольная невеста (страница 57)
— Почему же, — в тон ему ответила я. — Если вы всё ещё играете на стороне королевы Валери, вы явились как раз вовремя. Узнать, действительно ли у меня есть влияние, играла ли я роль в сегодняшнем заседании Ассамблеи и всё такое прочее.
Я посмотрела на графа Холли в упор.
— Не так ли, ваше сиятельство?
Граф с хитрым видом развёл руками.
— Всё ещё на стороне королевы, говорите? Вполне может быть. Но я умный человек, как я и говорил вам. — Он цокнул языком, с видом знатока разглядывая моё декольте. — А вы, моя дорогая, сейчас необыкновенно одиноки. Принц Гиллиан получил огромный груз, и ему некоторое время будет не до вас. А ваш муж не может вас защитить. Ведь её величество права, не так ли? Кейран вне игры.
Насовсем.
— Я не стал бы так торопиться.
Кейран появился на веранде словно бы из ниоткуда. Одетый в серую рубашку и простые штаны, по-домашнему, совсем не грозный и вроде бы даже благодушный, но Холли всё равно отступил на шаг.
— А ведь и не скажешь, что ты изменился и стал трусом, — произнёс Холли с принуждённым смешком. — Выглядишь совсем по-прежнему. Если бы меня лично не убедила её величество.
В его глазах блеснул давешний жадный огонёк.
_ Кейран, дружище, — тон его вновь стал масляным, — ты ведь был лучшим другом Родерика. Её величество упоминала, что об обратном эликсире все эти годы знал только ты и никто другой не смог его достать. Древний секрет... давно умерший алхимик. — Холли пытливо глядел на моего мужа. — Ты же понимаешь, насколько это важно. Поделись со мной, своим соседом и другом. Твоя жена, уверен, тоже хочет знать
— Не хочет — быстро сказала я. — Или хочет, но наедине! Не рядом с приспешником королевы, который за этим секретом и пришел!
— 0, но в этом нет никакого секрета, — пожал плечами Кейран.
Холли моргнул.
— Нет?
— Нет — подтвердил мой муж. Он смотрел на Холли с иронией. — Кстати, раз уж мы об эликсирах, жаль, что ещё не придумали такого, который заставил бы полных мерзавцев перейти хотя бы на половинную роль. Казна королевства явно выиграла бы…
Холли даже глазом не моргнул. Он выжидательно смотрел на Кейрана.
— Кейран, вам не стоит рассказывать... начала я…
— Родерик запретил изготовлять солонский эликсир и обратный ему, перебил меня Кейран. — Рецепты были сожжены, наследники алхимиков получили огромные отступные, а флаконы, прибережённые аристократическими семействами на крайний случай, были выкуплены и разбиты. — Он усмехнулся, глядя на Холли. —Видишь ли, дорогой сосед, Родерик имел случай внимательно ознакомиться с действием эликсира.
Потому что Родерик сам выпил солонский эликсир. Но этой историей Кейран явно не собирался делиться с графом Холли.
— и пришел к выводу, что принудительное изменение характера — это то же, что и убийство, — спокойно завершил Кейран. — А если человек к тому же и теряет память, это преступно вдвойне. По некоторым причинам Родерик не стал объявлять это преступлением, иначе пришлось бы привлечь пару древних родов и случился бы скандал.
А заодно пришлось бы осудить и самого Кейрана, к слову. Хотя закон обратной силы вроде бы не имеет, Родерик всё равно решил не рисковать.
— Поэтому... — начал Холли.
— Поэтому Родерик избавился от эликсиров, и теперь ни солонского, ни обратного к нему эликсира, который действует и сам по себе в качестве так называемого эликсира слабости, нигде не найти, — просто сказал Кейран. — Их просто нет в природе. Может быть, когда-нибудь особо дерзкий алхимик вернётся к своему тиглю и возродит древний рецепт Почему нет? Но в ближайшие годы я не стал бы надеяться.
Холли отчётливо скрипнул зубами.
— Что ж, спасибо за откровенность, — произнёс он не без презрения. — Как легко, оказывается, тебя разговорить. Обратный эликсир помог я полагаю?
Ох, если бы не обратный эликсир, Холли сейчас летел бы с веранды головой вперёд! Или через дверь — пинком под зад. Хо-о-орошим таким пинком.
— Как интересно, — сладко улыбнулся Холли. — Что ж, спасибо тебе за эти ценные сведения, старый друг Как приятно, что теперь ты не можешь никому отказать.
Я с трудом удержалась, чтобы не выругаться.
Вместо этого я мило улыбнулась.
— Граф, думаю, вам пора возвращаться к её величеству с новостями, — произнесла я и вновь очаровательно улыбнулась, взмахнув ресницами. — Если, конечно, фрейлины, приставленные принцем Гиллианом, разрешат вам аудиенцию. Но разве они могут устоять перед вашим обаянием?
Холли окинул меня оценивающим взглядом, в этот раз глядя прямо мне в глаза. Я могла представить колёсики, вращающиеся в его голове. Королева сейчас явно была не на коне. Точно ли он поставил на ту лошадь и не стоит ли выбрать меня?
Но Холли тряхнул головой и подмигнул мне.
— Зато никто не помешает мне передавать записки её величеству, — доверительно сообщил он. — Тем более что одна рыжая фрейлина готова на всё, чтобы стать графиней как можно скорее.
Одна рыжая фрейлина?
— Камилла?!
— Горячая рыжая штучка... и по странному совпадению — ваша сестра, герцогиня.
Холли расплылся в улыбке — Совсем скоро мы с вами можем стать родственниками.
Ну да, женится он на бесприданнице, так я и поверила.
Отступив к дверям, Холли вновь оглянулся на моего мужа.
— Вашему мужу очень повезло, — произнёс он, понизив голос. — Королева Валери очень искусна в самых разных вещах и очень, очень недовольна всем, что успели учинить принц Гиллиан и ваш супруг в Ассамблее. Хорошо, что Кейран теперь настолько... мягкотелый. Иначе, сами понимаете.
Я бросила быстрый взгляд на Кейрана. Холли, от которого этот взгляд не ускользнул, расплылся в ухмылке.
— Наслаждайтесь, наслаждайтесь семейным счастьем, ваша светлость, — произнёс он. - Королева сделала вам царский подарок, напоив вашего мужа обратным эликсиром. Она подарила Кейрану жизнь. Помните об этом.
Он подошел к дверям и обернулся.
— И примите на прощание дружеский совет, ваша светлость. — Он многозначительно уставился на меня. — Сидите тише воды, ниже травы.
Не выдержав его наглости, я уже открыла рот, чтобы сказать графу Холли, куда ему засунуть свои советы, но рука Кейрана неожиданно легла на мою.
— Передай её величеству, — спокойно сказал он, — что мы тебя выслушали.
Холли издевательски поклонился и, послав Кейрану напоследок ещё одну полупрезрительную ухмылку, исчез в дверях.
Мы с Кейраном остались наедине.
— Ну и зачем вы рассказали ему всё об эликсирах? — устало сказала я. — Королева же моментально об этом узнает!
— Узнает, — кивнул Кейран. — А заодно узнают и другие придворные, и скоро это распространится по всей столице. Моя дорогая, — его пальцы чуть сжались на моей руке, — вы не представляете, какая паника могла подняться, когда люди узнали, что из-за одного глотка из дурацкой бутылочки я превратился чёрт знает во что. «Если уж с Кейраном Дуартским такое сделали, что будет с моими сыновьями, если я случайно наступлю на хвост королеве? Даже в убийстве никого нельзя будет обвинить: все живы, нет преступления, ничего не докажешь»
— Нда, пробормотала я. — Ужас-ужас.
— Но теперь эта опасность миновала. Все будут знать, что эликсиров больше нет и их нигде не достать. Столица будет спать спокойно. Да, у королевы есть наёмные клинки и яды, но ещё одно явное покушение — это слишком рискованно. Особенно теперь, когда к королеве приковано такое внимание.
— И почему вы сразу не признались королеве в подземелье, что эликсира больше нигде нет? — упрекнула я. — Она бы знала, что эликсир слабости закончился, и не стала бы разбазаривать последний флакон на вас!
Кейран развёл руками.
— Тогда я был упрям и не желал, чтобы Валери получила из моих рук хоть что-то.
Пожалуй, я бы даже не признался ей, что небо синее.
Я невесело улыбнулась. Увы, последние флаконы эликсира всё же сыграли свою роль. Король Родерик оставил таки сыну единственную дозу солонского эликсира, а Гиллиан, к добру или к худу, напоил им меня. А Кейрану достался обратный эликсир из кабинета Родерика, припасённый старым другом на крайний случай. Весьма неприятный случай, к слову сказать. Мог бы и уничтожить по-тихому, раз уж Родерик так невзлюбил эти эликсиры! Кофе с утра — тоже вполне себе снадобье, особенно со сливками.
Я потянулась и осторожно погладила руку Кейрана
— Эликсиров больше нет — тихо произнесла я. — Но для вас всё уже случилось.
— На троне временно сидит не самый худший регент, а я всё ещё жив, — негромко произнёс герцог — Мир не так плох, как вы думаете.
— Но вы... — начала я.
И вдруг оборвала себя. Я осознала кое-что.
— Вы были так послушны в камере, когда её величество напоила вас эликсиром, —произнесла я осторожно. — Но сейчас вы относитесь к её величеству куда менее верноподданнически.