Ольга Силаева – Своевольная невеста (страница 11)

— Придержи свой язык, дура. Если он выберет Камиллу, так тому и быть. Если выберет тебя, опустишь свои наглые глаза и будешь поддакивать каждому его слову. Если не сбудется ни то, ни другое…

Мачеха позволила фразе повиснуть в воздухе.

— Моя жизнь превратится в ад? — предположила я. — Вы правда хотите начать между нами войну, леди Изабелла? Вряд ли в этом случае его светлость женится хоть на ком-нибудь, кажется, я нарываюсь. Но если я подчинюсь требованиям мачехи сейчас, то могу с тем же успехом сразу запереться в комнате и выходить только на завтрак, опустив голову и надев самое бесформенное из платьев. И ничего не есть, кроме салата.

Леди Изабелла подняла бровь, оглядывая меня.

— И чего же ты хочешь за то, чтобы не мешать нам этим вечером?

Ага. То есть сейчас начинается настоящая торговля.

Первым, что чуть не сорвалось у меня с языка, была просьба объяснить, что именно во мне так интересует его светлость. Но не в интересах мачехи мне это растолковывать.

— Расскажите мне о сиенцах, — неожиданно для себя попросила я. - Наш король женился на сиенской принцессе, но его светлость считает этот брак ошибкой. Лорд Кейран прав? Или в нём говорят воспоминания о войне?

Мачеха изумленно уставилась на меня. Да уж, неожиданный вопрос, не так ли?

Её лицо вдруг смягчилось.

— Сиенцы повесили моих родителей ни за что, — произнесла она. — Меня едва успели вывезти из поместья — зимней ночью, в одной накидке и без вещей. Твоя мать столько времени провела в бегах, в военных лагерях и нетопленых палатках, что подорвала здоровье и не выдержала первых родов. — Она поджала губы. — Твой отец прожил бы куда дольше, если бы его не тревожили старые раны... и воспоминания.

 

В груди кольнуло. Я не знала своих родителей. Но если бы не сиенцы, возможно, Тиса была бы уверенной в себе и счастливой девушкой рядом с любящими отцом и матерью.

— Но сейчас у нас с Сиеной мир, верно? — спросила я вслух. — Это значит, что отношения с сиенцами изменились к лучшему. Что бы ни было раньше, оно в прошлом.

Мачеха покачала головой.

— Сиенцы просто добиваются своего другими способами. Король Эдард видит в них друзей, союзников, но это чушь. Гиены, собравшиеся делить чужой пирог — вот кто они такие. И они вечно будут смотреть на нас как на людей второго сорта.

— И король Эдард ничего не делает по этому поводу?

— А что он может сделать, кроме как распахнуть двери пошире? — фыркнула мачеха.

— Сиенская аристократия стала частью королевского двора, получила земли, деньги, влияние, и с каждым разом сиенцы всё чаще воспринимают свои привилегии как должное. Не говоря уже о королеве-сиенке, которую они уважают куда больше, чем Эдарда. И через которую получают львиную часть своих преференций.

— У короля нет прямого наследника, — вспомнила я. Его брак бездетен. Верно?

Улыбка мачехи больше походила на оскал.

— Но развестись ему никто не даст, да Эдард и сам не захочет. И если его величество вдруг умрёт, сиенская аристократия быстро вспомнит, что править должна королева.

Я открыла рот. Что?!

— Они возведут на трон сиенку?! А герцога удар хватит!

— А ты что думала?

Сиенская принцесса во главе страны. И никакой оккупации не надо: новая королева сама принесёт всё сиенцам на блюдечке.

— Кошмар, — прошептала я.

Мачеха кивнула. Сейчас она смотрела на меня без вражды, словно мы были на одной стороне. Но тут же выпрямилась, устремив жёсткий взгляд на меня, и её глаза сузились, вновь вспыхнув прежней неприязнью.

— Сегодня после ужина ты поднимешься к себе и не будешь нам мешать, — сухо напомнила она. — Надеюсь, ты выполнишь сделку.

И, не прибавив ни слова, вышла.

Я выдохнула, опершись на стол. Итак, этой ночью Гиллиан предлагает мне бежать с ним. Мачеха требует, чтобы я не мозолила ей глаза после ужина.

И не будем забывать про его светлость. С его кружевами, властным присутствием и раздевающим взглядом.

«Я присмотрюсь к вам. Я не ожидал перемены в вашем характере, и мне нужно, понять, как это меняет мои планы».

Я бы тоже присмотрелась к нему, будь у нас время.

 

Увы, времени у меня не было.

 

7.

Когда я вошла в столовую, то ощутила укол разочарования: лорд Кейран отсутствовал. Зато мачеха, Камилла и Нора, уже устроившиеся за столом, уставились на меня во все глаза.

Мадам Шемон сдержала слово: готовое платье мне доставили за полчаса до ужина.

Кремовый шёлк словно обрёл новую жизнь. Кружева подчёркивали воздушно-хрупкую фигурку, окутывая её необыкновенно уютным домашним шармом. Такую девушку хотелось обнять, укутать, согреть. накормить хорошим ужином.

Возможно, даже жениться на ней

По разозлённому взгляду Камиллы я поняла, что мадам Шемон удалось добиться цели. Нет, собственное платье сестры, изумрудно-зелёное, со вставками из блестящих камней, было куда более роскошным, так что жаловаться ей было не на что. Но перемена во мне её явно бесила.

Я мысленно вздохнула. Кажется, меня ждёт не самый приятный ужин.

Моя новая горничная Аннабель оказалась куда более приятной особой, чем Рона и тем, более Агата. Она подтвердила, что его светлость уехал лично проверять дела в лирских шахтах. И, как я понимала, уехал не зря: бешеный доход с шахт привлекал и контрабандистов, и грабителей, и просто желающих по-тихому вынести пару корзин с бесценным грузом.

Увы, похоже, его светлость действительно не успеет вернуться к ужину. А после ужина будет действовать наша негласная договоренность с мачехой, и мне придётся уйти.

Я украдкой оглядела платье. Что ж, может, принц Гиллиан оценит? Хотя соблазнять одного жениха в платье, подаренном другим, совсем уж нехорошо.

— Приятного аппетита, леди Изабелла, дорогие сёстры, — ровно произнесла я, усевшись. — Как прошёл ваш день?

— Лучше, чем твоё утро, - фыркнула Камилла. — Подумала о моих словах, сестренка?

Точнее, об угрозах. Записка в рукаве жгла кожу. Хорошо ещё, Гиллиан не стал упоминать о наших страстных ночах вместе, если они и были.

— О да, — пробормотала я. — Ещё как подумала.

— Хорошо, — подчеркнула сестра.

Я молча положила себе на тарелку воздушный творог с крупным золотым изюмом и колотыми орехами, сбрызнутый кремом. Вонзила ложечку в лакомство и в очередной раз поразилась, как вкусно готовят у герцога. Если бы только к его изысканной кухне не прилагался он сам!

Увы, если я хочу наслаждаться местными пудингами, придётся смириться с тем, что его светлость будет лично приносить их мне в постель. Впрочем, его ещё заставь. Уж скорее он меня на кухню погонит.

Издали раздался шум. Мне показалось или со стороны холла доносятся голоса?

— Хорошо, что ты услышала голос разума, сестрёнка, — хихикнула Нора. — Глядишь, и поедешь с нами ко двору, когда Камилла и лорд Кейран объявят свою помолвку.

Я промолчала, пропуская подколку мимо ушей. Пусть себе радуются. Если у Кейрана настолько плохой вкус, что он выберет Камиллу, кто я такая, чтобы возражать?

— Надеюсь, ты не заупрямишься в самый неподходящий момент. Тиса, — в голосе Камиллы прозвучала неприкрытая угроза. — Не хотелось бы прибегать... к крайним мерам.

— И о каких же мерах вы говорите, леди Камилла?

Лорд Кейран стоял в дверях столовой в тёмном дорожном платье и распахнутом плаще. Не по этикету, но надо признать, наряд ему шёл. Как и влажные волосы, сбрызнутые вечерним дождём.

— Воспитательных, ваша светлость, — широко улыбнулась Камилла. — Рискованное поведение молодых девиц может привести... к крупным неприятностям. Не так ли?

Взгляд, который она метнула на меня, явно намекал, какая именно девица имеется в виду. Я со вздохом отложила ложку. Кажется, поесть мне не дадут.

— Крупные неприятности уже произошли, — отрывисто произнёс его светлость. —Только что здесь был гонец из столицы.

У Норы округлились глаза.

— Из королевского двора? — благоговейно произнесла она. — От самого короля Эдарда?