Ольга Шумяцкая – Комедия дель арте (страница 13)

— Челентано! — в восторге шепчет она. — Чистый Челентано!

…Челентано выкаблучивается перед Муркой. Ария заканчивается. Челентано раскланивается и исчезает в кафе. На пороге оборачивается, кидает на Мурку блудливый взгляд и целует щепотку своих пальцев. Мурка горделиво глядит на нас. Тут Челентано снова появляется в дверях. В руках у него поднос, на подносе бутылка шампанского «Асти Мондоро», в бутылке — роза. Челентано подбегает к нам семенящими шажками, опускается на одно колено и протягивает бутылку с розой Мурке. Тут надо пояснить, что в кафе «Флориан» существует давняя традиция дарить розу всем посетителям, заказавшим «Асти Мондоро». Но об этом мы узнали позже, из путеводителя. Челентано со своими ужимками и прыжками всего-навсего унюхал в Мурке вожака стаи, самую платежеспособную личность, поэтому и плюхнулся на одно колено. А мы-то решили, что наша Мурка поразила его своей красотой в самое сердце!

Итак, Челентано стоит на одном колене, Мурка наливается красной краской и начинает сопеть носом, а Мышка отчаянно завидует.

— Инструктор секс-батальона «Брянские бобры»! — заявляет она, мрачно глядя на Челентано.

Мышку можно понять. С того самого времени, когда так бесславно закончилась ее история с Северным Оленем (кто читал повесть «…И другие глупости», тот поймет), ее чаянья не находили адекватного отклика ни в одном мужском организме. А Джигита она сама исключила из своей сексуальной жизни. У них теперь хозяйственный брак. То есть бюджет и квартира общие, а постели разные. Она даже втайне от нас ходила в какую-то жуликоватую фирму и искала себе партнера по компьютеру. «Цвет глаз?» — спрашивал ее компьютер. «Серый, синий, карий, зеленый», — отвечала Мышка. «Рост?» — спрашивал компьютер. «Не ниже 155 см, не выше 2 м», — отвечала Мышка. «Вес?» — спрашивал компьютер. «Не меньше 45 кг, не больше 145 кг», — отвечала Мышка. «Возраст?» — спрашивал компьютер. «Не младше 16 лет, не старше 91 года», — отвечала Мышка. «Увлечения?» — спрашивал компьютер. «А мне-то какое дело? Это же его увлечения», — отвечала Мышка. Внятно она смогла ответить только на один вопрос: «Имя?» Ей хотелось, чтобы ее избранника звали Бенционом. Компьютер подумал-подумал и заявил, что на планете Земля такой человек не проживает.

Мышка всплакнула. Она считала, что честно и откровенно ответила на все вопросы. Жаловаться она пошла к девушке из этой же фирмы. Девушка прочитала распечатки и посоветовала Мышке быть поконкретней. Мышка снова поплелась к компьютеру. На сей раз она отвечала односложно, жестко, уверенно и убедительно, как человек, точно знающий, чего хочет. Она указала цвет глаз с точностью до оттенка, рост с точностью до миллиметра, вес с точностью до грамма, возраст с точностью до дня, и увлечения она тоже указала. Компьютер подумал-подумал и выдал имя и координаты объекта. Мышка посмотрела на распечатку и заскрежетала зубами. Объектом оказался Настоящий Джигит. С тех пор Мышка стала скромнее в своих притязаниях и довольствуется тем, что имеет. Однако нашего с Муркой женского успеха не прощает.

Мурка вынимает розу из бутылки с шампанским и окунает в нее, то есть в розу, нос. Потом она нос вынимает и горделиво, я бы даже сказала самодовольно, смотрит на нас. По носу расплывается ярко-желтое пятно. Это Мурка припудрилась пыльцой. Мурка оглушительно чихает и рукавом размазывает пыльцу по лицу, с которого не сходит идиотская улыбка.

Мышка хихикает. Я укоризненно качаю головой.

— Мурыль! — говорю я. — Исключительно в форме совета — тебе бы под душ.

Мурка смотрится в зеркальце и важно сообщает:

— Мне необходимо освежить макияж!

Потряхивая толстеньким брюшком, она направляется в сторону туалета. Челентано увязывается за ней.

— Ждать! С места не сходить! — приказываю я Мышке, хотя она без нас и так никуда не тронется, и крадусь за Муркой.

Что же я вижу? В маленьком коридорчике перед туалетом стоит Мурка. Сзади пристроился Челентано. Он держит руку на ее плече и пристально рассматривает шею. Видно, как Мурка растекается под его рукой прямо в режиме онлайн.

— Белиссимо! — говорит Челентано и громко вздыхает.

Мурка напрягается. Надо что-то отвечать, а что — она не знает. Покопавшись в голове, она выуживает единственное итальянское слово, которое затесалось там после двух занятий музыкой в дошкольный период.

— Фортиссимо! — выдает Мурка.

— О! — восклицает пораженный Челентано, не ожидавший такой реакции.

— Си! — подтверждает Мурка серьезность своих намерений.

Челентано тушуется и убирает руку с ее плеча. Я возвращаюсь к столику: Через минуту появляется Мурка. Она плюхается на стул и обводит нас торжествующим взглядом.

— Мы приглашены на маскарад! — объявляет она. — То есть пригласили-то меня, но я выпросила для вас два входных. С большим, заметьте, трудом!

На лице ее по-прежнему сияет яичного цвета пятно. В эту минуту Мурка хороша, как никогда.

СЦЕНА ШЕСТАЯ,

из которой не ясно, кто скрывает, а кто открывает свое истинное лицо

Мы попиваем шампанское, а Мурка листает меню. Чело ее пасмурно.

— Ты чего, Мур? — спрашиваем мы. — Чего хочешь?

— Макарон! — бодро отвечает Мурка.

Заявление смелое. Дело в том, что в этом «Флориане» подают дикое количество изысканных десертов, жуткое количество изысканных сортов кофе и кошмарное количество изысканных напитков. Есть даже ликер «Бенвенуто Челлини», настоянный на виноградных косточках, который подают в серебряной рюмочке с чеканным профилем маэстро на покрытом благородной патиной боку. И — никаких макарон, котлет и мясных кулебяк с жареным луком! Но ведь Мурке пора худеть, поэтому мы предлагаем ей спуститься к набережной и выбрать какой-нибудь ресторанчик подешевле.

Мы бредем к набережной. В голове — туман. В ногах — заплетение. Вот интересный факт: если выпить на голодный желудок, то ударяет почему-то в диаметрально противоположные желудку части тела — ноги и голову. Считается, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Это значит, что сердце и желудок находятся у него примерно в одном месте. Можно также предположить, что мужчина внутри себя совершенно неразнообразен. Он состоит из однородного вещества, из которого вылеплены все его внутренние органы. Поэтому и пьянеет медленнее женщины. Ему что желудок, что сердце, что голова, что ноги — один черт. Совершенно другая картина наблюдается в женском организме. У женщины части тела разбросаны в хаотическом беспорядке и находятся в постоянном разброде и шатании. Поэтому в голову женщине приходят самые неожиданные мысли, а ноги заводят ее в самые неожиданные места.

На набережной светит солнышко. Гондольеры, проплывая мимо на своих черных лаковых пирогах, машут нам веслами и салютуют соломенными шляпами с красными ленточками. Туристы, жмурясь, поедают лакричное мороженое — жуткую гадость. С речного трамвайчика вапаретто сходит группа американцев, среди которых я замечаю унылую фигуру американского цыпленка из нашего отеля. Обида с новой силой вспыхивает в моем сердце. Мурка наворачивает макароны. Потом берет еще одну порцию и тоже наворачивает. Так она наворачивает довольно долго, а между тем у нас куча дел. Самое главное из них — купить маски к предстоящему маскараду.

Что вам сказать про покупку масок? Дело это может быть очень веселым и завлекательным, а может — унылым и занудливым. Угадайте, какой вариант был у нас? Масок в Венеции много. Масок в Венеции больше, чем местных жителей и туристов, вместе взятых. Кажется, что выбрать из этого изобилия что-то более или менее подходящее по цене и приемлемое по содержанию невозможно. Однако это не так. При ближайшем рассмотрении оказывается, что все венецианские маски сконструированы по двум-трем клише и раскрашены в два-три цвета. Выбирать тут практически не из чего. Можно выбрать магазинчик — от очень дорогого до просто дорогого. Мы выбираем лавочку на каком-то отдаленном, довольно запущенном грязноватом канале. У входа стоит чучело Казановы — черный плащ, черная треугольная шляпа, черная полумаска. Мурка просовывает руку в пустой рукав плаща, кладет голову на деревянное плечо и требует, чтобы ее немедленно сфотографировали. Мы покорно фотографируем. Входим в магазин.

— Ах! — говорит Мышка. — Какой ассортимент! Давайте, девочки, не спешить. Будем выбирать обстоятельно. Главное, смотрите с изнаночной стороны, чтобы не было дефектов.

— Черт! — бормочет Мурка и больно бьет меня в бок. — Зачем мы ее взяли! Лучше бы сидела в гостинице!

Тут надо сказать, что Мышкина хозяйственная жилка проявляется иной раз в редком, патологическом занудстве. Например, Мышка выбирает йогурты. Вернее, так. Мышка выбирает йогурт. Потому что больше одного йогурта зараз по причине вечного безденежья Мышка себе позволить не может. Этот бедный ни в чем не повинный йогурт должен соответствовать высоким Мышкиным требованиям. Этот йогурт должен быть идеальным. Но этих самых железных требований йогурт не всегда выдерживает и морально разлагается прямо после доставки домой. Потому что, как уже было сказано выше, финансовое положение Мышки оставляет желать лучшего, и ей частенько приходится брать просроченный йогурт. Однако требований это обстоятельство не снижает. Выбирая йогурт — как, впрочем, и сметану, и масло, и печенье, — Мышка долго вертит пачку в руках и внимательно вчитывается в надписи на этикетке. Ее пытливый ум интересует буквально все: цена, вес, сорт, количество жиров и углеводов, срок годности, вкусовые добавки, консерванты и предупреждение фирмы-изготовителя об ответственности потребителя в случае неправильного использования товара. А также: расположение тонких и толстых палочек на штрихкоде, который ни один нормальный человек прочесть не может, да и не пытается. Ни один, кроме нашей Мышки. Мышка читает штрихкоды с упоением, посвящая этому занятию лучшие часы досуга. Четкий, хорошо пропечатанный штрихкод — большая личная радость для Мышки. Читая штрихкод, Мышка смеется, печалится, недоумевает, гневается и иногда даже грозит кому-то маленьким кулачком. Чтение штрихкодов для нее — неизъяснимый источник наслаждения.