Хоть раскинуть руки – и вниз!
О Господь, помоги, явись!
А пожару всё цвесть и цвесть…
Честь задета – Державы честь.
Стоны и крик. И бегущих толпа.
Помощь придёт… Но когда же, когда?!
Самая страшная в жизни тропа —
Это сквозь пламя, сквозь пули врагов
К выходу мчаться из адских кругов,
Мчаться, не зная, куда.
«Люди, за мной!» Но неверный посыл
Быстро толкает в коварный тупик.
Кто-то от страха лишается сил,
Кто-то орёт: «Двери, дверь завалить!» —
И баррикада рождается вмиг.
Людям-мишеням так хочется жить!..
Кто-то вломиться пытается в дверь.
Ужас взлетает убийцей на трон!
Дым за поживой ползёт, как питон.
Там, где пожары, он кормится всласть.
В жуткую панику трудно не впасть:
Жрёт беззащитных лютующий зверь!
Надо спасаться! Бездействие – враг!
Дым валит с ног, удушая людей.
Боль одолеть бы и пагубный страх…
Крик за стеной: «Есть живые?» – «Мы здесь!» —
Рвётся из мрака к спасителям весть.
Только суметь бы… ползком, но за ней…
Вышибли дверь – и к спасенью… скорей….
…Стопку за тех, кто не выжил, налей.
Протянул бы мальчишка руку,
Крикнул бы – да голос иссяк,
Не под силу издать и звука…
Пулей злой продырявил враг.
Рядом с мамой лежит мальчонка,
Он заплакал бы – если б мог.
Вся в крови его рубашонка,
И своих он не чует ног.
Хоть бы мама скорее встала,
Отнесла бы его домой.
Но и в ней «сверчки» из металла.
На лице – испуг ледяной.
И молчит она… Ни словечка…
Им из «Крокуса» бы уйти!
Взбунтовалось его сердечко
И как будто велит: «Лети!
Есть другие миры и дали,
Там не будет обид и зла.
Улетай же! Оставь печали,
Коль прорезались два крыла».
А в расцветших огненных маках
Птицы лёгкие к небесам
Поднимались! И – взмах за взмахом —
Взвился в звёздную высь он сам.
Над Землёй метался тревожный
Суматошный сиренный вой…
Мир от силы страдал безбожной,
В травле мучился целевой.
И не раз огнём озарится,
Жгучей гарью слепя глаза…
Улетали неслышно птицы,
Птицы лёгкие, как слеза.
Светлый воздух, летя, вкусили,
Светлый мир сапфиром блистал…
Далеко, в неподкупной сини,
