Ольга Шерстобитова – Украденное сердце (страница 3)
Едва выбралась из рушащегося здания, хватая ртом воздух, огляделась и лицом к лицу столкнулась с элерцем.
Эта новая и незнакомая раса из глубокого космоса прилетела на Кейруну месяц назад с дипломатическим визитом. Перепутать их ни с кем невозможно: они единственные среди инопланетян ходят в полностью закрытых черных костюмах и зеркальных шлемах, не показывая ни лиц, ни даже рук, что рождало немало слухов. Многие считали, что под космокостюмом спрятаны настоящие монстры с острыми зубами и когтями, и они не хотят пугать своим видом кейрунцев. Мне об этом думать было некогда.
По земле снова прошла дрожь. Я подскочила, готовая бежать куда угодно, лишь бы выжить. Но неожиданно элерец перехватил меня – быстро, без лишних движений, и буквально вдавил в себя. Меня озарила яркая вспышка, а следом случился странный рывок, напоминающий падение в лифте. Сердце заколотилось, как ненормальное, крик застыл в горле… Но так же внезапно все закончилось, и хватка незнакомца ослабла.
Сам он отстранился, но руками еще придерживал меня, будто опасался, что я не устою на ногах. И, наверное, был прав – руки тряслись, колени подгибались, а тело совсем не слушалось.
Все, что я сейчас могла, это часто дышать и таращиться на мужчину, пока где-то за его спиной не раздался очередной ужасный грохот.
Мир поплыл, пока я, цепляясь за элерца, эту единственную опору, оставшуюся у меня сейчас, смотрела, как рушатся здания, пропадая в появившейся расщелине в земле.
Здание музея уже исчезло. Я прикусила губу до боли, чтобы не разрыдаться. Они все были на десятом этаже. Шеф. Коллеги. Стен. Значит, спастись не смогли, не успели и… погибли. И больше я никогда не услышу спокойный голос Стена, подтрунивающего над другими археологами. Стена, который считал меня едва ли не своей внучкой и хотел помочь спастись с Кейруны.
Меня еще сильнее затрясло от потрясения, очередной невосполнимой потери и ужаса, который никак не хотел отпускать. Я зажмурилась и уткнулась лицом в плечо замершего и напряженного элерца. Он не отталкивал меня, не пытался что-то сказать или хоть как-то утешить. Просто стоял, позволяя вцепиться в него мертвой хваткой.
Наверное, это и неудивительно. Элерцы, как я слышала, предпочитали политику невмешательства в дела другой планеты.
Только почему же тогда он меня спас?
Когда я немного успокоилась, отступила на шаг и выпустила из своего захвата незнакомца, землетрясение закончилось так же внезапно, как и началось. Разве так бывает? Или я чего-то не знаю о землетрясениях.
Впереди, насколько хватало взгляда, все лежало в руинах, а вокруг слышались сирены и людские голоса.
Не хочу это видеть. Снова боль и страх, а мне их и так хватило за мои двадцать пять лет.
Я перевела взгляд, обнаружив, что стою на границе разрушений, и нервно сглотнула. Справа от меня находилось еще несколько элерцев, которые помогали людям – кому подняться, кому наоборот, присесть. Все это спокойно, без лишней суеты и не произнося ни слова.
Элерец рядом со мной выпустил мою руку, сделал шаг назад, повернулся к своим – и наверняка что-то произнес по внутренней связи, потому что они разом отступили от спасенных людей и двинулись вдаль по краю дороги вслед за своим, похоже, командиром.
Все одинаковые до невозможного, в черных бронированных костюмах, с зеркальными шлемами. Незнакомцы, от которых веяло силой и уверенностью, которые между делом спасли сейчас два десятка людей.
– Спасибо! – хрипло крикнула я, осознав, что даже не поблагодарила того, кто только что спас мне жизнь.
С такого расстояния, на которое он ушел, наверное, уже и не слышно. Но я ошиблась. Командир элерцев, как я для себя его окрестила, на мгновение замер, но не обернулся и продолжил путь туда, где за рекой на маленьком частном космодроме виднелся их корабль. Черный, поблескивающий серебряными вставками, нерушимый, словно древняя крепость.
– Даже трещина исчезла? – раздался чей-то удивленный голос.
Я вздрогнула, осознав, что, забыв обо всем на свете, смотрю и смотрю вслед уходящим элерцам, а пришедшие в себя от потрясения люди вовсю уже обсуждают произошедшее.
Я оглянулась и осознала, что нахожусь в конце квартала, где раньше располагался музей. Глупо моргнула. И как я здесь оказалась? Ущипнула себя, покосилась на остальных спасенных элерцами.
– Они что же, нас как-то перенесли? Разве так бывает? – удивилась я вслух.
– О чем и о ком ты, деточка? – спросила меня женщина, перебинтовывая руку раненому мужчине, сидевшему прямо на тротуаре.
– О том, как я здесь оказалась.
– Спасатели перенесли, – уверенно заявила она.
– Вы про элерцев?
– Про кого? – спросила она, на мгновение отвлекаясь.
– Про инопланетян в черных костюмах с зеркальными шлемами, которые появились там, где рушились здания, и каким-то образом нас сюда перенесли.
Женщина выпрямилась, внимательно и цепко посмотрела на меня, так, что мне захотелось попятиться.
– Проверилась бы ты у целителей, если найдешь кого свободного. После подобного ужаса и не такое ведь померещится. Спасатели нас сюда перекинули, чудом успели.
Ее поддержали еще несколько людей, а я впала в легкий ступор от происходящего. Быстро зажмурилась, открыла глаза. Руины никуда не делись, женщина, закончившая перевязку, смотрела на меня все еще с подозрением и легким сочувствием. Может, она права? Может, я ударилась головой, и элерец был галлюцинацией? Но я ведь до сих пор ощущаю его уверенное прикосновение.
Я покосилась на свои руки, неверяще медленно повертела перед лицом ладонями. На них не было ни царапинки! Но ведь я помню, как лезла по той куче бетона и металла, это не могло пройти бесследно! Прислушалась к остальным ощущениям. Нигде ничего не болело, никаких ран не имелось.
Я нервно сглотнула, не зная, что и думать. Уж чем-чем, а регенерацией никто из землян не обладает. И способности-то после эволюции просыпались лишь у одного на тысячу, обычно совсем небольшие и ментальной направленности.
Что же это такое было? Неужели меня каким-то образом исцелил элерец?
– Вот повезло! Даже не ранена! В рубашке родилась, – раздался чей-то голос.
И никого не смущает, что на одежде у меня есть порезы, а ран нет? Судя по реакции людей, никого. Как никто из них не помнил элерцев. Никто, кроме меня. От этого было настолько не по себе, что кружилась голова. Либо я сошла с ума, в чем я сильно сомневалась, либо элерцы, помимо того, что умеют каким-то непостижимым образом исцелять, еще и могут… стирать память. Только почему же она осталась у меня?
Ужаснуться тому, что случилось? После всего произошедшего я на это уже не была способна. И на очередной вспыхнувший вопрос, почему вдруг элерцы спасли людей, а потом каким-то образом зачем-то подменили это воспоминание, ответ тоже не находился.
Пожалуй, я подумаю об этом после.
Глава третья
Я закончил просматривать новости, закрыл все голограммы и выдохнул от облегчения. Информация о том, что элерцы как-то замешены в спасении людей, нигде в Межгалактической сети не появилась.
Я потер виски, вновь сосредоточил энергию в кончиках пальцев, прогоняя вернувшуюся головную боль. Применять ментальную сторону дара, когда приходится буквально окунаться в чужие эмоции, чувства и память, с какой бы то ни было целью и изменять их, я никогда не любил и долго, почти сутки, потом мучился с последствиями. Но сегодня, когда около сотни человек видели, как я разрывал пространство, спасая со своей командой тех, кому суждено было погибнуть во время землетрясения, у меня не осталось выбора.
Раскрывать уникальные способности нашей расы к управлению энергией за пределами родной Элерии запрещено, и на то есть свои весомые причины. Мы хотим спокойно и мирно жить на своей планете, а не воевать с другими расами, которые точно пожелают отнять у нас источник энергии, расширяющий наши возможности, а нас самих разобрать на опыты. Эти намерения так легко считывались у большинства знакомых нам инопланетных рас, да и в прошлом был негативный опыт взаимодействия, когда Элерию чуть не уничтожили, поэтому принятое пять сотен лет решение о сохранении тайны не менялось.
Нет, мы, конечно, сотрудничали с несколькими расами из соседних с нашей звездных систем, заключали разного рода торговые сделки, но этим все и ограничивалось.
Отвлекая меня от мыслей о доме, раздался вызов на коммуникаторе, и я провел по чуть светящейся полоске на руке, принимая его.
– Здравствуй, Грей, – кивнул отец, усаживаясь в кресло и внимательно смотря на меня.
– Здравствуй, папа.
– Ничего не хочешь мне рассказать?
Я немного озадаченно уставился на него.
– Например, о неожиданном чудесном спасении кейрунцев во время сегодняшнего землетрясения.
Я вздохнул и вновь потер виски, уже не пытаясь скрыть свою усталость.
– Вот откуда тебе все удается так быстро узнавать? – только и поинтересовался.
– А служба безопасности мне на что? Она у меня, между прочим, лучшая из лучших, – напомнил отец, будто я этого не знал. – И они, и я умеем читать между строк.
В проницательности отца я не сомневался никогда.
– Грей, что случилось? Я тревожусь за тебя.
И что вот на это ответить?
Отец знал, что и я, и трое моих младших братьев всегда контролируем свои способности, не поддаемся эмоциям и ответственно относимся к порученным нам делам. И, если уж рискуем себя выдать, то тому есть серьезная причина.