Ольга Шерстобитова – Пара для волка (страница 5)
Будет знать, как связываться с беззащитной девушкой!
Он рыкнул как-то по-звериному, низко, и внутри у меня все оборвалось от страха, но сдаваться я не была намерена. Так, отмахиваясь этим грозным оружием и радуясь, что разбойник лишь уворачивается, а не пытается напасть, я по чуть-чуть продвигалась к заветным полкам с зельями. Там в высоком флаконе хранились остатки бабушкиного эликсира, на небольшое время, лишающего человека сознания. Вот использую его, свяжу этого гада, а после… устрою допрос с пристрастием.
Незнакомец неожиданно подобрался настолько близко, что вцепился в мой рукав. Я дернулась, потеряла равновесие, зацепила взметнувшейся вверх метлой полку с зельями и не успела даже ужаснуться, как мужчина, зло порыкивая, буквально смел меня в сторону, прижимая к стене и закрывая от града падающих флаконов.
Меня тотчас опалило жаром его тела, сильного, явно натренированного, иначе бы не ощущались так ярко все эти твердые мышцы, да так, что дышать стало тяжело. Я заколотила руками по его плечам, пытаясь оттолкнуть, почему-то чувствуя не страх, а странное томление. Может, какое-то разбитое зелье так действует? Ненормальное же ощущение, когда тебе одновременно хочется и убить мужчину, и зарыться носом в его шею.
Едва он ослабил хватку, метнулась в сторону и… в этот момент висящие полки одна за другой начали рушиться и падать вместе с оставшимися зельями и пучками трав. Я кожей почувствовала, как бабушкины чары, наложенные в доме, окончательно исчезли именно в этот поганый момент!
Охнув, я решительно подскочила, надеясь успеть поймать самое опасное из зелий, что содержало в себе измельченный огонь-камень, но за спиной раздался рык, пробирающий до костей, и меня решительно перехватили. Про разбойника я успела за считанные секунды забыть, а зря.
Ну, погоди у меня! Легко не дамся!
Кусаясь и царапаясь, я старательно пыталась выбраться из его рук, пока он, словно непробиваемая стена, держал меня, не давая свободы.
Разбивались флаконы, комнату заволокло ароматами, а после… предсказуемо раздались треск и шипение, и моментально вспыхнул огонь. Пламя взметнулось вверх, словно только того и ждало.
Незнакомец оторопел, явно не ожидая ничего подобного, выпустил меня из своих объятий. Я в ужасе уставилась на пожирающий все вокруг огонь, но длилось это оцепенение не больше пары секунд. Руки сами подхватили сумку с бабушкиным гримуаром и кошельком с монетами, но я едва ли соображала, что делаю. Закашлялась, сделала шаг к двери, ведомая одной мыслью – спастись, но перед дверью рухнула балка, преграждая путь. Следом затрещал, угрожая рухнуть нам на голову в любую секунду, потолок.
Я отскочила, упираясь спиной в грудь мужчины, и он неожиданно крепко обхватил меня, разворачивая к себе. Бросила короткий взгляд на окно, но его заволокло дымом, и огонь полз по занавескам и столу, не давая и шанса выбраться из дома через него. Остается один выход…
Мои суматошные мысли прервал мужчина, неожиданно перекинувший меня на плечо, словно мешок с чем-то тяжелым.
– Отпусти! Я жить хочу! – заколотила я по его спине и, видя, что он никак не реагирует на мои попытки, дотянулась до его бедра и с силой ущипнула.
Он взвился, зарычал так, что внутри меня все завибрировало.
– Совсем ненормальная? – прошипел злодей.
– Что? Это я-то ненормальная? – возмутилась, поразившись наглости этого разбойника.
Нашу едва начавшуюся перепалку прервала рушащаяся крыша.
Мы оба замерли. Я не успела даже сделать очередную попытку освободиться, чтобы спастись, как незнакомец в несколько прыжков одолел шатающуюся лестницу на чердак. Он словно летел, не касаясь ступенек, а я, перекинутая через его плечо, с ужасом видела, как они одна за другой проваливаются в пустоту.
Ну все, мы сейчас рухнем в это пекло. Я умру. Умру вместе с этим сумасшедшим разбойником, ворвавшимся в мой дом.
Я взвыла от бессилия, заколотила его по спине, но все было бесполезно. Незнакомец держал меня мертвой хваткой, не вырваться.
В считанные мгновения он пронесся через наполненный дымом чердак, на котором уже начали в огненных искрах тлеть пучки так заботливо развешенных еще пару часов назад трав, и оказался возле окна.
– Держись крепко! – хрипло велел он.
Что? Он же не собирается…
Рывок вперед – совсем нечеловеческий, невероятный. Я даже вскрикнуть не успела, только почувствовала, как ночной прохладный воздух обжег лицо, а в следующую секунду мы уже оказались на земле.
Со стороны деревни уже слышались голоса, на помощь ко мне бежали люди, и незнакомец как-то раздраженно рыкнул и со всех ног, по-прежнему так и не отпуская меня, бросился в сторону темнеющего леса.
Я, не в силах даже сопротивляться, смотрела на рушащийся и пылающий огнем дом, где прожила всю жизнь. Может, был бы шанс еще и спасти свое жилье, не рухни в одночастье все бабушкины чары, но теперь уже растаял и он. Люди, конечно, потушат пожар, не дадут ему перекинуться на деревню или лес, но я лишилась всего, что имела.
И все, между прочим, из-за этого сумасшедшего разбойника!
Едва лес скрыл зрелище пожара, как я очнулась, брыкнулась и… перед глазами все поплыло. О, нет! Похоже, во время пожара я надышалась того самого чудесного зелья, что лишает сознания на пару часов. В самое неподходящее время, как всегда.
Через мгновение меня накрыла спасительная темнота.
Глава пятая
Я бежал сквозь ночной лес, но практически не замечал, что происходит вокруг. Он превратился для меня в мелькание теней. На задний план ушли и колкая хвоя под ногами, и колючие ветки, которые я порой задевал, и крики птиц, и все привычные шорохи и звуки.
Четко ощущал я сейчас только ее, мою истинную пару. Тяжесть ее тела на моем плече, жар, проникающий сквозь рубашку, этот сводящий меня с ума, перебивающий все остальные запахи аромат. Волк внутри выл так, что это было практически невыносимо, но с этим я справился, больше не позволял ему перехватывать контроль.
Но, Великая Белая Волчица, как, вот как, все так получилось? Я просто не мог не злиться на себя. Я – вожак стаи, альфа, который одним рыком способен заставить поджать хвосты самых наглых волков, и что? Как я допустил, чтобы меня, словно нашкодившего щенка, гоняли по дому метлой? Чтобы меня кусали, царапали и… щипали.
Я стиснул зубы от воспоминания, когда ее пальцы вцепились в мое бедро. В тот момент я и так буквально разрывался от дикого, необузданного желания сграбастать ее в свои объятия и впиться в так манившие губы, чтобы она и свое имя забыла, а эта ненормальная еще и усилила это состояние, довела меня до невменяемого за секунды! Я ведь чудом тогда сдержался, благодаря только выработанной годами воле. Да ни одна нормальная здравомыслящая девушка на подобный поступок не решится!
Ни одна! Кроме нее. Этой сумасшедшей, невозможной, отчаянной… ведьмы. Самой настоящей ведьмы! Только такая и способна на меня кинуться, даже не разобравшись. И все равно, что я пытался поговорить, хоть как-то объясниться…
Я рыкнул, не в силах сдержать бурливших во мне эмоций.
Но вместе со злостью я по-прежнему ощущал потребность, буквально въевшуюся в кожу, защищать ее. Стоило только вспомнить ее испуганные глаза, когда она увидела меня, а после тот ужас, что накрывал ее во время случившегося пожара… Я ведь чувствовал в тот момент ее эмоции, как свои, и инстинкты становились сильнее любых доводов разума.
Вот зачем я вообще им поддался? Ну и пусть она казалась хрупкой и беззащитной. Это же ведьма! Она могла бы и магию применить. И, безумно странно, что этого не сделала, кстати. Вместо заклинаний опустила на мою макушку гримуар, а потом схватилась за метлу… И во время начавшегося пожара не попыталась колдовать. Настолько растерялась, что про свою силу забыла? С трудом в подобное верится.
Впрочем, сейчас у меня другая проблема. Девушка так и не пришла в себя, и я не знал почему. Попала под действие своих же зелий? Или ей просто плохо после пожара? От бессилия и накрывающего непривычного страха за нее, я не знал уже, куда деться.
Наконец, среди деревьев блеснул ручей. Я опустил свою ношу на мох, закутал в плащ, опасаясь, как бы она не замерзла в одной ночной рубашке, и решительно направился к воде. Ополоснул лицо, смывая гарь и сажу, растер по шее руками капли. Холодный ручей отрезвлял, хоть и ненадолго. Я набрал воды в ладони, вернулся к ней и осторожно побрызгал ей лицо.
– Эй, – позвал тихо. – Очнись! Ну же!
У нее даже ресницы не дрогнули.
Нет, так дело не пойдет!
Я плеснул остатки воды на ее лицо, но и тогда не получил никакой реакции.
– Очнись же, егоза! – чувствуя непривычное отчаяние, рыкнул я. – Не смей тут в обмороке лежать, когда я не знаю, что с тобой делать!
Я замер, всматриваясь в ее лицо и вслушиваясь в ровное дыхание. Что я знаю о человеческих девушках? Тем более о ведьмах. Все же попала под какое-то зелье? Или за день вымоталась так, что сил не осталось? Это хоть тогда объясняет, почему на меня с метлой пошла, а не применила магию.
Может, и к лучшему, что она пока еще не пришла в себя. Когда очнется, чувствую, переговоры у нас выйдут весьма непростые.
Только ждать здесь этого момента было нельзя. Небезопасно. Надо добраться до своей стаи, а там… разберусь, что делать с этой… этой…
Я вновь не удержался, наклонился, почти касаясь губами ее виска, и шумно и жадно втянул носом ее аромат. Великая Белая Волчица, как же невероятно сладко она пахнет!