Ольга Шерстобитова – Мой желанный мужчина (страница 25)

Неделя прошла с того момента, как у меня случился откат, и Эрик помогал его снять. Целая бесконечная неделя! И за нее у нас не случилось ни поцелуев, ни объятий, разве что случайные прикосновения во время выполнения заданий.

Я-то по наивности эти дни думала, что загруженность, когда работа сменялась тренировками и сил после хватало разве что на то, чтобы принять душ и лечь спать, отвлечет от вспыхнувших чувств к моему наставнику, но, увы, этого не случилось.

И что теперь делать? Я впервые попала в подобную ситуацию, но понимала, что ее придется решить. Я не из тех, кто бежит от трудностей. А значит, поговорить о своих чувствах с Эриком начистоту придется. Не знаю, как он это воспримет, все же мы знакомы меньше двух недель, а я уже признаюсь ему в любви, и догадываюсь, что это усложнит наши отношения и работу, но ведь, если промолчу, легче не будет.

А так… так, пусть мои чувства и безответны, но всегда остается шанс, что это изменится. Во мне все еще живет надежда, что целовать с такой искренностью, при этом ничего ко мне не чувствуя, Эрик не мог.

Я глубоко вдохнула, бросила взгляд на десяток ученых, собравшихся на другом берегу и ожидающих результатов нашей проверки, и решила с разговором не тянуть.

Повернулась к Эрику, который закрыл глаза и прислушивался к шелесту волн. Несмотря на то, что озеро находилось в долине, со всех сторон окруженной горами, место было ветреным, и вода была отнюдь не спокойной.

Лишняя проверка, все ли сделано верно, никогда не мешала. Впрочем, за время работы с Эриком я убедилась, что он очень ответственно относится к любым заданиям, понимая, что от его решений зависят чужие жизни.

– Все в порядке, – сказал Эрик, открывая глаза и поворачиваясь ко мне.

Внутри полыхнуло огнем, который мгновенно добрался до кончиков пальцев.

Вот прямо сейчас решусь и скажу ему о своих чувствах. Я тихонько выдохнула, подбирая слова для разговора.

– Отдохни немного, я вернусь через несколько минут, – сказал Эрик, кивком показывая на ученых, и, тут же, не дожидаясь моего ответа, перешел на мгновенное перемещение.

И заветное признание так и не успело сорваться с моих губ. Зато по ноге неожиданно поползла вода, медленно, осторожно… Да уж, контролировать дар и управлять им, мне еще учиться и учиться.

Движением руки я убрала воду, но вокруг меня тут же вспыхнуло с десяток водных шаров. Вот же напасть! Чувствуя, как кончики пальцев покалывает, а по телу разбегается дикий жар, тряхнула головой и сосредоточилась, убирая воду. То, что в процессе призвала волну и та окатила мои ноги, было мелочью.

Справившись, отошла подальше, чтобы лишний раз не рисковать. По телу разлилась неожиданная слабость, и я уже думала присесть на валун, которых на берегу было много, но в этот момент пришел вызов по лиару.

Удивленно хмыкнула, увидев на голограмме директора исследовательского центра, где раньше работала, и щелкнула по камню, решая выяснить, что ему надо.

– Дайрон, да как ты посмела! – вместо приветствия выпалил мой бывший начальник, гневно посмотрев на меня.

– И вам здравствуйте, Георгий Иванович, – спокойно ответила я, пересиливая очередной приступ слабости и ненормального жара. – По какому поводу звоните? Желательно коротко и по существу, у меня мало времени.

– Мало времени у нее! А натравить на исследовательский центр, в котором ты проработала несколько лет, где получала лучшие заказы и имела право выбирать исследования, с десяток проверок, ты время, смотрю, нашла!

Я уставилась на него, решив напрочь игнорировать его слова про лучшие заказы и право выбирать исследования. Да, я выбивала их всеми доступными способами, так же, как и финансирование, тратя время, нервы и силы! Впрочем, это уже в прошлом.

– Не в той стороне ищите, я к этому отношения не имею.

Да что же это за странная слабость-то, так и накатывающая волнами! И становится все жарче. Надо бы проверить терморегулирующие функции комбинезона.

– Ну, как же! Наверное, Эдвард Дайрон, устроивший нам столько веселья, вовсе не приходится тебе отцом! – сверкая яростью во взгляде, прошипел он.

Хм… Не ожидала, что после моего увольнения отец решит подключить свои связи и устроить проверку нашему центру. Похоже, волновался за меня больше, чем я думала, зная, как я люблю свою работу. От этих мыслей на душе неожиданно стало тепло. Мне была приятна забота отца.

– Приходится, но о его делах я не в курсе, – пожала плечами.

– Ты издеваешься?

– Нет.

– Пусть отзывает комиссию и представителей совета ученых, наш центр не сделал тебе ничего плохого!

– Угу, не считая того, что вы лишили меня должности и попытались отправить в ссылку в какую-то дыру, и остальные сотрудники вас поддержали, – не удержалась я от констатации очевидного факта.

– Дайрон!

– Георгий Иванович, – подчеркнуто вежливо обратилась я, не обращая внимания на взгляд, которым меня хотели испепелить, – к вашему исследовательскому центру я больше не имею никакого отношения. Решайте свои проблемы сами.

– Ну, и стерва же ты! – покачал головой мужчина, сощуривая глаза. – Думаешь, далеко и не достану?

– Мне не послышалось, Николь, тебе пытаются угрожать? – раздался спокойный голос Эрика, и тело прошила очередная волна жара.

Перед глазами на мгновение замелькали темные мушки, колени подкосились. От сочетания столь странных ощущений я даже немного растерялась.

– А, это полагаю, тот самый неизвестный тип с Ариаты, по чьему приказу я два дня назад поднимал базу и составлял отчет по всем спасенным морским гадам, – не дав мне ответить, протянул Георгий Иванович.

А вот это уже интересно. Про золотистую выдру знал небольшой круг ариатов – сотрудники заповедника и служба безопасности, еще я, Эрик и нар Маркус. И у первых, и у вторых есть возможности проверить данные, но пока составишь и отправишь запрос, согласуешь его… Пройдет точно недели две-три, если не больше. Слишком хорошо я знала, как это работает.

Добиться результата быстро мог разве что нар Маркус, похоже, обладающий не только сильным даром, но и бездной связей даже за пределами своей планеты. Да и чему я удивляюсь? Мой нынешний начальник – владелец крупной компании, которая принимает заказы по всему космосу.

А в истории с выдрой явно что-то не чисто, раз нар Маркус расспрашивал меня столь подробно, а после решил действовать.

– Николь? – позвал Эрик, отвлекая от анализа ситуации.

– Это директор исследовательского центра, в котором я раньше работала, – пояснила, потирая ноющие виски.

– Я спрашивал не об этом, – тихо сказал он, не обращая на моего бывшего начальника никакого внимания.

– Ничего, я с тобой расквитаюсь, найду…

И так и замер на середине предложения, беззвучно, словно рыба, открывая и закрывая рот. Я не сразу поняла, отчего, пока не ощутила, как моей спины касается вода. Чуть оглянулась, замечая поднятую Эриком волну, перевела взгляд на Георгия Ивановича.

– Хоть одна попытка, прямая или косвенная, навредить моей напарнице, и будете иметь дело со мной. Лично.

В голосе Эрика звучал режущий лед. Директор исследовательского центра вздрогнул. За нашими спинами шевельнулась вода, словно подтверждая, что слов на ветер Эрик никогда не бросал.

– Вам все ясно?

– Д-да.

Волна стала опадать, уходя в озеро. Эрик молча протянул руку к лиару, щелкнул по голограмме, сбрасывая вызов.

– На сегодня работа закончена, пошли к флаеру, – как ни в чем не бывало сказал он, и тело в очередной раз накрыла жаркая волна, а перед глазами вновь потемнело. – Николь!

Голос Эрика слышался глухо, а потом я вдруг почувствовала его руки на своих плечах. И мир исчез, оставив только это ощущение. Абсолютной правильности происходящего и сильного желания.

– Откат, да? – поинтересовался Эрик, и я с трудом сдержалась, чтобы не застонать, понимая, что он прав. – И когда вот успела?

В голосе мужчины звучали спокойствие и уверенность, что он справится со всем на свете. Это, в отличие от меня, чувствующей поднимающуюся панику. Помнила я тот первый откат и чем он обернулся, и всеми силами старалась подобного не допустить.

Тело пронзило огнем, и я стиснула пальцы, держась из последних сил. Сейчас мне до дрожи и отчаяния хотелось столь желанных мужских губ и рук, а когда через несколько мгновений перед глазами развеялась темнота, мир сосредоточился уже только на Эрике.

Я тут же сократила расстояние и прижалась к нему, поглаживая пальцами его плечи и шею и едва ли не жмурясь от удовольствия. Еще немного – и доберусь до губ, стирая все границы.

– Николь, это откат, и мы с ним справимся.

Обязательно. Я даже знаю способ. Только бы до флаера добраться.

Эрик тихо вздохнул и потянул меня за собой, так и не дождавшись ответа. Я обняла его крепче обеими руками, прижалась головой к плечу, глупо и счастливо улыбаясь. Передвигаться, конечно, придется, в разы медленнее, но куда нам спешить?

От сладких грез меня не отвлек даже вызов на лиар у Эрика.

– И почему моя дочь на тебе… хм… висит? – раздался голос отца, который, похоже, старательно подбирал приличное слово происходящему.

Я подняла на него глаза, улыбнулась и потерлась щекой о плечо Эрика, даже и не думая отвечать на вопрос, тем более, задавался он не мне.

– У Николь откат, – коротко ответил Эрик.

– Опять? Ты же обещал, что проследишь, что не допустишь…