Ольга Шерстобитова – Мой драгоценный мужчина (страница 57)
Мама, увидев их, тут же пригласила всех ужинать. Усевшись за стол, Крис положил в мою тарелку запеченные овощи и мясо, налил любимый ягодный морс, придвинул все ближе. За этими его действиями наблюдала вся моя родня, но Крис оставался невозмутимым под всеми этими любопытными взглядами. Надолго, впрочем, родных сдерживать свое любопытство предсказуемо не хватило. Стоило Крису только похвалить вкусное угощение и поблагодарить за гостеприимство, как снова начались вопросы.
– Нар Крис, может, тост? – предложила тетя Руфина, когда ажиотаж в отношении его персоны немного спал.
Впрочем, если Крис до сих пор не сбежал от моего шумного и любопытного семейства, наверное, я зря переживаю.
Крис отказываться не стал, поднялся и неожиданно повернулся ко мне. Бокала он со стола не взял, что показалось странным. Он сунул руку в карман, что-то вытащил, сжал в ладони и вдруг опустился передо мной на одно колено.
Сердце рухнуло куда-то вниз, забилось пойманной птицей. По позвоночнику вспыхнуло пламя, растекаясь по венам.
– Миранда, я очень сильно люблю тебя.
Его глаза сверкнули чистыми топазами, заворожили, не давая нормально вздохнуть.
– И больше всего на свете я хотел бы быть с тобой рядом каждое мгновение. Это не всегда возможно из-за моего дара, я знаю, и все же…
В голосе Криса послышалась непривычная успокаивающая мягкость.
– Ты можешь рассчитывать на мое надежное плечо. На мое искренне любящее тебя сердце. И на мою жизнь. Выходи за меня замуж, кареглазая, – выдохнул мой мужчина, открывая ладонь, на котором лежало тонкое колечко с прозрачными камушками.
– Да, – чувствуя, что от переизбытка эмоций готова расплакаться, выпалила я. – Я согласна стать твоей женой, Крис.
Сияние глаз моего мужчины стало непередаваемым, затопило собой меня целиком. Я едва ощутила, что на палец скользнуло колечко, как оказалась в его объятиях, и родные губы накрыли нежным поцелуем.
Сделала вдох. Крис пронзил меня взглядом и повернулся к моим замершим за столом родным.
– Нара Оливия, нар Леон, прошу у вас руки вашей дочери, – произнес Крис.
Такого я от него не ожидала, хотя ведь могла предположить, что по-другому мой Крис действовать просто не станет. И дело здесь не только в воспитании. И для меня, и для него семья многое значила.
– Ну, что скажешь, Оливия, – улыбаясь, спросил отец ошарашенную таким поворотом событий маму.
Тетушки жадно посмотрели на нее, с трудом сдерживаясь, чтобы не заговорить и не разрушить такой торжественный момент.
– Миранда… а ты хорошо подумала? – спросила мама, неожиданно посерьезнев. – На всю же жизнь, дочка, выбираешь мужчину.
– Мам, я Криса с семнадцати лет люблю. Прямо с того момента, как впервые на станции увидела, – созналась тихо.
Охнула тетушка Руфина, хмыкнула бабушка, делая глоток чая. Мама минуту осознавала сказанное и, кажется, успокоилась, поняв, что это не сиюминутный порыв. Посмотрела на Криса.
– В моей семье способны любить одну-единственную женщину, – спокойно сказал Крис, сдается, одним этим предложением развеивая все мамины тревоги. – И никак иначе. Особенность такая, – добавил мягко.
– То, что вы любите нашу Миранду, разве что слепой не заметит, – сказала мама. – Я даю свое согласие. Леон?
– Как я вам уже сказал, нар Крис, решающее слово здесь за моей дочерью.
Так Крис с папой о нашем будущем разговаривал… А я-то гадала, беспокоилась…
– И раз Миранда ответила согласием, искренне рад за вас обоих! – улыбнулся отец. – Будь счастлива, дочка.
Крис поблагодарил, поднялся и сел за стол, при этом успокаивающе погладив мою ладонь.
– А когда свадьба? – отмерла тетушка Руфина.
– И правда, когда?
– Готов хоть сейчас, – невозмутимо ответил Крис. – Если моя невеста, разумеется, не против.
И посмотрел на меня таким сияющим взглядом, что я кивнула, даже не задумавшись. Да за моим Крисом я пойду хоть на край Вселенной.
– Так, тогда не будем терять время! – решительно заявила тетушка Руфина, поднимаясь.
– Я в вас не сомневался, – улыбнулся Крис своей сокрушительной улыбкой, от чего даже тетя на мгновение замерла, словно зачарованная.
Я нервно сглотнула, оглядывая родственников, которые принялись решительно подниматься из-за стола, обсуждая какой-то план тети Руфины и четко согласованные задачи. Очнулась, когда бабушка, проходя мимо, что-то сказала про цветочную арку, тетушка Моника набирала кого-то по лиару, заказывая торт, тетя Зарина и мама выгребали из ящика комода швейные принадлежности. Тетушка Руфина отдавала распоряжения моему отцу и дядям, время от времени бросая взгляд на Криса.
– Они это серьезно? – шепотом спросила, все еще ошеломленная происходящим переполохом. – Прямо сейчас?
– Да, – ответил мой мужчина, поглаживая меня по щеке и даже не удивляясь заговору, который сплели мои родственники. – Поженимся… и я буду окончательно твоим, Миранда.
И эти его слова смели растерянность.
– Я согласна. На то, чтобы ты стал окончательно моим, – заявила, не сводя с него глаз.
Крис рвано выдохнул, нашел мои губы, перетягивая к себе на колени.
– Как думаешь, есть шанс, что мы их сейчас расцепим? – поинтересовался рядом Гектор.
– Думаю, ни единого. Даже если флаер разберем по винтикам, – ответил Артус.
Ни я, ни Крис не обратили на слова моих братьев внимания, и они исчезли из поля нашего зрения.
– Тебе надо подписать документы, – заявил Крис, внезапно отстраняясь.
Какое-то время он был занят тем, что пересылал мне файлы, где уже стояла и его подпись, и вышестоящих чинов, и только два документа – подтверждение на совместное проживание и добровольное согласие на брак с мужчиной, выше по должности, коснулись именно меня. Я подписала, и Крис тут же переслал их кому-то, и через три минуты получил обратно.
Скорость, с которой он это провернул, говорила о том, что вопрос с женитьбой на мне для моего капитана был уже давно решен.
– Все в порядке, – заявил, защекотав пальцами мою щеку. – Теперь точно будете моей, лейтенант Харт. Безоговорочно.
Наш, едва не начавшийся поцелуй прервал звонок на лиаре Криса.
– Адмирал Рейес, доброй ночи, – ответил Крис, на долю мгновения выпуская меня, чтобы и я могла поприветствовать его брата.
– Доброй ночи, Крис, лейтенант Харт.
Я уже знала, что произошло в аномальной зоне, и как братья, наконец-таки, спустя столько лет наладили отношения. Крис рассказал, пока летели к моим родителям. И я была рада за них обоих, понимая, как важно иметь семью.
Какое-то время адмирал Рейес молча наблюдал за творившимся за нашими спинами переполохом, потом перевел взгляд на Криса.
– Я верно сейчас понял, ты прямо ночью будешь жениться? – только и уточнил.
– Да. Прилетишь?
И в голосе Криса послышалась непередаваемая надежда, которую он не счел нужным скрывать. Или просто не смог.
– Сколько добираться до вас на флаере? – уточнил адмирал, что-то прикидывая.
– Три часа.
Крис обернулся, нашел взглядом тетушку Руфину, явно желая выяснить, через сколько она все организует.
– Вы как раз успеете к церемонии, адмирал Рейес, – заверила моя родственница, оторвавшись от какого-то длинющего списка на своем лиаре, но явно слышавшая весь разговор, Крис не стал ставить его на закрытую связь.
– Прилечу, – кивнул адмирал Рейес, отключаясь.
И едва он это сделал, как мы с Крисом снова поцеловались, пропадая в этом мгновении.
Глава тридцать шестая
– Крис, перестань метаться из угла в угол, – не выдержал Рашхан моего нетерпения. – Давай помогу прикрепить запонки, а то сам ты их уже четверть часа в руках вертишь, того и гляди испортишь фамильную ценность семьи Харт.
Он стоял, скрестив руки, возле окна, за которым царила ясная ночь с яркими звездами, а вдали едва слышно поскрипывал лес.
Я переместился к остающемуся по-прежнему спокойным, в отличие от меня, брату, отдал золотистые запонки. Они принадлежали еще прапрадеду Миранды, родившемуся на планете Земля и переселившемуся на Ариату пару сотен лет назад. И тот факт, что родные моей кареглазой решили их отдать мне, говорил о многом. Они действительно приняли меня в свою семью. И судя по тому, как встретили Рашхана, окружив заботой и вниманием, и его заочно тоже.
Я столько раз в своей жизни сталкивался с тем, что одаренных боятся, что такое отношение семьи Миранды, будто и вовсе не ощущают давление ни моей силы, ни силы кареглазой, ни даже способности Рашхана, просто удивительно. Ни один из них за все это время не воспринял нас как угрозу, я даже намека не поймал… Любопытничали, волновались за Миранду, радовались за нас обоих…