Ольга Рузанова – В его тени (страница 20)
- Давай, чай попьем. Хочешь? - говорит она, щелкнув тумблером электрического чайника.
Раздеваясь и без устали приглаживая волосы, ведет себя нервно и суетливо. Я инстинктивно настораживаюсь.
- Поболтаем?.. - просит тихо, - Маюш, я клянусь... я...
Тяжело сглотнув и будто потерявшись в собственных же словах, часто мотает головой.
- Мне нужно бежать, Лера, - выдыхаю, сгорая от стыда, - Если не успею...
Стягиваю куртку с гвоздя, пытаюсь протиснуться мимо нее за рюкзаком.
- Майя!.. Подожди!
- Не могу...
- Пять минут! Пожалуйста... - берет и крепко держит меня рукав кофты.
- Лера, - я двигаю плечом, но столбенею от сятения в ее взгляде, - Ты чего?.. Мне правда нужно срочно уйти!
- У тебя проблемы?.. Расскажи, может, я помогу!
О, Господи, чем?! Чем она сможет мне помочь?! Приедет на станцию «Пионерская» и поругает Костяна и Даньку?.. Или пустит нас с ба пожить к себе?
- Никаких проблем, - шепчу, упрямо пробираясь к выходу, - Пусти, Лер!..
Пихаю руки в рукава пуховика, натягиваю шапку и наматываю шарф вокруг шеи, пряча половину лица.
Подруга, стоя за прилавком, едва не плачет. Я пугаюсь еще сильнее и, забрав рюкзак, быстро иду к выходу.
Однако перед тем, как толнуть дверь от себя, прямо на моих глазах оживает худший из кошмаров. Я застываю в моменте, парализованным разумом понимая, что я видела этот сон, что мне снилось презрение в его глазах и то, как он хватает мой локоть и тащит за собой в черный, наполненный густыми тенями подвал.
- А-а-а... Эй!.. - вылетает из моего горла нечленораздельное, когда Левша ведет меня вниз по ступеням к припаркованной тут же на тротуаре черной машине.
Мое оцепеневшее от ужаса тело отказывается слушаться. Силы мышц хватает разве что на пару шагов, а потом ноги заплетаются и я едва позорно не заваливаюсь на его плечо.
- Ты!.. Ты! - выдавливаю, безуспешно пытаясь достучаться до него, - Ты... что делаешь?! Руки убери от меня!
- Рот закрой, - отзывается негромко, распахивая дверь джипа и грубо затрамбовывая меня на переднее пассажирское сидение.
Я, как только он отворачивается, предпринимаю было попытку к бегству, но Влад оборачивается и придавливает меня к спинке бетонный взглядом. Настолько жутким в своей пустоте, что я мгновенно понимаю - сопротивление бесполезно.
Пока он, поправляя воротник кожаной куртки, обходит машину спереди, я не делаю ни единого вдоха. Ни одной мысли в голове, ничего, кроме промораживающего насквозь ужаса и тяжеленного булыжника страха в животе.
Когда он садится за руль и блокирует двери, становится еще хуже - на глаза наворачиваются слезы беспомощности. То, что я даже при Костяне и его дружках никогда себе не позволяла.
Развернувшись ко мне всем телом и положив руку на спинку моего кресла, он молча на меня смотрит. Я - нет. Зарывшись в шарф, насколько он позволяет, пялюсь в лобовое стекло.
- Открой лицо, - следует приказ, который заставляет меня втянуть голову в плечи еще сильнее.
- Какое... какое твое дело...
- Открой лицо, - повторяет Левша, не повышая голоса, - Если не хочешь, чтобы я сам это сделал.
- Это Лерка?.. - договорить не успеваю, он подцепляет, касаясь кожи щеки пальцем, шарф и дергает его вниз.
Я, действуя на инстинктах, отбиваю его руку ребром ладони и всем телом падаю в автомобильную дверь в надежде, что она откроется, не выдержав моего веса.
Рывок за капюшон разворчивает меня к Неволину лицом. Встряхнув как следует, он берет меня за подбородок и закидывает голову назад. До боли в затылке и потемнения в глазах.
- Пусти!.. Слышь?.. Пусти быстро! - шиплю сквозь стиснутые зубы.
- Кто побил?
- Никто! - выкрикиваю прямо в него, - Никто!.. Упала!
- Кто? - повторяет, усиливая давление тембром тихого голоса.
- Не твое дело!
- Нравится, что ли?.. Кайфуешь от унижений?
Его много! Его силы, темноты и превосходства так много, что я чувствую себя букашкой в его руках. Ничтожной поганой мухой, на которую он зачем-то обратил внимание.
- Кайфую, да! - восклицаю сипло.
- Нравится быть грязью под чужими ногами?
- Отвали!..
Его пальцы отпускают мою шею и хватают сумку. Я вцепляюсь в нее мертвой хваткой. Левша сильнее, но я дерусь за свой рюкзак так отчаянно словно в нем моя жизнь. Наконец он выдергивает его из моих рук и бросает на заднее сидение.
- Ебанутая.
- Отпусти меня... пожалуйста... - опускаюсь до мольбы.
Пускай думает обо мне, что хочет. Грязь, шалава, извращенка. Только пусть снимет с меня прицел своих холодных глаз.
- Поехали, - произносит, трогая машину, - Потолкуем с твоей бабкой.
Глава 18
Майя
Я чувствую себя замурованной в летящей в шахту кабине лифта. От безысходности накатывает приступ тошноты. Мне приходится схватиться рукой за панель двери, чтобы не потерять равновесие.
- Ты... не тронешь мою бабушку, - проговариваю тихо и на удивление четко, - Только попробуй приблизиться к ней.
- Попробую.
Напряжение сковывает голову обручем, который сжимается каждую секунду.
- Ей нельзя волноваться!.. У нее давление и... сердце!.. Она не переживет!
Вижу боковым зрением, как Левша поворачивает ко мне голову. Сама смотреть на него категорически отказываюсь.
- Это как-то пережила, - проговаривает, наверное, имея в виду мое разбитое лицо, - И разговор со мной переживет.
Я дробно выдыхаю и с трудом втягиваю в себя воздух. Он загнал меня в тупик.
- Она тут не при чем...
Нет ответа. Тишина как натянутая тетива. Я знаю, что Влад сознательно давит на меня психологически, но так же отчетливо я понимаю, что все угрозы он приведет в исполнение.
- Зачем тебе это?..
Снова подача, которую не принимают. Удерживая руль одной рукой, Левша спокойно ведет машину, успевая скидывать чьи-то звонки.
- Высади меня у вокзала...
Давление игнором усиливается. Я паникую еще больше. Оглянувшись, нахожу взглядом свой рюкзак на заднем сидении, хоть и не представляю, как смогу забрать его, если решу выпрыгнуть на ходу.
- Двери заблокированы, - вдруг проговаривает он, считав мои намерения.
- Выпусти меня, - прошу негромко, - Зря ты все это... Моя бабушка не при чем.
- Кто при чем?
- Никто, - отрезаю, тут же поняв, что совершила ошибку, - Это вышло случайно, ясно!.. Я сама разберусь.