Ольга Рожнёва – Православные христиане в СССР. Голоса свидетелей (страница 31)
Когда я вышла замуж, тетя Анна тайно организовала нам венчание в селе Каменки. Муж мой был партийным. Моих детей, их трое, возили на поезде в соседний район для крещения. Хотя они были все младенцы, в первом храме их не приняли, сказали: «Их пора женить, а вы их крестить собираетесь». Потом пошли в другой, хотя там батюшка куда-то торопился, но нас принял и всех деток наших окрестил. Взял немного денег, сказав, чтобы мы поели сами. А мы, крестная моих детей и я, были действительно очень измученные и голодные.
Правда восторжествовала
Первую свою молитву «Живый в помощи Вышняго» я получила в рукописном виде по почте из Москвы. Моего мужа и двух его братьев оклеветали и обвинили в убийстве. Было заведено судебное дело, которое длилось целый год. Вот тогда родная тетя моей свекрови, которая воспитывалась в Кимляйском женском монастыре, и прислала мне это письмо с молитвой.
Правда восторжествовала. Лжесвидетели были арестованы. Другие участники покинули деревню Бранчеевка из-за стыда.
Благодарили Бога, что все живы
О вере мало чего знали. Больше выполняли обряды. Накануне Пасхи мой муж кадил дом, двор, всех членов семьи. Потом встречали Пасху, зажигали лампадку, три свечки. На стол ставили хлеб, соль и воду. Всей семьей молились: «Господи, помилуй». Это все, что я знала.
Затем перечисляли имена живых. После чего муж посыпал хлеб солью, отрезал кусок, запивал водой, отдавал мне, я – детям по порядку. Потом так же за упокой. Благодарили Бога, что все живы, и просили Его, чтобы также встретить следующую Пасху. Яйца красили всегда. С утра дети приходили христосоваться.
Сильно веровать нужно старым людям, а нам это ни к чему
Недалеко от нас жили две богомольные старушки. Придешь, бывало, к одной, а она плачет и говорит: «Эх, Яковлевна, если бы ты знала, как все было, как Христос за нас страдал…» А я не понимала, думала, что нас это не касается. Что так сильно веровать нужно старым людям, а нам это ни к чему.
И сделалась молитва моим спасением
Потом муж сильно запил. Кто-то подсказал, что надо «Богородицу» по сорок раз читать с земными поклонами. Я стала так делать. А после каждой молитвы просила слезно своими словами. О чудо! Промежутки между запоями увеличились, муж стал менее агрессивный. И сделалась молитва моим спасением. Очень переживала, если мужа долго не было. Просила Богородицу, и муж буквально через несколько минут приходил. Потом вдруг подумала: а что я посты не соблюдаю? Богородицу прошу, а сама не постничаю.
Первый храм открылся в девяностых годах в селе Большая Азясь. Сразу туда поехали. Первые книги – молитвослов, «Люди и демоны» священника Родиона. Сразу после прочтения этой книги я сожгла игральные карты и все гороскопы.
То ли на земле, то ли на небе нахожусь
Первая паломническая поездка была в Дивеево в 1996 году. Так мне там понравилось, что действительно я не понимала: то ли на земле, то ли на небе нахожусь. Потом очень долго вспоминала эту первую поездку. Если что-то случалось неприятное, мысленно переносилась в дивеевский храм Святой Троицы и успокаивалась. И конечно, мечтала попасть туда еще раз. Господь исполнил мое желание. Очень радовалась возможности приобрести духовную литературу, иконки. Глядя на меня, стали втягиваться в духовную жизнь моя близкая подруга, В. И. Артамонова, и моя дочь.
И вдруг почувствовала легкость, боль из сердца исчезла
Однажды Господь посетил меня таким образом. Увидев, что муж вновь пьян (а это означало начало двухнедельного запоя, потом недельного выхода из него, еще более тяжелого, чем сам запой), я сильно заскорбела. Потом вдруг решила: дай-ка помолюсь за себя (обычно за него), чтобы успокоиться. Усердно просила Бога.
И вдруг почувствовала легкость, боль из сердца исчезла, выхожу из комнаты счастливая! Следом выходит из другой комнаты проспавшийся муж, смотрит на меня и удивляется: что это со мной? А я ему так ласково: «Кушать будешь?» И ему стало радостно, улыбается. Вот она, благодать Божия. Чудеса какие творит.
Трижды была на грани смерти
Слава Богу за все! Господь ведет меня по жизни буквально за руку. А в самые трудные моменты берет на руки. Трижды была на грани смерти. Два раза в детстве и один раз в 2001 году. Выздоравливала без больниц. Сколько раз падала. Бывало, ведешь быка с привязи, а он тебе ноги обмотает и дернет, и со всего роста валишься на землю. Ушибы, боль, а переломов нет. Бывало, картошку копаешь осенью, после родов, и никаких воспалений.
После родов декретный отпуск был около двух месяцев. Помню, во время перемен бегала домой покормить ребенка. У меня трое детей. Пока я на работе, с ними свекровь. Заочно училась, часто приходилось готовиться к сессии ночами: одной рукой качаю зыбку, другой пишу. Днем прилечь не было возможности.
В деревне все держали много скотины – корова одна или две, поросята, куры – и еще летом огромный огород и сенокос. Подъем всегда не позже пяти, а то и в три. На сенокос приходилось ездить очень далеко, рядом травы не было, все съедала домашняя и колхозная скотина, да и власти запрещали косить.
Я крестик носила в кармане, мужу вшила в воротник
Я работала в школе. Помню, как у нас в школе разбирали все случаи появления в урнах крашеной скорлупы от пасхальных яиц. Однажды во время медосмотра увидели крестик на шее у мальчика. Вызывали родителей, беседовали. Все свалили на бабушку, мол, она надела. Я крестик носила в кармане, мужу вшила в воротник. И была уверена, что люди все верующие, только скрывают веру из-за страха перед властями. И детям всегда говорила, что врут те, кто говорит, что Бога нет, – тайно все веруют.
Вот как смалодушничала
Неприятный случай был в моей жизни. В начале восьмидесятых написали в министерство образования жалобу, что у меня в доме есть иконы. Директор школы сообщил мне об этом, велел их убрать. Прибежала вся в слезах, завернула иконы в чистые полотенца и спрятала. Сама прошу прощения у Бога. Вот как смалодушничала. А проверяющие домой и не приходили.
Директриса школы пришла к вере через великие скорби
В девяностых в журнале «Начальная школа» появились первые коротенькие молитвы. Я рассказала директрисе (на тот момент была уже другая), она выразила категорический протест против обучения детей молитвам, упрекнув меня в том, что посещаю храм. Много позже она тоже пришла к вере через великие скорби.
Я не узнала тех мест
Как все сейчас изменилось, все заросло травой, деревьями, коси сколько хочешь (причем у всех бензокосилки), только некому, и скотину мало кто держит. Мужчин в деревнях по пальцам можно пересчитать, да и те практически все страдают алкоголизмом.
Этим летом съездили в деревню Бранчеевка, где мы прожили девять лет у родителей мужа. Я не узнала тех мест – там дикий лес. В дом с трудом пробрались, жилых домов осталось около десяти. Хотя там сейчас и газ, и водопровод, и асфальтированная дорога до села, и телефонная связь, почва очень плодородная, чернозем. В селе Волгапино чуть побольше жителей, но тоже вымирает потихоньку.
Открыли Кимляйский Александро-Невский монастырь
В 1997 году открыли Кимляйский Александро-Невский монастырь, только он теперь мужской, в пяти километрах от нас. Какой праздник был – день его посещения! Все мои болезни уходили после причастия, на душе радость. В 2004-м построили в нашем селе Изосимовка храм Космы и Дамиана. Бывало, в Кимляй за пять километров пешком ходила, а сейчас в свой, за один километр, порой не дойду.
С Богом лучше, надежнее и умирать не так страшно
Если сравнить две вехи в моей жизни – половину советскую и другую, меньшую половину, церковную, – то могу сказать, что в атеистическое время люди были нравственно выше, намного чище. Пусть темные, отсталые с их «воробьем», «стержень Васей», но сильные духом, телом.
Сейчас открылся бескрайний мир веры. С Богом лучше, надежнее, и умирать не так страшно. Только очень жаль, что в храме нашем немноголюдно, порой вовсе пусто, мужчин почти нет. Получается, трудности на пользу.
Помоги нам всем, Господи!
Слава Богу! Есть телеканал «Союз». Познакомились с замечательными батюшками. Священники – это особые люди, у них особенные лица, взгляд, речь. Порой смотришь на них как на ангелов, как на Самого Господа Иисуса Христа. Если бы не они, то мы так ничего и не поняли бы в непознанном мире веры. Спаси их всех, Господи! Конечно же, сейчас стали что-то знать, но выполнять не всегда хватает решимости. Помоги нам всем, Господи!
Мы прекрасно понимали, что такое Октябрьская революция, но всегда любили свою Родину
Мой отец никогда не скрывал свою веру
Я родился и рос на Донбассе, в Харцызске, а отец мой появился на свет в 1934 году на Западной Украине, в селе Шепетовка Хмельницкой области. Звали его Владимир Акимович Алилуенко. Его мать, то есть моя бабушка, была глубоко верующей женщиной. Его отец – советский диссидент – был отправлен в лагерь на север, точно не скажу, куда именно. В семье росли пятеро детей. Отец был вторым по старшинству среди них, но самым старшим из мальчиков, то есть на нем все держалось как на мужчине. Позже, после армии, он переехал в город Харцызск Донецкой области.