Ольга Ромина – (Не) настоящая невеста миллиардера (страница 3)

– Я на вас заявление напишу! Это похищение!

Только никого это не пугает. Даже если и пойду, там только посмеются.

До слуха доходят голоса и мужской смех.

– Помогите! – кричу что есть сил. – Похищают!

Голоса стихают. И стоит завернуть за поворот, как я вижу группу мужчин в костюмах. Все похожи на шкафы. Они стоят между двумя огромными внедорожниками и внимательно на меня смотрят.

– Дэн, ты чего? – с усмешкой спрашивает один из них.

– Босс приказал усадить в машину, – впервые нормально заговаривает амбал. – До его распоряжения.

– Окей, – кивает мужик и идет к другой машине.

Низкий хищный седан блестит под люминесцентными лампами, приводя меня в ужас. Такая машина стоит просто запредельных денег. Мужик распахивает дверцу и меня впихивают в салон. Следом на сиденье летит мой рюкзак.

– Сиди тихо, – припечатывает амбал, который Дэн. – Удрать не получится. А вот навредить себе можешь.

Дверь захлопывается, отрезая меня от компании мужчин. Наступает гулкая тишина. В салоне вообще ничего не слышно.

Кидаюсь сразу к противоположной двери. Дергаю за ручку. Шарю пальцами по каким-то кнопочка в попытке разблокировать эту чертову дверь, но все тщетно. Я оказалась заперта в клетке.

Забиваюсь в угол, обхватываю согнутые колени руками. Затоптала кожаное сиденье? Да и плевать! Так и надо этому миллиардеру! Пусть тряпочку выдаст – протру.

– Скорее, протрут тобой, – вспыхивает злая мысль.

Слезы вновь обжигают глаза. Моргаю часто-часто. Меня заперли в роскошной тачке. В отделке кожа и дерево, стиль, присущий баснословно дорогим вещам. Здесь даже пахнет не так, как в машине. Нечто легкое, едва уловимое витает в воздухе.

Миллиардер явно не вешает в машину «вонючку». Понятия не имею, чем ароматизируют воздух для таких вот… при деньгах. Наверное, лучшие парфюмерные дома духи делают специальные.

Минуты тянутся, как резиновые. От того, что ничего не происходит, меня утягивает в панику. Я наедине со своими мыслями и страхами. У меня нет телефона, он разбит, а сим-карта лежит в кармане пиджака олигарха.

В какой-то момент накрывает дикая, неконтролируемая волна страха. Ждать своей участи становится просто невыносимо. Я кидаюсь к двери, через которую меня впихнули, и начинаю тарабанить кулаками по стеклу.

– Выпустите! – кричу до срыва голосовых связок. – Выпустите!

Стучу и стучу, пока, наконец, резко не распахивается дверь. Я бы выпала, но сильная рука упирается в меня и толкает обратно на сиденье с такой силой, что я валюсь на спину.

– Угомонись, – рявкает амбал, другой уже. – Сказано же – покалечишься. Тачка бронированная.

Захлопывает дверь, а я остаюсь лежать и хлопать глазами. В какой-то момент переворачиваюсь на бок и подтягиваю согнутые ноги к груди. Сжимаюсь вся в позе эмбриона и слезы текут. Уже тихо, без всхлипов, они просто текут из глаз. Нос закладывает и я шмыгаю.

Начинает болеть голова. Сначала будто сдавливает виски, потом голову словно железным обручаем обхватывают и начинают его сжимать, попутно втыкая в голову иголки. Ужасно больно, даже не могу глаза открыть, не то что пошевелиться.

Похоже, я доревелась до мигрени. Не знаю, что делать. Да и бесполезно просить помощи. Цепные псы миллиардера без его приказа и пальцем не пошевелят. Сжимаюсь еще сильнее, не замечаю, как падаю в сон.

Просыпаюсь, как от толчка. Будто меня из сна выпихивают. Все волоски на теле дыбом встают в предчувствии опасности. Сердце пропускает удар, а во рту противный вкус горечи. Распахиваю веки.

В салоне тихо и все еще царит полумрак. Но что-то изменилось. Стоит поднять взгляд и посмотреть вперед, как я вижу черные брюки с идеальными стрелками. Скольжу взглядом выше, по белоснежной рубашке, на которой видны какие-то пятна, шелковый галстук в полоску, воротник, обхватывающий мощную шею, твердый подбородок, жесткие сжатые губы, крупноватый нос и, наконец, встречаюсь с бирюзовыми глазами.

Миллиардер смотрит на меня, чуть прищурившись. И этот взгляд не сулит мне ничего хорошего.

Глава 3

Я даже нахожу в себе силы сесть на сиденье. Быстро вытираю ладонями слезы с щек, замечая на руках остатки макияжа. Он явно давно размазался и я похожа на чучело. Презрительный взгляд и брезгливо поджатые губы миллиардера ясно говорят о том, что я что-то наподобие таракана. Сам он весь такой с иголочки, не считая пятна. Которое на его рубашке из-за меня.

– У меня нет денег, – тихо говорю правду. Губы еле шевелятся, так болит голова, что каждое слово отдается болезненным звоном.

– Я знаю, – на лице мужчины, сидящего напротив, не дрогнул ни один мускул.

– Что вам тогда от меня нужно? – спрашиваю тихо. – У меня нечего взять.

– Мы обсудим это позже, – заявляет. – Я устал.

У меня от этого заявления чуть челюсть не падает. А Градов нажимает какую-то кнопку и четки голосом приказывает:

– Поехали.

А я только сейчас понимаю, что салон отделен от водителя тонированным стеклом.

Не слышно шума мотора, но машина плавно начинает движение.

– К-куда? – я пугаюсь почти до обморока.

– Поехали, – ответ мужчины вводит меня в ступор.

– Вы отвезете меня домой? – спрашиваю с надеждой, превозмогая головную боль.

– Я похож на такси? – бархатный голос будто хлыстом ударяет, убивая надежду в моей душе. – Завтра поговорим, – обрубает на корню все мои попытки поговорить.

Градов откидывается в кресле и прикрывает глаза. Хищник на отдыхе. Красивый, это отрицать невозможно. Его красота резкая, не слащавая, мужская. Энергетика просто бешеная. Этот мужчина привык, что его слово – закон, а просьба – приказ. Вот и мне нужно подчиниться. Иначе меня прихлопнут, как назойливую муху.

Два слова, но сказанные таким тоном, что страшно.

Завтра поговорим. О чем? У нас нет, да и быть не может, общих тем и точек соприкосновения. Кроме его рубашки, которую я уделала своей косметикой. С Мартой он разобрался на месте и очень жестко, а со мной…

Меня куда-то везут в баснословно дорогой машине. Я даже не знала, что такие бывают. Заднее сиденье как обычное, а напротив него – будто два кресла и между ними столик. В одном из которых сейчас развалился Градов. Кажется, что ему до меня нет дела.

– А… – начинаю говорить, хочу узнать, а куда все-таки мы едем, но мужчина медленно поднимает руку с подлокотника, простым жестом заставляя меня замолчать. Крупная ладонь с длинными сильными пальцами. Легко закроет мне рот.

– Помолчи, – произносит тихо, но звучит как приказ.

Вздыхаю и отворачиваюсь к окну. Машина уже выехала из поземного паркинга и теперь несется по улицам. Мелькают огни светофоров и фары машин, подсветка зданий. Это ужасно бьет по глазам, режет острой болью. Виски буквально взрываются в ответ.

Прикрываю глаза, откинув голову на спинку сиденья. Снова текут слезы, но это уже из-за головной боли. Прохлада в салоне, приятный запах какого-то парфюма и плавный ход машины убаюкивают. Это даже и близко не забитый людьми автобус, резко тормозящий так, что летишь носом или спиной, и хорошо, если на пол.

В салоне тишина, не играет даже музыка. И меня сносит в сон. Сказываются переживания. Я вырубаюсь, а потом мне кажется, что меня плавно качает на волнах и прибивает к нагретому солнцем камню. От камня исходит такое тепло, что хочется прижаться плотнее. Потому что у меня ощущение, будто я замерзла. Но камень дарит тепло, а волны все плавно качают меня и качают. А потом меня выносит на мягкий песок…

Глаза я распахиваю резко. Будто что-то меня выталкивает в реальность. И сразу же резко сажусь на… кровати? В голове тут же новая вспышка боли и я не могу сдержать стона. Прикрыв глаза, дышу, ожидая, когда эта волна хоть немного утихнет. Отдышавшись, вновь открываю глаза.

Я на самом деле в комнате. И точно не в своей. Сквозь незадернутые шторы льется лунный свет, которого достаточно, чтобы разогнать сумрак. Окно просто огромное. От пола до потолка. И я сквозь белый тонкий занавес вижу большую и яркую луну, почти круглую. В мое окошко на втором этаже она не заглядывает.

Скольжу взглядом дальше. Комната просто огромная. Ощущение, будто размером со всю съемную квартирку. Перед окном стоит большое кресло, а перед ним такой низкий пуфик, чтобы ноги складывать. На светлой стене напротив – черный прямоугольник телевизора. Под ним какой-то комод, на котором стоит ваза с цветами. Повернув голову налево, вижу дверь.

Мысль рождается мгновенно. Первый порыв – сбежать. Я не думаю, как буду выбираться из дома. Мне все равно, где я. Даже на мгновение не задумываюсь, что это может быть загородный дом и что в любом случае у человека уровня Градова совершенно точно есть охрана.

Сползаю с кровати и на цыпочках крадусь к двери. Прикусываю губу, чтобы даже случайно не издать ни звука. Сердце так колотится, что готово ребра проломить. Крадусь, прислушиваясь к каждому шороху. Замираю после каждого шага, но пушистый ковер гасит мои шаги.

Останавливаюсь, пораженная мыслью. Получается, я без обуви? Опустив взгляд, вижу, что я в одних носках.

– Босая точно далеко не уйду, – шепчу едва слышно.

Рыскаю взглядом по комнате, и широкая улыбка сама расползается на губах, когда замечаю свои ботинки и даже рюкзак. Значит, смогу вызвать такси. И тут же улыбка гаснет. Телефона у меня нет. Но это не останавливает. Забираю свои вещи и подхожу к двери. Приложив к ней ухо, пытаюсь хоть что-то услышать, но тишина стоит оглушительная.