Ольга Ромина – (Не) настоящая невеста миллиардера (страница 2)

– Неправда! – заявляю с жаром. Слезы опять льются по щекам, и я всхлипываю. Хочу отойти, чтобы не быть так близко к этому богатому снобу, хозяину жизни, но наши силы неравны. Злит его насмешливо выгнутая бровь. И я нахожу в себе силы продолжить: – Никогда ни одной чужой вещи не взяла. Ни копеечки чужой. А муж у нее боров, сам пристает! Сколько уже девчонок повылетало, потому что ему неймется! Пристает, намеки делает! А потом Марта Семеновна девушку выгоняет! Да еще и не хочет заплатить за отработанные дни.

Всхлипывая и размазывая слезы по лицу, выдаю всю правду.

– Да как ты смеешь! – Марта теряет терпение. С нее слетает вся напускная любезность. – Лимитчица нищая! Не слушайте ее, господин Градов, много их тут таких ошивается.

Градов проходится по мне с ног до головы грозовым взглядом. Хмурится. Поджимает губы. Мои потрепанные джинсы и видавшие виды ботинки явно оскорбляют чувство прекрасного этого лощеного типа. Куртка у меня тоже далеко не брендовая, да даже не новая.

Потом переводит взгляд с меня на великолепный мраморный пол. Смотрит на останки моего телефона и складка между бровями становится глубже. Сжимаюсь вся. Мой запал иссяк и силы кончились. Да и какой смысл трепыхаться и бороться?

Из-за меня нарушена идиллия этого места. Сейчас просто прикажет вымести грязь, да и все. Опускаю голову, смиряясь со своей судьбой. Слезы так и не собираются прекращаться.

Градов щелкает пальцами, на моих плечах тут же сжимаются тяжелые ладони. Я даже не заметила, что миллиардер не один. Вот дура! Конечно, он ходит с охраной.

– В машину ее, – оглушают меня его слова, звучащие непоколебимым приказом.

Ноги подкашиваются. Я бы упала, но охранник Градова удерживает меня.

– Влад, что ты собираешься делать? – звучит еще один голос. Справа от миллиардера стоит молодой холеный мужчина, на лице которого также ни одной эмоции.

Глава 2

Мужчина спрашивает Градова, но его серо-голубые глаза впиваются в меня. Взгляд прошивает до мурашек.

– Данил, ты прекрасно знаешь, что я не терплю истерик, – от интонаций голоса Градова все внутри меня просто замораживается, покрываясь толстой коркой льда.

– Так это знаю все вокруг, – издает короткий смешок этот Данил. – Особенно твои пассии.

Но Градов не разделяет этого веселья. Он смотрит мимо меня. И я поворачиваю голову. Градов смотрит на Марту, которая улыбается. Но улыбка у нее напряженная, натянутая. Она открывает рот и начинает быстро-быстро говорить:

– Господин Градов, как вы правы! – лебезит перед хозяином торгового центра. – Я сама не терплю скандалов…

– Именно поэтому вы их устраиваете, – жестко перебивает ее миллиардер. – И именно поэтому вы больше не арендуете это помещение в моем торговом центре.

Я в неверии распахиваю рот.

– Нет! – вырывается шокированное у Марты.

– Да, – припечатывает Градов. Выдерживает паузу и бьет на поражение: – Во всех моих торговых центрах.

– Господин Градов, нет! – Марта приходит в ужас. – Вы не можете! Из-за нее! – повысив голос, тычет в мою сторону острым когтем. – Господин Градов! – бросается к мужчине, падая перед ним на колени.

Мои брови взлетают от удивления на лоб. Перед моими глазами разворачивается просто невероятная сцена.

Градов делает шаг назад. На холодном надменном лице появляется выражение брезгливости. Смотрит на Марту как на грязь под своими начищенными туфлями.

А моя бывшая хозяйка растеряла всю свою самоуверенность, весь свой лоск. Женщина совершенно потеряна. Буквально пять минут назад она чувствовала свое превосходство, сейчас же унижается перед хозяином роскошного торгового центра.

– Завтра к открытию ничего не должно напоминать о вас и вашем бутике, – Градова эта сцена не трогает.

По щекам Марты текут слезы, губы дрожат.

– Г-господин Град-дов, – всхлипывает она. – Вы не можете…

– Не могу что? – вскидывает бровь. – Сейчас торговый центр закрыт. Никто из посетителей не видел этой безобразной сцены. Как я уже сказал, истерик я не терплю.

– Это ты во всем виновата! – оборачивается ко мне Марта. Шипит змеей. – Ты! Будь ты проклята, тварь! Что, довольна? Теперь довольна? Ты все разрушила!

– Прекратите, – голос Градова действует на Марту как удар хлыста. Она вздрагивает. – Время пошло. До утра освободите помещение. Все помещения.

– Что я мужу скажу-у-у? – воет Марта. – Что-о?

– Не мое дело, – обрушивает на ее гранит слов миллиардер. – В бизнесе эмоции лишнее. Нельзя позволять истеричной жене лезть в дела.

Совершенно спокойно Градов достает из кармана пиджака навороченный гаджет. Пара движений пальцами и прижимает его к уху.

– Почему ты еще не здесь?

От его тона у меня сердце обрывается. На месте абонента я бы уже провалилась сквозь землю, только бы не сталкиваться с этим Градовым.

– У нас арендатор съезжает. Да, срочно съезжает, – Градов называет этаж и секцию.

Ему уже совсем неинтересно, что у его ног, повалившись на мраморный пол, белугой ревет женщина. Мое сердце сжимается. Все же это слишком. Но холеные мужчины переговариваются о своих делах, а на моих плечах руки секьюрити.

Минуты идут, пока, наконец, прибегает управляющий торговым центром.

– Бутики вот этой торговой марки больше у нас помещения не арендуют, – чеканит Градов, пока у управляющего вытягивается лицо. – Фамилию арендаторов внести в черный список для всех торговых центров. Площади освободить везде. Немедленно.

– Будет сделано, – кивает управляющий, нервным жестом поправляя галстук.

На бьющуюся в истерике Марту никто не обращает внимания. Даже девчонки из бутика не вышли. Никто не собирался ей помогать подняться. Рыдая, Марта поползла на четвереньках ко входу вслед за управляющим. Мужчина уже говорил с кем-то по телефону. Кинулся выполнять приказ своего хозяина.

Наверное, я должна ликовать и злорадствовать. Моя обидчица вон как наказана. Но я не могу. Все происходящее – это низко.

– Жестко, – абсолютно спокойно выговаривает Данил.

– Думать надо, – обрубает Градов. – Скажешь, у себя бы такое спустил на тормозах?

– Нет, – пожимает плечами Данил, фамилии которого я не знаю.

Да и откуда? Никогда не интересовалась жизнью богатых и знаменитых. В своей забот хватало.

Мужчины между собой похожи. Дорогущими идеальными костюмами, модными стрижками, аурой абсолютной власти и уверенности в себе. Оба высокие, широкоплечие. Идеальные образчики мужской красоты.

В их присутствии я чувствую себя маленькой мышкой, которой лучше побыстрее скрыться в норке. Если эти породистые коты решат поиграть со мной, даже косточек не останется.

Вдруг Градов делает пару шагов вперед. Носком начищенной до блеска туфли раскидывает обломки моего телефона. Поднимает корпус, достает сим-карту и убирает ее себе в карман, а остатки аппарата выбрасывает в стоящую рядом урну.

– Что вы делаете? – сил хватает только на писк.

Миллиардер медленно и как-то зловеще разворачивается. Упирает в меня взгляд ледяных бирюзовых глаз.

– Она почему еще не в машине?

– Вы не посмеете! – хочется кричать, но выходит только шепот.

Руки охранника сильнее смыкаются на моих плечах. Он тащит меня к эскалаторам, и последнее, что я вижу, это лица своих бывших коллег, перекошенные ужасом.

– Нет! Нет! Пустите меня! – пытаюсь сопротивляться.

Дергаюсь. Брыкаюсь. Но хватка такая, что не вырваться. Куда мне до амбала, у которого одна лапища как две моих, не меньше. Я для него просто трепыхающаяся пушинка.

– Пустите… – шепчу обреченно. Прекрасно понимая, что никто не отпустит.

Амбал спускает меня по эскалаторам вниз, потом веден на подземный паркинг. Кругом пустынно и гулко. Уборщицы и охранники делают вид, что ничего не происходит. Все отводят взгляды.

Я думала, что мне было плохо до этого. Как же я ошибалась! Марта всего лишь выгнала, не заплатив. Обозвала и разбила телефон.

Этот олигарх с надменной мордой пока мне не сделал ничего. Но это пока. Он так легко, просто играючи выкинул арендатора из всех торговых центром разом! Просто по щелчку его пальцев разрушен бизнес.

Со мной ему расправиться вообще ничего не стоит. И никто не станет ему противостоять. Второй мужчина, похоже, одобряет этот беспредел.

Шаги в подземной парковке отдаются набатом, сулящим беду.

– Пусти! – снова дергаюсь.

– Не трепыхайся, – звучит безэмоционально. – Приказ усадить тебя в машину.

Вот так вот. Есть приказ – и его выполняют. И всем плевать, что это противозаконно, что это против моей воли.