Ольга Романовская – Зачет по приворотам (СИ) (страница 46)

– Да.

По телу девушки пробежала крупная дрожь, и она прижалась к де Грассе, ища у него защиты. Подумать только, столько лет по академии расхаживал преступник!

– Дальше. Почему леди Отой потребовалась подобная помощь?

Даже в такой ситуации ректор сумел сохранить самообладание.

– Леди родилась слабенькой, с пороком сердца. Целители ничем не могли помочь, девочка умирала. Ее отец, королевский судья, готов был заплатить состояние, лишь бы новорожденная осталась жива. О его горе услышал Итан и написал мне, попросил частицу души бывшего учителя. К тому времени стало понятно, Натан Олбрек не вернется в мир живых, и я привез Итану колбу. Сила учителя исцелила девочку, уничтожила болезнь и стала сердцевиной дара.

– То есть прежде у меня не было магических способностей? – с надеждой на отрицательный ответ уточнила Даниэль.

Стало горько и обидно оттого, что она самая обыкновенная. Пугавший прежде темный дар теперь стал родным – и вот он весь чужой, плата за спасение.

– Не знаю, спросите у Итана. Он умер пять лет назад, но, полагаю, для некроманта это не проблема.

– Кстати о некромантах, – де Грассе приложил палец к губам подопечной, предвосхищая очередной вопрос, – почему ваш сокурсник вдруг вздумал лечить леди Отой? Нет, я в курсе возможностей темной магии, сам их применяю, но люди на порог не пустят представителя «грязной» профессии.

– Итан стал целителем, чтобы, как он выражался, искупить грех служения злу.

Темный маг понимающе кивнул и переглянулся с ректором.

– Где остальные ученики господина Олбрека, что с ними стало?

Роберт глазами показал Антуану, пора уводить Даниэль. Но тот не спешил, только крепко сжал дрожащую девичью ладонь, положил себе на колено. Де Грассе понимал, леди Отой все равно не заснет, а если даже да, станет метаться в кошмарах. Пусть дослушает, а после он даст ей сонных капель, наверняка у Селестины завалялись.

– В живых остались только я и Наина. Брок тоже уже мертв, но он отступил от Натана еще на четвертом курсе.

– Дальше.

– Учитель призвал нас, когда таки пришел срок. Анлак явился нам во сне.

– И вернуть его в подлунный мир, – продолжил за него Антуан.

Картинка в его голове сложилась. Гедеон знал, где живет Даниэль, мог написать в колледж, попросить устроить проверку и перевести девушку сюда. Ей предстояло умереть, вернув одолженную жизнь, но вмешались обстоятельства.

– Именно, – деревянным голосом подтвердил стихийник. – Пришлось отыскать девушку и сделать так, чтобы она оказалась в академии. Из-за Итана учитель и так лишился части силы, не мог получить желанное величие. Мы ведь должны были через определенное время прийти на кладбище и провести второй ритуал, но он бессмысленен, если нет всех частей.

– Чтобы заманить сюда девушку, вы обработали лорда Отоя и подослали Наину к лорду Уоррену? – де Грассе во всем предпочитал ясность.

Напрасно приятель молчаливо грозил сжечь его дотла, горькую правду нужно выпить как лекарство. Ведьма, обещавшая потомство от одной девушки на миллион, сразу показалась подозрительной, только опьяненный двойным горем Роберт мог поверить в эту сказку. Желание лорда Отоя выдать дочь за дракона-аристократа куда более естественно, он мог любую чушь написать, лишь бы обелить свои корыстные интересы.

– Учитель приказал. Леди Отой обязательно должна была оказаться в Бресдоне, ее отец мог меня не послушать. И так прошло слишком много времени, учитель уже отчаялся. Лорд попался упрямый, сначала отмахивался от писем. Потом девушка поступила в колледж, и все стало проще. Его директор – мой давний знакомый.

Даниэль до крови закусила губу. Ей очень многое хотелось высказать Гедеону, но девушка сдерживалась. Она понимала, стихийник сейчас под действием чар, бесполезно высказывать ему претензии, набрасываться с кулаками. Но ничего, заклинание потом снимет, и Даниэль скажет все. Как и отец, вовремя он собрался в Бресдон. Демоны Преисподней, неужели кошмар скоро закончится! Наину скоро тоже схватят, останется только Натан в двух обличиях, но преподаватели академии сообща справятся. Он ведь не успел соединить душу с телом, значит, уязвим, во всяком случае, леди Отой искренне на это надеялась.

– Спать!

Де Грассе поднялся и потянул за собой Даниэль.

– Но…

Девушке отчаянно хотелось остаться.

– Я вас сам уложу, а то снова сбежите.

Ректор кашлянул и напомнил:

– Вообще-то я жених миледи.

Антуан закатил глаза.

– Вы не девица, милорд, откуда такие фантазии? Максимум дам снотворное и подоткну одеяло, после вернусь.

Ректор мрачно покосился на приятеля, затем ненадолго задержал взгляд на Даниэль, словно о чем-то крепко задумавшись, взвешивая. Даже находившийся под воздействием чар Гедеон заинтересовался, вытянул дряблую шею. Лорд Уоррен раздраженно прищелкнул пальцами, и стихийник застыл, превратился в лишь условно живое существо. Девушка уважительно мысленно подметила, главой академии несостоявшегося жениха назначили не зря. Он редко демонстрировал свои способности, но в мелочах выдавал серьезного знатока своего дела.

– Я уже начинаю сомневаться.

Слова прозвучали тогда, когда их уже никто не ждал. Сложно сказать, говорил ли Роберт всерьез или шутил.

Он перевел осуждающий взгляд на приятеля. Де Грассе проигнорировал попытку визуального воздействия и подтолкнул девушку к выходу. Уже переступив порог, темный маг обернулся и обронил философское:

– Сомнения – вещь хорошая, но лишь тогда, когда они не переходят границы.

– Чьи именно, Антуан?

Ректор говорил намеками, его неожиданно взволновала Даниэль. По ее мнению, совершенно напрасно. Уж темный маг ей в женихи точно не набивался, разве только в фиктивные, на один бал. Или дело совсем в другом? Леди Отой при любом раскладе знала гораздо меньше, чем любой из приятелей.

– Разума. И хватит уже! – де Грассе чуть повысил голос. – Ваше положение, милорд, не оправдывает некоторых вещей. Выход из него найдется, но уж явно не такой.

Роберт не ответил и плотно закрыл за ушедшими дверь. Даниэль догадывалась, там, наверху, начиналось самое главное. Может, она выросла в рафинированной светской среде, но догадывалась, почему ее ответили вниз. Допросы опасных преступников ведутся иначе. По коже пробежали мурашки. Подумать только, все это время в академии работал ученик лича! Он ведь мог запросто творить темные ритуалы, может, даже кровавые мессы. И она, Даниэль, никогда бы не заподозрила врага в старике. Неужели отныне придется подозревать всех? Тогда в первую очередь Амалию. Может, она и есть Наина? Ведьма легко могла обернуться старой каргой, да и случайно ли госпожа Раккет оказалась на лестнице? Сдается, она знала о Даниэль больше, нежели желала показать.

Терпения леди Отой хватило ровно на один пролет. Понимая, что спрашивать о таком глупо, да и опасно, девушка все же осторожно высказала предположение:

– А вы уверены, что остальные ученики Натана мертвы или вне стен академии?

Де Грассе резко остановился и обернулся к ней. Даниэль не успела затормозить и по инерции пролетела вперед. Если бы Антуан не держал ее за руку, и вовсе бы упала.

– На что вы намекаете?

Вопрос прозвучал ровно, но девушка не обольщалась. Вряд ли кому-нибудь понравится, если его или его коллег обвинят в запретной магии.

Переминаясь с ноги на ногу, Даниэль тщательно подбирала слова. Подумать только, прежде она бы выпалила все в лицо де Грассе!

– Лишь на то, что люди умеют притворяться. Тот же Гедеон лгал даже на допросе, пытался нас запутать.

– И?..

Антуан заинтересованно подался вперед и обхватил девушку свободной рукой за талию, то ли оберегая от возможного вторичного падения, то ли просто заключив в надежный капкан.

Сердце Даниэль билось часто-часто, мысли путались и неизменно обращались к теплоте пальцев преподавателя. Какие же они у него горячие, прямо огненные! И как же остро девушка их ощущала, словно ладонь легла прямо на кожу. Хотелось чуточку отклониться, чтобы она надавила сильнее, стала единым целым с Даниэль. Однако леди Отой нашла в себе силы отогнать странные фантазии и продолжить начатую тему:

– Вы уверены во всех преподавателях?

Девушка замерла, сжалась в ожиданиях бури, но ее не последовало.

– Ни в ком, – усмехнулся Антуан и отпустил Даниэль. По лицу его скользнула едва уловимая довольная улыбка. – Уверенность и наука не совместимы. Но мысль занятная, поговорю с ректором.

Упоминание Роберта заставило ступить на очередную скользкую дорожку:

– На что намекал ректор?

Темный маг приподнял брови, пришлось пояснить:

– Ну, когда упомянул границы.

– На разные глупости, – отмахнулся де Грассе и продолжил движение. – По известным причинам милорду не нравятся все особи мужского пола рядом с вами. Ну, пожалуй, кроме подростков.

– Почему?

Антуан сумел заинтриговать.

– Потому что они могут на вас жениться и помешать продолжению славного рода. А подростки безобидны, по закону они недееспособны. Милорда же не ваш моральный облик пугает, Даниэль.

Мужчина замер на пороге гостиной, словно гадая, впускать туда девушку или нет.

– По-моему, старики гораздо безопаснее, – отвернувшись, пробормотала Даниэль.

Определенно, спрашивать не стоило. И говорить. Ничего.