Ольга Романовская – Паук раскинул сеть (страница 17)

— Господа, вы случайно не меня ищите? Госпожа Эллина Тэр к вашим услугам.

Капрал выругался, маг одарил тяжёлым взглядом и тоже прошёлся по беззаботным девицам, отрывающим людей от работы.

— Делать мне больше нечего, как всяких искать! — буркнул он, окинув брезгливым взглядом.

— Инквизитор прикажет, и мышь найдёте, — не выдержав, огрызнулась Эллина. — Собственно, свободны, я нашлась, господин Брагоньер сейчас подъедет. А в окрестностях некромантка бродит, вон того мальчика, — она указала на Сирила, — ищет. — Его в жертву принести хотели, а он сбежал.

Выражение лица мага тут же изменилось. Исчезла презрительная усмешка, её сменила сосредоточенность. Он подробно выпытал всё, что удалось узнать Эллине, и подъехал к Берте и дрожащим ребятишкам. Гоэта вздохнула с облегчением: одной проблемой меньше.

— Госпожа Тэр, вам не кажется, это переходит все границы? — вместо приветствия услышала от любовника Эллина. В ледяном тоне сквозила ярость. — Вы хотя бы осознаёте, что натворили?

— Ничего особенного, — пожала плечами гоэта. — Сбежала от охраны и пропала. Но по уважительной причине: работала. Могу копию договора показать. Или опять ревность, господин Брагоньер?

Она попыталась уйти от скользкой темы, но соэр не позволил.

— Какая ревность, госпожа Тэр, — раздражённо отмахнулся он, — речь о вашей безопасности. Если вы забыли некоторые обстоятельства, после я вам напомню. А теперь извинитесь перед людьми, которых вы подняли с постели.

Эллина упрямо мотнула головой и, пожелав всем спокойной ночи, гордо пустила Звёздочку рысью в сторону города.

— У вас появился характер, госпожа Тэр? — конь Брагоньера ожидаемо тут же догнал любовницу. Конечно, он не чета Звёздочке. Последнюю соэр категорически не желал брать, но Эллина настояла, чтобы лошадь привезли в Калеот. Блажь? Да, но нельзя же пользоваться конюшней баронета для личных целей. — Хотя вы всегда отличались упрямством.

— Как и вы, благородный сеньор, — парировала гоэта. — Вы запрещаете работать, приходится выискивать средства не превратиться в копию Анабель Меда.

— Не беспокойтесь, я лишу вас этих средств, — пообещал соэр. Водянистые зелёные глаза буравили собеседницу, вызывая чувство дискомфорта. — Вы спутница уважаемого человека, а не бродяжка.

— Большое спасибо! — оскорбилась Эллина. — Господа маги нас унижают, теперь и вы. А насчёт спутницы вы погорячились, я всего лишь ночное развлечение. Надеюсь, приятное.

— Эллина! — не выдержав, повысил голос Брагоньер и, ухватив за локоть, зашипел: — Не устраивайте сцен на людях, поверьте, мне хватает проблем. И признайте, наконец, что поступили дурно. Взрослый человек обязан нести ответственность за поступки. Я запретил ездить куда-либо без охраны, не из пустой прихоти, заметьте, а вы?

Взгляд обжигал, и Эллина не выдержала, сдалась под напором профессионального мастера выбивания признаний.

— Я не права, простите. Но в оправдание я узнала нечто важное. Вам как инквизитору положено знать.

Всё равно придётся сказать. Эх, прощай, отпуск!

Брагоньер мгновенно напрягся, как охотничья собака, почуяв зверя, и сухо деловито осведомился:

— Что именно? Где?

Эллина рассказала и с надеждой вгляделась в лицо соэра. Нахмурился, покусывает губы — значит, хочет начать расследование, но мешает приказ короля.

— И после этого вы ещё спрашиваете, зачем вам охрана? — после минутного молчания выдал Брагоньер. — С этого дня от меня ни на шаг! И если вас интересует Трия, мы туда едем. Его величество выразился однозначно, нарушить приказ я не могу. Две недели в вашем распоряжении, госпожа Тэр, а дальше отправлю магическим путём в Сатию.

— А сами развлечётесь допросом некроманта, — скорчив кислую мину, добавила Эллина.

— Это моя работа, — пожал плечами соэр. — Сегодня же я позволю поработать вам. Раз уж вы считаете себя… Словом, просто так прощать ваше самоволие не собираюсь.

Гоэта обомлела, а потом напомнила себе: примерно так состоялась их первая близость. Брагоньер привык говорить прямо. Но всё равно, странная замена выговору и лекции на тему поведения порядочной особы. С другой стороны, так Эллина быстрее заслужит прощение, не придётся неделями уговаривать Брагоньера простить.

Глава 5. Поездка на воды

Брагоньер, насупившись, просматривал поступившие на его имя письма. Их с поклоном принесли прямо в номер лучшей гостиницы Трии. Эллина, пристально следившая за любовником, понимала, он сетует на его величество, запретившего принимать участие в травле некромантов. Выяснилось, что их двое: мужчина и женщина, но местные власти смогли найти лишь алтарь и заброшенный домик. Ноздри соэра трепетали от сдерживаемого гнева, но Брагоньер молчал. Зато, сжавшись в кулак, пальцы без зазрения совести скомкали конверт. Гоэта покашливала, намекая, что может уйти, но соэр намёки игнорировал. Они до сих пор толком не помирились, да и близости той ночью не вышло: поругались. Как и прежде в таких случаях, Брагоньер не стал кричать, а отхлестал ледяной вежливостью и снял другой номер. Утром зашёл за вещами, даже постучался, будто к чужому человеку, и вёл себя так, словно они не знакомы. Эллина не выдержала и закатила скандал. Соэр оборвал её на полуслове, сравнил с базарной торговкой и попросил не пугать постояльцев своими криками, «если уж вам недостаёт воспитания помолчать».

Ехал Брагоньер тоже верхом, а не с Эллиной и не перемолвился с ней ни единым словом сверх необходимого минимума.

— Ольер, ты не прав, признай это, — гоэта подошла и положила любовнику руки на плечи. — Ты слишком строг, не желаешь идти на уступки и нередко оскорбляешь, сам того не понимая. Например, вчера. Почему ты не сказал, что я не шлюха?

Брагоньер засопел и убрал письмо под рубашку, по обыкновению не позволив прочитать хоть строчку. Затем обернулся к гоэте и окинул пристальным оценивающим взглядом, будто свидетеля на допросе.

— Потому, что это сказали вы, госпожа Тэр. И не надо перекладывать вину с больной головы на здоровую. Я устал от вас, от ваших капризов и бесконечных попыток вернуться туда, откуда я вас вытащил. Нет, — Брагоньер предупредительно вскинул руку, — вы помолчите. Эллина, вы боитесь? Ответьте честно, не прячась за разговорами о любви к свободе и работе: вы боитесь зависеть от меня?

— Я привыкла зависеть от самой себя, — тихо ответила гоэта, впервые задумавшись над этим вопросом.

— Хорошо, — кивнул соэр и, заложив руки за спину, подошёл к окну. Из него открывался вид на главный бульвар Трии. — Продолжим. Почему ты стала независимой?

— Эм, — опешила Эллина, — чтобы не протянуть ноги… прости, не умереть.

— То есть если бы ты не работала, тебе бы никто не помог? — продолжил допрос Брагоньер. Он по-прежнему стоял спиной к любовнице, только руки расцепил и уперся о подоконник.

— Кто, Ольер? — рассмеялась Эллина. — Матушка, отчим? Да они первые бы меня доили!

— Мужчина.

Гоэта прыснула в кулак. Соэру ли не знать, какие любовники ей попадались! Один и вовсе сбежал, прихватив пару чекушек в долг.

— Но зачем же так категорично, — Брагоньер наконец обернулся, но взгляд его не потеплел. — Может, ты не позволяла им заботиться о себе?

— Ольер, единственный порядочный мужчина до тебя оказался некромантом, — посерьёзнев, покачала головой Эллина. — Сам понимаешь, можно ли с ним жить.

— Ты брала от него деньги, слушалась, верно? Потому что любила. То есть когда ты доверяла мужчине, свобода и работа вдруг теряли свою привлекательность, — усмехнулся Брагоньер. — Отсюда делаем два вывода. Ты боишься быть слабой, и ты мне не доверяешь. Подсознательно, но всё же. Процитировать ваши мысли, госпожа Тэр?

— Не надо, — пробормотала Эллина и покраснела.

Он угадал главные страхи её жизни: остаться одной, обманутой и без денег. И в профессию не вернёшься: твоё место уже заняли другие.

— Эллина, посмотри на меня.

Гоэта подняла глаза и упавшим голосом спросила:

— Опять извиняться, да, и объяснять, что я не могу изображать разряженную куклу?

— Лина, мне не нужна разряженная кукла, мне нужна женщина. Я хочу видеть тебя, красивой, счастливой и в безопасности. Это, по-твоему, плохо? По-твоему, так поступает человек, который собирается развлечься и бросить?

Эллина мотнула головой.

— Тогда научись мне доверять и признай, что ты поступила дурно.

Гоэта шумно засопела и сдалась. Руки вновь легли на плечи соэра, на этот раз он их не сбросил. Эллина встала на цыпочки и запечатлела поцелуй на губах. Брагоньер не ответил, но взгляд потеплел.

— Некроманта поймали? — гоэта предпочла сменить тему.

Соэр покачал головой и предложил распаковать вещи. Эллина не стала настаивать. Она понимала, Брагоньер не расскажет о работе, если решит, что её это не касается. Кроме редких случаев, не касалось всегда.

Пока гоэта копалась в коробках и сундуках, соэр написал и отослал пару писем. После переоделся и одобрительно кивнул Эллине: та переоделась в прогулочное платье с короткими рукавами. Даже надушилась и надела жемчуг, чтобы угодить любовнику.

— Скажи, ты сейчас разряженная кукла? — в свою очередь переодеваясь для прогулки, продолжил прежний разговор Брагоньер. Он привык доводить всё до конца.

— Нет. Ольер, хватит, я поняла! — взмолилась гоэта.

Теперь она жалела, что не извинилась вчера. Теперь же Брагоньер откопал её страхи и не оставит в покое, превратив отдых в кошмар.