Ольга Романова – Инферно.ру (страница 2)

Решение зрело как прыщ на лице влетевшего в пубертат салаги; воспалявшись, оно терзало бедного Гугла: стреляло, чесалось, болело. Он выдавливал его из себя, мазал заумственной дрянью, мол, все так живут; «прыщ» успокаивался. Через время всё повторялось. Мир был адом, а смерть – единственным средством от нескончаемой муки.

Чёрные волосы до плеч волосы, роем взбесившихся мух, метались вокруг головы. Привычным движением руки, Костя откинул со лба непослушную чёлку и поднял к небу глаза. Синяя высь обожгла его своей бесконечностью. В этот самый момент, стоя на грани миров, он с отчаянием понял, когда он уйдёт, НИЧЕГО не изменится; солнце всё так же будет светить, небо выситься, люди продолжат свой бег, но, уже без него. НИКТО, кроме матери и отца, даже не вспомнит о нём. Косте стало обидно. Он пытался представить, как будет красиво лететь в потоке тёплого ветра: бросивший вызов смерти герой…. Вместо этого, Костя-Гугл увидел себя лежащим в крови, с вытекшим глазом и сломанным позвоночником. «Чёрт…» От страха он плюнул в чёрную бездну асфальта.

– Плеваться не хорошо, – неожиданный голос чуть не отправил Костю вслед за плевком. – Тем паче москвичу. Вы ведь не инородец какой.

Отпрянув от края бетонной плиты, Константин обернулся.

– Какого чёрта вы здесь творите! – набросился он на незнакомца. – Я из-за вас чуть не свалился с крыши!

Человек вежливо извинился:

– Прошу простить мне мою оплошность. Я не подумал о последствиях внезапного своего появления перед человеком, уверенным, что кроме него, в воскресное утро на крыше никого не будет.

Человек был странен, даже для Москвы, привыкшей к разному, часто бездарному и, как следствие, пошлому и дурному. Человек-невидимка – первое, что приходило на ум при взгляде на незнакомца, господин-никто, безликая маска о которой не можешь вспомнить на утро: чёрточка-нос, чёрточка-губы, жидкие серые волосы, серый костюм, такого же цвета ботинки и портфель в правой руке, одетой в перчатку из кожи. «Мистер Фог,» – окрестил незнакомца Костя.

– Кто вы? – спросил он мужчину.

– Зовите меня мистер Фог.

Костя опешил.

– Вы что, читаете мысли?

– Или вы мои, – парировал мистер Фог.

Константин искренне удивился, быть может, впервые за долгое время.

– Ок, мистер Фог. Что вы хотите? Или, может, вы просто гуляете здесь, как и я?

Лицо мистера Фога не дрогнуло. Шутки он не отметил.

– Я не гуляю как вы, – бесстрастно ответил мужчина. – Я пришёл предложить вам Игру.

– Это что, шутка такая?

– Разве я похож на того, кто любит шутить?

Зло к себе, как это часто случается со слабыми душами, вдруг, обернулось против «мистера незнакомца».

– Вы похожи на призрак клоуна, продавшего душу дьяволу за вечный аншлаг, – сорвался Гугл на серого человека. – А может вы терминатор? Сы-грай… со-мной… или… я… те-бя… съем…, – он хохотнул слишком визгливо для человека вменяемого. – Я тут между прочим делом занят. Вас что, в конторе не научили, что предлагать свои дурацкие услуги самоубийце – верх бестактности? Почему бы вам не поискать кого-то внизу? Почему именно я и именно в тот самый момент, когда…? Знаете, что, мистер, – тон его стал угрожающим, – катитесь-ка вы туда, откуда пришли и не мешайте мне закончить начатое!

Ни один мускул не дрогнул на бесцветном лице мистера Фога. Казалось, что он даже не слышал обидных слов своего собеседника.

– Я не терминатор, не призрак и тем паче не клоун, – спокойно ответил мужчина. – Я – Мастер и я предлагаю вам шанс изменить вашу судьбу….

Костя было собрался возразить мистеру Мастеру, мол чихать ему, кто он такой и судьбы своей он менять не желает, но мистер Фог не дал ему слова.

– Войдя в игру, – ловким движением руки он вынул из портфеля визитку, – вы измените многое и, в первую очередь, весьма печальный финал собственной жизни. Уверен, игра эта вам не только понравится, она убьёт пустоту: вашего демона, который в это прекрасное утро погнал вас сюда.

Костя визитки не взял. Он вперился взглядом в мистера Фога. О том, что творится в его душе он никому никогда не рассказывал, и в особенности родителям. Боже упаси! Лишь недавно, выиграв многолетнюю битву с матерью, сильной и властной женщиной в броне гештальт-терапевта, Костя возвёл границы между «Я» и «вы все». Втайне поведать отцу? А смысл? Полковник в отставке давно смирился с ролью карманного мужа.

– Откуда вы обо мне знаете?

– Моя работа всё знать, – убирая визитку в портфель, бесстрастно ответил Фог. – Вы – Ершов Константин Петрович, тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года рождения, Дракон и Стрелец, специалист офиса продаж в компании «Билайн», образование высшее техническое, были женаты, десять лет как в разводе, детей нет, живёте с родителями в Коломенском. Мать….

– Хватит! – грубо перебил его Костя. – Я понял. Вы из ФСБ, и вы обкатываете какую-то программу на таких как я неудачниках. Так?

– Не так. Я являюсь частным лицом. Можете считать меня добрым самаритянином. Я помогаю отчаявшимся, тем, кто по тем или иным причинам выбрал не то направление.

– Зачем?

– Мне нравится делать добро.

Константин усмехнулся.

– А по виду не скажешь….

– Не суди ближнего своего по виду его, – многозначительно заметил Мастер. – Вот вы, молодой, симпатичный мужчина, в белой, чистой рубашке и мастерски отутюженных брюках вполне сошли бы за жениха на дорогой свадьбе. Но это не так. Ваши длинные пальцы дрожат, сердце вот-вот выпрыгнет из груди, вы раздражены моим присутствием и возможным моим уходом. Вы решили покончить с жизнью, но вас не меньше заботит внешняя сторона процесса, например, как ваше мёртвое тело будет смотреться на грязном асфальте, – на этих словах Костя вздрогнул, – из чего я делаю вывод – вы не хотите умирать.

– Я же не бомж, – пробормотал Костя смущённо.

– Полностью с вами согласен. Внешняя чистота – маленький шаг на пути к чистоте внутренней.

– Только давайте без нотаций. Что за игра?

Мастер довольно кивнул.

– Игра проста. В ней три уровня: ученик, подмастерье и мастер. Каждый уровень имеет три ступени. Цель Игры: пройти все уровни, как – не важно, важно не бросить Игру, быть смелым и честным с собой.

– И что я буду иметь? Деньги, вечную жизнь?

– Ответ вы получите только в конце.

Константин недоверчиво хмыкнул. «Внутренний трус» понуждал ухватиться за предложенный компромисс: «Попробуй. Зараза смерть подождёт». Невидимый же бес, со злым недовольством смотрящий на Фога, настойчиво шептал ему в ухо: «Пошли его на три буквы и прыгай с крыши, чувак». Гугл поддался «трусу».

– И как это будет? – спросил он мистера Фога.

– Зарегистрируетесь на сайте, наденете эти очки, – Мастер вынул из портфеля очки наподобие лыжных, – и вперёд. Очки – ворота в ваш новый мир, который для вас будет таким же реальным как этот. Играть лучше лёжа: так удобней и безопасней.

– А если мне не понравится?

– Вернётесь на крышу.

С этими словами, Мастер сделал движение рукой и прямо из воздуха материализовал всё туже визитку. «Фокусник, мать его раз так,» – поперхнулся увиденным Костя, но карточку взял. На чёрного цвета плотной бумаге золотыми буквами было начертано www.inferno.ru. Ни телефона, ни другой объясняющей весь этот бред информации не было.

– Мы ещё встретимся? – вопрос, заданный Костей, был из разряда ненужных, и мужчина смутился.

– Возможно, – спокойно ответил Мастер. – Всё будет зависеть от ваших решений, – и загадочно улыбнувшись, добавил: – Успеха вам, Константин.

С достоинством поклонившись теперь уже своему подопечному, мистер Фог сделал два шага назад и, на глазах потрясённого Кости, вдруг, растворился в воздухе.

Косте понадобилось некоторое время, чтобы уверить себя, что он не спятил и что увиденное им – реальность. Очки, визитка и запах любимой полыни в том месте, где минуту назад стоял мистер Фог, как бы говорили ему: «Ты абсолютно нормальный, но мир, который ты знаешь – лишь крохотный атом в большом океане миров тебе недоступных».

– К чёрту всё, – сжимая в потной руке доказательства своей вменяемости, Костя бросился к открытому люку (крышка у люка отсутствовала) и быстро спустился вниз. Стоя на твёрдом асфальте, он разразился таким срамословием, что все окрестные голуби разом слетели с чужих подоконников.

Вернувшись домой и, по обычаю, бросив: «Я дома, – он заперся в комнате, не желая встречаться с ответным: – Где был и что делал?» Костю штормило. Он лёг на кровать и вперился в натяжной потолок, как когда-то в мистера Фога с единственной мыслью: «Что это было?» Потолок ему не ответил, и Костя закрыл глаза. «А мистер-то был прав, – вспоминая себя-дурака стоящим на крыше и плюющим от страха на жёсткое «ложе» внизу, думал мужчина. – Я не готов умирать. Хорошо, хоть хватило ума не оставить прощальной записки. Болван…»

Надежда на собственное жильё рухнула вместе с уходом жены Светланы: милой стервозы из Пензы, в качестве компенсации, за шесть мучительных лет с экзистенциальным занудством свекрови, «хапнувшей» студию в Свиблово: совместно нажитый «спасательный плот», «остров свободы», «обетованную землю», куда не ступала нога Костиной мамы.

Четырнадцать скромных квадратов в родительской трёшке, после развода с женой, стали его цитаделью, крепостью, бункером, с табличкой на чёрной двери: «Родителям вход воспрещён».

Мать Кости, Маргарита Раисовна, коренная москвичка, мечтающая о внуках от здоровой, умной, красивой ровни, проходя мимо «склепа» любимого Кокочки, морщилась, но терпела «предательство сына», соблюдая данное (по условиям «мирного договора») слово не вторгаться в пространство взрослого отпрыска. Среднего роста, подтянутая, она представляла тип женщин (свободных и сильных к другим), о которых кто-то удачно сказал: «Женщину невозможно победить. Если вы не любите неприятности, то не будете и пытаться».11 Крупные черты лица Маргариты Раисовны смягчались глазами: большими и чёрными как восточная ночь, а короткая стрижка придавала ей свежести. Несколько лет на пенсии разбудили в бывшей учительнице литературы и русского языка безудержную страсть к психологии, дремавшую в ней с дня рождения сына. Месячный курс по гештальт терапии вдохнули в женщину новую жизнь. В свои «пятьдесят с небольшим» (свой истинный возраст мать Кости скрывала) она всё ещё была женщиной статной и симпатичной для мужа.