Ольга Риви – Коллектор и бабочки (страница 3)
На следующее утро я проснулся ровно в шесть, принял ледяной душ и выпил кружку крепкого кофе без сахара. Выбрал тёмно-серый костюм-тройку. В портфеле была увесистая папка, с документами должников, которых следовало навестить сегодня.
Перед выездом я вспомнил слова начальника с требованием закрыть сделку любой ценой.
Вчерашняя заминка с козлёнком была лишь случайностью, непростительная шибка в расчётах. Сегодня я закрою этот вопрос. Я пришёл побеждать, а не умиляться пушистым мордам. Работа в отделе взыскания не терпит сантиментов, особенно когда в спину дышит конкурент Артур со своими шуточками.
Я припарковал внедорожник у знакомого кривого забора и открыл калитку. Внутри по-прежнему царил хаос. Кто-то блеял, кто-то истошно кудахтал, скрипели колёса тачки. В этом месте отсутствовала логика. Тут не работали законы бизнеса, тут просто выживали.
Ева стояла у деревянного настила, она перебирала старые ящики с овощами. Сегодня её рыжие волосы были стянуты в тугой узел на затылке. На щеке красовалось свежее пятно от машинного масла. На ней был всё тот же рабочий комбинезон и огромные резиновые сапоги. Она обернулась на звук моих шагов.
– О, какие люди! – она вытерла перепачканные руки о штаны и усмехнулась. – Что-то вы зачастили к нам? Понравилось быть обворованным енотом и принесли Жорику ещё что-нибудь блестящее в качестве дани? Мой вам совет, снимите часы, на всякий случай.
Её голос звучал бодро, слишком бодро для человека с такими долгом. Должники так себя не ведут. Они обычно дрожат, просят отсрочку, плачут в трубку и обещают продать почку, а она стояла прямо и смотрела на меня с явной насмешкой. Но я видел, как напряглись её плечи. Она была на мели, её загнал в угол подлец Ваня, бывший парень набрал кредитов, а потом просто исчез, чтобы теперь отнять эту землю под строительство торгового центра. Мы всегда капаем чуть глубже, чем надо, чтобы иметь подробную картину для давления.
Мой мозг анализировал её поведение. Классическая Бравада, попытка скрыть панику за дерзостью. Обычно мне хватало пары минут, чтобы сломать такую защиту, но Ева ломала мои шаблоны.
– Вчера я проявил непростительное милосердие, – отрезал я, глядя ей прямо в глаза. – Заглянул исключительно для того, чтобы предупредить о проблемах. Но сегодня я эти проблемы привёз с собой. Доставка прямо в руки.
Я сделал уверенный шаг вперёд и собирался нависнуть над ней всей своей массой, чтобы задавить авторитетом. Мой идеально начищенный ботинок с громким чавкающим звуком опустился во что-то мягкое, по пути.
Я замер и опустил взгляд. Правая нога по щиколотку ушла в свежую кучу навоза.
– Осторожнее, – невинно хлопая ресницами, произнесла Ева. – У нас тут минные поля. Альпака сегодня нервная, я же просила надеть то, что не жалко. А вы опять вырядились в образе агента ноль ноль семь на минималках. Идёте на дело в смокинге.
Я медленно выдохнул, стараясь держать лицо каменным, чтобы ни один мускул не дрогнул и спокойно вытащил ногу из кучи. Дорогой ботинок был испорчен, я мог бы сорваться на крик, но я умел решать проблемы без истерик. Гнев – это удел слабых, а я всегда контролировал ситуацию.
– Гражданка Сонина, – мой бас зазвучал глухо и угрожающе. – Ваши шутки неуместны. Запах этого дерьма на моих ботинках никак не перебьёт запах ваших финансовых проблем, перейдём к делу.
Я щёлкнул замком портфеля, достал чёрную папку. В ней находился приговор её пушистому царству.
– Согласно постановлению о взыскании задолженности… – начал я чеканить заученный скрипт, игнорируя вонь от обуви.
Вдруг сверху раздался шорох, я не успел моргнуть. С балки навеса камнем рухнуло что-то тяжёлое, полосатый мех мелькнул перед лицом. Наглый енот приземлился прямо на мою руку. Его когти царапнули кожу через ткань пиджака.
Секундная заминка и Жорик ловко вырвал документы из моих пальцев, ещё секунда, и он уже карабкался по сетке вольера вверх, утаскивая акты под самую крышу.
– Стоять! – рявкнул я и сделал резкий рывок к сетке.
Енот уселся на стропилах, свесил хвост, посмотрел на меня с нескрываемым превосходством и принялся деловито грызть угол важного документа с печатью. Бумага аппетитно хрустела в его зубах.
– Жорик! Нельзя есть бумагу! – крикнула Ева, но в её голосе не было ни капли раскаяния. Только едва скрываемый смех
– Верните документы, немедленно, – я повернулся к ней, сжимая кулаки. – Вы не понимаете серьёзности ситуации. Я вызову полицию. Вас оформят как соучастника, за порчу чужого имущества и воспрепятствование правосудию. Вы же хозяйка этого чудовища, вот и будете отвечать!
Ева громко фыркнула.
– Вызовете ОМОН на енота? Хотела бы я посмотреть, как вы будете писать заявление участковому. «Прошу привлечь к уголовной ответственности пушистого вора в маске и его хозяйке». Станислав, вы в зоопарке. Тут ваши законы не работают, переступив забор и войдя на мою территорию, вы автоматом соглашаетесь со всеми последствия и рисками. К тому же, я вас предупреждала о рисках, так что попробуйте договориться с ним по-хорошему. Вы же умеете вести сложные переговоры с должниками? Вот и проявите навыки.
Я шагнул к ней, и открыл рот, чтобы высказать всё, что думаю о её методах ведения бизнеса, о её долгах, об умнике Ване, который подсунул нам эту проблему. Я хотел задавить её фактами, от которых ей станет по-настоящему страшно. Но из здания старого сарая внезапно донёсся громкий грохот, а затем истошный крик.
Я заметил, как резко изменилось её лицо. Куда пропала дерзкая девчонка, которая только что откровенно издевалась надо мной? Сейчас передо мной стояла напуганная женщина, готовая броситься в горящую избу ради своих подопечных. В её мире цифры и долги не имели значения, когда кто-то нуждался в помощи. Это было глупо с точки зрения бизнеса, но почему-то вызывало уважение. Насмешка исчезла с её лица, она мигом метнулась к дверям, забыв про меня и про енота.
Я остался стоять под балкой. Наверху енот методично уничтожал мой труд, радостно выплёвывая куски бумаги мне на голову. Внизу мой ботинок источал ароматы фермы. Мой план жёсткого давления провалился.
Мне ничего не оставалось, как пойти за Евой. Мне нужно было заставить её подписать копии бумаг. Они лежали в машине.
Я подошёл к дверям сарая, оттуда Ева выскочила мне навстречу, чуть не сбив с ног. В её руках был крошечный белый комочек. Она тяжело дышала, на лбу выступили капли пота.
– Гражданка Сонина, если вы думаете, что этот цирк спасёт вас от описи имущества… – зарычал я, чувствуя, как начинает нервно дёргаться правый глаз.
– Ой, мужчина, не гудите своим басом, вы его пугаете! – Ева совершенно не слушала мои угрозы.
Она шагнула вплотную ко мне. Увидела мои пустые руки. Без лишних раздумий сунула в них этот дрожащий комочек, сегодня это был декоративный кролик.
– Держите крепко, – скомандовала она тоном, не терпящим возражений. – Это отлично лечит карму. А я побежала за детской смесью! Мать от него отказалась, а у нас лампа перегорела, он мёрзнет!
Она развернулась и помчалась к главному зданию. Её сапоги громко шлёпали по грязи.
– Я не нанимался в няньки для ваших кролей! – крикнул я ей вслед. – У меня час рабочего времени стоит дороже всей вашей фермы!
Но она даже не обернулась, просто отмахнулась рукой, как от назойливой мухи. Ей было плевать на мои статусы, костюмы и угрозы.
Я остался стоять посреди шумного двора. Опустил глаза. В моих ладонях сидел крольчонок, он был невероятно маленьким и тёплым. Он дрожал всем телом, а его крошечные лапки скользили по рукаву моего пиджака. Крольчонок доверчиво ткнулся мокрым носом в мой палец. Я отчётливо почувствовал биение его крошечного сердца. Оно стучало быстро и отчаянно. Мои большие руки с грубыми костяшками, сбитыми о двери упрямых должников, сейчас стали единственной надёжной колыбелью для этого создания. Я осторожно, стараясь не дышать, погладил его по мягкой шёрстке на голове.
Я замер и боялся пошевелиться. Одно неосторожное движение, и я раздавлю его своей большой ладонью. Моя угрожающая физическая сила сейчас казалась мне главной слабостью, я стоял как глупое изваяние. Суровый коллектор, гроза неплательщиков, в испорченных ботинках и с маленьким крольчонком на руках.
Вокруг кудахтали куры. Где-то вдалеке надменно жевала сено альпака. На крыше наглый енот дожёвывал мой официальный акт взыскания, явно наслаждаясь вкусом синей печати.
Я смотрел на крольчонка и понимал одну пугающую вещь. Моя карма действительно нуждалась в срочном лечении. А мой холодный, выверенный мир с грохотом рухнул под напором этого пушистого хаоса.
Глава 3
– Отдай сюда, мелкий пушистый рэкетир! – рыкнул я, задрав голову.
Енот Жорик сидел на краю покатой крыши вольера и доедал документы. Зверь посмотрел на меня сверху вниз. В его чёрных глазках читалось явное превосходство надо мной.
– Не смей! – скомандовал я своим фирменным басом.
От этого тона обычно бледнели даже самые матёрые должники. Но Жорик ухом не повёл. Он поднёс последнюю бумагу с синей печатью к мордочке, понюхал, а затем с хрустом оторвал от неё кусок. Ветер тут же подхватил обрывки моего безупречного документа и понёс их прямо в загон к мини-пигам. Свиньи радостно захрюкали, принимая постановление за ранний ужин.