Ольга Рей – Солнечный зайчик (страница 26)
- И что там дальше? - Ерзает на стуле нетерпеливая Лерка, дергая Макса, чтобы он продолжал. Смотрит на него такими большими любопытными глазами, что даже я улыбаюсь.
Макс неспешна пододвигает к себе тарелку, лениво разрезает стейк на кусочки и произносит:
- Ну…- задумчиво потирает подбородок, - продолжение я забыл, - и начинает просто есть.
У подруги удивлённо вытягивается лицо. Она совсем не согласна остаться с носом, так и не узнав, чем закончилась история.
- Как так? — Разочарованно тянет Лера. — Ты же врешь, да? — Заглядывает ему в лицо, не давая нормально жевать стейк.
- Неа, - качает головой несносный Коршун, отправляя в рот помидор черри, а сам косит на меня хитрющими карими глазами. Точно что-то задумал.
- Ну и что ты хочешь? — Заметив его взгляд, тут же вступает в торги Лера. А Макс наигранно задумчиво приподнимает глаза вверх, делая вид, что пока не знает. — Ну! — Торопит его нетерпеливая подруга, откидывая на спину темные волнистые волосы, которые красиво переливаются на солнце.
Я молчу, в диалог не вступаю, чтобы не попасть под раздачу. Хотя мне тоже хочется дослушать начатую Коршуном басню. Зато украдкой наблюдаю за Никитой. Он с таким теплом и интересом смотрит на Лерку, что становится за него обидно. Только сердцу не прикажешь, подруга хоть и начала с ним общаться неформально, но все равно держит на расстоянии.
- Если Аля поцелует меня, то память тут же вернется, - заявляет бессовестный Коршун, заталкивая в рот приличный кусок мяса с кровью.
Я перевожу на него прищуренный взгляд. Его наглость не знает предела, производной и других элементарных функций.
- Не будет этого, - качаю я головой, запивая улыбку соком. Вот изобретательный Коршун и тут придумал, как «сладенькое» отхватить.
- Ну что ж, - вздохнув, Макс пожимает плечами, - тогда не помню, - делает вид, что полностью сосредоточен на еде. А еще пейзаж за бортом увлекает его до такой степени, что больше ничего не интересует.
Лера недовольно надувается. Берется вилку, чтобы продолжить есть, но через миг расстроенно кидает ее в тарелку и нагибается ко мне.
- Я, конечно, понимаю, что это провокация, но может, чмокнешь его легонечко в щечку. Что тут такого? Многие так здороваются и прощаются. Он же не просит поцелуй в засос.
Перевожу на Коршуна прищуренный оценивающий взгляд. Если в щёку, то не проблема. А в губы я его на людях целовать не буду.
- Устроит такой вариант? — Спрашиваю у Максима, который лениво потягивает черный кофе. Он пару секунд делает вид, что думает, а потом просто пожимает плечами.
Ну в щеку, так в щеку. Решаю я и без задних мыслей тянусь к парню, который с совершенно равнодушным видом сидит в кресле. Уже на подходе по инерции прикрываются глаза, и чувствую прикосновение знакомых теплых губ, которые ловят мои. Распахиваю ресницы и смотрю в смеющиеся наглые глаза Коршуна. Он опять в своем репертуаре! Хочется возмутиться. Но не успеваю, Макс, закидывая ногу на ногу, как и обещал, продолжает басню:
Мы с Леркой улыбаемся до ушей. Классная басня, но Коршун все равно наглая хамская рожа, снова получил то, что хотел.
После обеда мы плавно перетекаем на шезлонги к бассейну. Растягиваемся на удобных лежаках и болтаем. Мне купаться не охота, я и так с утра наплескалась. А вот Леру как рыбу тянет в воду, поэтому Никита уходит с ней в бассейн, а мы с Максимом остаемся одни.
- Где ты живешь в Москве? — Спрашивает он.
Я лежу на животе под зонтиком, а Коршун сидит рядом и с удовольствием намазывает кремом от загара мои ноги, не забывая периодически мацать попу.
- На Владикино, - уже не реагирую я на его фривольности. Пару раз повыступала и все бес толку, он все равно делает, что хочет. Так чего лишний раз трепать себе нервы.
- С родителями? — Макс откладывает в сторону крем и размазывает остатки по рукам. Берет бокал холодного Мохито, отпивает пару глотков и передает мне.
- Да, - лениво тяну я, забирая из его рук коктейль. Вытягиваю из трубочки вкусненькое мятное питье и ставлю бокал перед собой прямо на плитку. Вообще я довольно брезгливая, не люблю есть или пить вместе с кем-то, но с ним не чувствую никакого дискомфорта, словно так и надо. — У нас двухкомнатная квартира. А ты? — Поворачиваюсь на спину к Максу лицом. На нем солнечные очки, поэтому не видно глаз. А жаль, они у него необычные.
- У меня квартира в Сокольниках, - он снова берет со столика свой телефон, смотрит на имя и сбрасывает. Вообще Максу звонят без устали и выходных. Его аппарат разрывается постоянно. Но сегодня он настойчиво всех игнорирует.
- Своя? - Уточняю я. — А сколько тебе лет? — Только сейчас понимаю, что ни разу не задумывалась над этим вопросом.
Лерка так остро реагирует, что Никита значительно старше ее, а я даже ухом не веду. Хотя, не думаю что у нас с Максом большая разница, если он так плохо контролирует свой вспыльчивый характер и постоянно лезет на рожон.
- Двадцать шесть, - проигнорировав первую часть вопроса, отвечает на вторую. А мне в принципе все равно своя у него квартира или родителей. Я за него замуж не собираюсь.
Я вообще не отношусь к тем домашним девочкам, которые мечтают удачно выйти замуж и больше ни о чем не заботятся. Мои родители с детства твердили, что я талантливая и могу добиться всего, чего захочу. С этими установками я и выросла.
Я хочу свою семью, но не раньше двадцати пяти и старше, когда немного поживу для себя, поезжу по миру, выстрою карьеру, куплю квартиру. Мне не нравится зависеть от мужчины, ждать его с работы и заглядывать в рот. Я хочу быть личностью.
Смотрю на Макса, который, вытянув ноги и откинувшись назад, подставляет солнцу украшенный кубиками живот. Он такой серьезный и несерьезный одновременно. То салоны какие-то открывает, то морду первому встречному бьет. И как его понять?
- А ты во сколько лет хотел бы завести семью? - Приподнявшись на локтях, интересуюсь я. Вопрос конечно не корректный, но почему бы не спросить. Все равно я не претендую на столь вакантное место. - Так чисто гипотетически.
- А ты? — Повернув ко мне голову, с прищуром бездонно-черных глаз выдаёт вопрос на вопрос Макс. Вид хищный, заинтересованный. Но я не обращаю на это внимание. По сути это обычный разговор не о чем.
- Наверно ближе к тридцати, - без смущения делюсь я, снова потянувшись за Мохито. — Я хочу выучиться, найти себя в профессии, мир посмотреть.
Делаю глоток и мечтательно отвожу глаза в сторону моря. Мы медленно плывем по безбрежной бирюзово-аквамариновой глади. Где в брызгах купается ласковое солнце. Вдали виднеются вершины изумрудных гор, опоясанных лесными тропинками. И пахнет счастьем, молодостью и свободой. Вот так я хочу пожить.
- Думаю полгода, это максимум, - заявляет Коршун, поднимаясь на ноги. Стягивает шорты и оборачивается ко мне, предлагая нырнуть в бассейн, чтобы освежиться. Я удивленно свожу брови: это он о чем?
- Что ты имеешь в виду? — Я тоже поднимаюсь, обуваю шлепки и начинаю закручивать хвост на макушке, чтобы не намочить волосы.
Коршун с загадочным выражением лица подходит ближе, без зазрения совести обнимает за талию и притягивает к себе. Нагнувшись к уху произносит:
- Полгода, зая, это срок твоей свободы. А потом я ее у тебя украду, - чуть отдаляется, чтобы с серьезным лицом заглянуть мне в глаза. А я до сих пор ничего не понимаю. При чем тут свобода? - Хотя нет, ты уже моя, - крепко придвинув меня к себе, опускает взгляд к губам и начинает нагибаться.
- Макс перестань, - положив одну руку ему на грудь, а другую на рот, отпихиваю от себя. — На нас же люди смотрят, - возмущаюсь не тому, что услышала, все равно ничего не поняла, а очередной попытки добраться до моих губ.
- Какая стеснительная зая, - мне в ладонь улыбается коварный Коршун и мотает головой из стороны в сторону, чтобы избавиться от импровизированного кляпа. — Тем интереснее, - подхватывает на руки и оправляется к бассейну.
Обнимаю его за шею и улыбаюсь. Приятно когда тебя носят на руках красивые мужчины. А Коршун мало того, что очень сексуальный и брутальный, еще веселый и наглый. Гремучая смесь, от которой по коже бегут мурашки и отказывают мозги. Особенно на море, где веет беззаботностью, легкостью и романтикой.
В бассейне народа немного: в середине компания молодежи вместе с Лерой и Никитой играет в надувной мяч. Девчонки плескаются у ступенек. И несколько парочек.
Макс вместе со мной заходит в прохладную воду и, задавая направление, плывет к противоположному от остальных краю. Мы останавливаемся вдали от всех, разворачиваемся лицом друг к другу. Я улыбаюсь. Бултыхая ногами в воде, зависаю на одном месте. Макс подливает ближе и фактически загоняет меня в угол. И не уплыть и не поднырнуть, да, в общем-то, и не хочется.
- Зая, ты такая красивая, что я с ума схожу, - шепчет мне Коршун, обнимая за талию и прижимая спиной к прохладной плитке бассейна. Смотрит завороженно в глаза, заманивая в черный бескрайний омут. — Ты нравишься мне до умопомрачения. Так, что трудно дышать и думать. Ты такая долгожданная и желанная, моя девочка. Такая неповторимая, - дует на губы, заставляя их приоткрыться, а ресницам опуститься.