Ольга Райская – Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы (страница 56)
- Рыжий цвет ей шел больше, - совершенно не задумываясь, на автомате ответил олс Софф, и только потом осознал, что он не один, и у него появилась компания. – А, Медник, рад приветствовать! – кивнул мужчина.
А уж как я рада! Вернее, не рада. Всегда неприятно подставлять хорошего человека. Но иного выхода не видела, потому что собиралась бороться за две любви разом: за свою и за Владкину! В конце концов, мы подруги! Что касается Таргола, то наши цели совпадали, просто он еще не в полной мере это осознал.
- Вы правы, адмирал, - негромко произнесла я. – Рыжие локоны роднее и привычнее, но она все равно очень красивая.
- Да, - согласился Таргол и тихо, так, чтобы я не заметила, вздохнул.
Сильные мужчины порой так боятся своей слабости, что она становится слишком заметной для окружающих. У ректора таких слабостей было две: Власова и еще одна, на которой я и планировала сыграть, а точнее – объединить их. И мне как раз подвернулся удобный момент.
На экране Богиня оступилась. Зная актерские способности Оюн, я могла бы запросто предположить, что падение четко спланировано. Талант! Хотя, нет. Уж за столько жизней сущность освоила и мастерство комика, и трагика. Разумеется, ей тут же пришли на помощь. Причем, именно тот, кого так желала Великая – Эшуа олс Рок. Их взгляды встретились, и глаза Богини засияли. Определенно, весь спектакль планировался, готовился и разыгрывался лишь для одного человека – порядочного, но ничего не подозревающего, инсина.
Впрочем, Эшуа подхватил свою хрупкую ношу легко и бережно. А когда пришло время отпустить даму, на несколько секунд дольше, чем позволяли приличия, задержал пальцы на ее талии. Сама же Великая что-то с нежной улыбкой прощебетала, и тоже слишком долго уделяла внимание инсину, что, собственно, не осталось незамеченным. Таргол прищурился, и его мощная фигура, словно застыла. Сейчас он напоминал хищника перед прыжком.
Отлично! Самое время капнуть масла в костер. Главное, чтобы огненные брызги не долетели.
- Желаете стать вторым супругом Великой? – Таргол зарычал.
Да, второй слабостью сильного адмирала был недавний развод, а статус второго мужа он считал унизительным, но при этом воспитание и порядочность не позволяли ему пойти наперекор семье и системе, сложившейся на Эльдоре.
Теперь положение на планете исправили, и ректор получил желанную свободу. Однако Богиня… О, с ней никакие правила и законы не работали. Тем более, условно ее поступки не противоречили словам. Одна душа – одна любовь - один супруг. Формула понятна. Вот только во Власовой сосуществовали две души, а значит, двойного брака никто не отменял.
- Что? – Таргол резко обернулся и попытался сделать вид, что не услышал или же не понял меня.
Так я это и позволила! Мне не сложно повторить, добавив еще каплю масла в пламя.
- Великая выделяет Эшуа олс Рока, это всем бросается в глаза. Посмотрите, как она ему улыбается, как смотрит на него. А он молод и привлекателен. Вполне вероятно, Богиня уже задумалась об отношениях с ним.
- Знаете, Медник…
- М? – я не знала, потому что там, на экране за спиной Оюн стоял мой Эли.
Конечно, и выправки, и выдержки ему не занимать, но глаза… Мой командор был несчастен. Уверена, он думал обо мне, но без позволения не мог покинуть Великую, хоть и понял давно, что спешный вызов – ее очередная авантюра и фикция.
- Не будет у Богини второго супруга, несмотря на то, что мне она гораздо больше нравится в образе обычной женщины, а не древнего существа!
О, последние слова ректор просто прошипел мне в лицо, словно это я была повинна в том, что ему не отвечают взаимностью. Таргол развернулся и зашагал к лифтам.
Ах, адмирал, дело в том, что мне тоже больше нравится обычный земной образ. Власова – моя единственная, родная и самая лучшая подруга. Мне без нее, как без рук. И, возможно, я бы смирилась с подселенкой в ее теле, если бы Богиня имела хоть крошечное представление о настоящей дружбе и потребностях человека. Признаться, и в любви она была дилетанткой.
Олс Софф вдруг остановился, а у меня все похолодело внутри. «План провалился! Он передумал и отказался от Владки!» - самые безобидные из моих мыслей в тот момент. Однако, ректор сжал руки в кулаки, тряхнул головой и направился вперед с такой решительностью на лице, что сомневаться не приходилось – моя месть Богине не за горами.
- Что ты наделала?! – практически взвыл рядом лисец. Только его не хватало.
- Хуже не будет, - упрямо ответила я.
- Она же убьет их! Двоих! – не унимался Фокс.
- Много ты знаешь о женщинах, - отмахнулась от зверька и направилась к лифтам, вслед за адмиралом.
Убежденность хорька меня несколько отрезвила и заставила волноваться. Нет, бред это все! С чего бы Богине убивать любимых мужчин? Только из-за того, что они ее не поделили? Многие дамы нашли бы этот факт пикантным и почувствовали бы себя польщенными. Об Оюн я такого с уверенностью не могла сказать, но надеялась на благоразумие и влияние Власовой. В конце концов, Владка со своим телом провела гораздо больше времени, чем какой-то древний разум.
29 глава
Однако, просчитать ректора до конца, мне так и не удалось. Когда поднялась на поверхность, его нигде не было видно. Впрочем, я и сама забыла о возмездии. Было что-то намного важнее личных переживаний.
По всей поляне растянули голограммы, которые с разных ракурсов транслировали полет левиафанов. Все же они стремительно двигались для столь объемных и с виду неповоротливых созданий. Первые из них уже достигли поврежденных точек пространства. Стоило существам коснуться зияющих дыр, как происходили изменения. Сами левиафаны меняли цвет и трансформировались, практически сливаясь с пространством.
Отдельный экран транслировал макет Вселенной. Белые точки, словно светлячки, бросались на темнеющие лепестки, а те под натиском светлели и расправлялись.
Зрелище было удивительным, сказочным, волшебным. От осознания того, что я тоже причастна к спасательной операции, меня распирала гордость. На самом деле, вокруг не увидела ни единого равнодушного человека. Всеобщая радость, ликование, облегчение. Наверное, Совет нужно поблагодарить отдельно. Это они держали последний шанс в секрете, не допустили паники и вооруженных конфликтов, хотя кое-какая информация все же просочилась в галактические сети.
Когда последняя точка растворилась в полотне Вселенной, поднялся невообразимый шум. Люди кричали, галдели, кружились. Даже чинные эггеры танцевали, обнимая менее значимых коллег.
- Будем жить? – вопрос застал врасплох.
Я обернулась и посмотрела на Эли. В руках он держал два самых простых пластиковых стаканчика, один из которых протягивал мне.
- Жить? А с кем? – искренне надеялась, что меня не опоят нектаром богов.
- Есть варианты? – Амакир улыбнулся так, как умел только он – до мурашек, до лучиков перед глазами, до счастливого стука сердца.
В бездну богинь всех Вселенных!
- Без вариантов! – шепнула я.
Мы снова целовались, не обращая ни на кого внимания. Недолго.
- Командор, вас просят спешно прибыть в резиденцию Великой! – сообщил какой-то военный.
- Да что же это такое?! – выругалась я. Опять она! Опять!
– Вас тоже, шиара Амакир, - добавил посыльный.
Ну, ладно хоть вместе, хотя все равно было обидно за упущенные возможности. А еще горько и как-то унизительно, что ли. Существо, обладающее разумом, по всем законам должно быть свободным, оно имеет право на свои собственные поступки и даже ошибки. Равно, как и на сожаление об этих ошибках. На радости тоже имеет! И никто не вправе лишать его собственных прав только потому, что он может это сделать.
Хотелось выть от отчаяния.
- Скоро все закончится, - шепнул Эли, заметив мое стремительно изменившееся в худшую сторону настроение. – Еще пара дней, и уедем на Эггеару. Потерпишь?
Мне бы его уверенность. Дело в том, что расстояние для Богини не преграда, временем она тоже не ограничена, поэтому лелеять обиду может вечно. Ну а мне перед ней извиняться не за что.
Другое дело – Владка! Вот ей давно надо было вправить мозги, чтобы не раздавала тело кому попало! Тоже мне, подруга. Хотя… Ей сейчас и самой не сладко. Ее спасать нужно, но как? Что теперь делать? И олс Софф куда-то запропастился. Такая идея была! Эх, мужчины!
- Идем, Великая зовет, - грустно улыбнулась Амакиру. Тем более, со времен нашей размолвки Оюн меня ни разу к себе не приглашала.
Резиденцией называли большой шатер, который поставили прямо в пирамиде. Туда же перенесли сияющий сосуд, в котором формировалось и росло новое детище Богини. Здесь же на поверхность выходили световые лифты, ведущие из подземной лаборатории.
И пока мы шли, меня не покидало ощущение, что я запуталась, что-то не учла, что-то просмотрела, не предусмотрела и, вообще, зря собралась воевать с «ветряными мельницами». Паникую? Возможно. Но любой жизненный удар стоит встречать спокойно, расправив плечи, хотя… Хотя все же необходимо уметь уворачиваться.
Что показалось странным – народ праздновал, но к пирамиде не подходил. Провожатый улизнул, не объясняя причин. И даже Фокс со своей подружкой давно не беспокоили, не дергали и не доводили своими советами. Нас ждали. Меня ждали!