Ольга Райская – Как достать стража. Влюбить и присвоить (страница 23)

О, я знала, что эти претензии закономерны и обязательно последуют. Другое дело, что ждала их раньше и полагала, что Лош начнет скандал еще во дворце. Но он продержался до дома. Стареет, что ли? Или наша беспокойная семейка так на него благотворно влияет?

— Думаешь, было бы лучше, если бы Таэрт шандарахнул в тебя магией? — тут же поинтересовалась я. И, чтобы не затевать перепалку, тут же заострила внимание аррела на моих истинных чувствах к нему. Это всегда действовало безотказно. — Я бы с ума сошла от горя! Ты наш, ты родной и горячо любимый, и мне ни за какие сокровища мира не хотелось бы терять никого из близких.

— Так ты ему набрехала в глаза?.. — спросил Лош, но уже без наезда, с лояльностью к ситуации.

— Тебя спасала, как могла, — пожала плечами я. — Прости, что вышло не слишком изящно.

— Ладно, забыли, — совсем угомонился аррел. — Какие могут быть счеты между своими, Светка?

— А теперь ты позволишь мне, наконец, обнять своего мужа? Или еще претензии будут? — все уже улыбались, глядя на нас, но молчали, и только Китрэн шел ко мне.

А я… Я бросилась к мужу, который тут же подхватил меня и закружил, так что дух захватило.

— Свет… мой… — шептал он.

— Твой… только твой… — отвечала я, мечтая, чтобы нас оставили наедине, но понимала, что это невозможно.

Китрэн тоже это понимал со всей отчетливостью, но терять драгоценные секунды, отпущенные нам, не стал. Как только мои ноги коснулись пола, губы обжог горячий, воспламеняющий все внутри поцелуй. И хвала светлым богам, он оказался коротким, ибо с каждым мгновением во мне росло желание послать в бездну все проблемы и сбежать с Китом в нашу комнату.

— Все обошлось… — шепнула я мужу.

— Ничего не хочу знать, Свет мой. Ты вернулась — это главное, никуда больше не отпущу — это истина, ты — это вся моя жизнь, — тихо, ослепляя меня сиянием своих невозможно синих глаз, ответил Китрэн.

— Не… Я не поняла? А чего только мужа-то обнять? Что за дискриминация по половому признаку? У тебя, между прочим, еще и сестры есть! — заявила Женька, подрываясь с места.

— Ага… — важно кивнул Лесар. — И братики!

— И пусть не самый мудрый, но все же отец, — заметил Мидр и усмехнулся.

— Лошик! — не отставал от остальных птиц.

Что творилось в следующие несколько минут! О, нечто невообразимое! Все обнимали друг друга, говорили приятные вещи, которые повышали настроение, поднимали дух и помогали ощутить себя живой и целостной.

Неизвестно сколько бы это продолжалось, но вошла Аора.

— Завтрак стынет, милорды, — с улыбкой сказала старушка. — Девочке поесть нужно, да и вам тоже.

Все семейство собралось за столом, как тогда, перед ночью во дворце, словно я и не ходила никуда. Ели с таким аппетитом, словно до этого месяц морили себя голодом. Мне было приятно, что Кит освоился и чувствовал себя в Мидре как дома, хотя я все равно подкладывала в его тарелку самые лакомые кусочки, пока он усиленно делал вид, что разговаривает с кем-то другим. Мне ли не знать, что муж никогда не упускает из вида свою странную иномирную жену.

— Я бы хотел услышать, как все прошло, — наконец, когда все поели, произнес Орас.

Все посмотрели на меня. Лошариус, который сидел рядом и лопал ветчину из собственной тарелки на правах полноценного члена семьи, приосанился. Что он может порассказать о наших похождениях, я представляла и опасалась этого, поэтому с надеждой посмотрела на Агиара. Орфес дипломат и вообще тактичный мужчина, уж он-то подберет правильные и мудрые слова. Тот факт, что он не знал подробности событий, которые произошли до его прихода, так это к лучшему. Суть же я успела ему поведать.

— Что там было!!! — вылез вперед Лошариус, но я тут же схватила его за клюв.

— Всегда приятнее, когда о твоих подвигах рассказывает кто-то другой, — заметила я. — А ты, Лошик, настоящий герой.

Птиц задумался и ответил:

— Пожалуй, ты права. Шаришь, Светка, когда жизнь заставит! — это звучало как похвала, хотя и странная.

— Да, — произнес герцог. — Я начну рассказ, а леди Слана дополнит.

Моя благодарность Агиару просто не имела границ. Как же повезло Настасье с мужем, как всем нам с ним повезло.

— Превратила Кайо в собаку? Он терся о твою ногу и лаял? — всхлипывала от смеха Женька.

Я же не разделяла ее веселья. Мне было стыдно за ту роковую случайность, которая лишила арса своего «я», заперев его где-то внутри. Злость — плохой советчик, поэтому следует совершать любой поступок, хорошо его обдумав и взвесив. Король действовал слишком быстро и напористо, мне просто не хватило времени… Да, именно так я себя оправдывала и все равно корила.

— Если бы не Лошик… Он настоящий герой! — попыталась я перевести разговор.

Однако, Женька с Лесаром никак не хотели успокаиваться, задавая нелепые вопросы и требуя больше подробностей. О, аррел не стеснялся в выражениях и описывал события красочно. Мне ничего не оставалось, как только краснеть.

Китрэн заметил мое состояние и ободряюще сжал кончики пальцев.

— Как ты поняла, что амулет власти женский? — спросил Кит и… шутки вмиг прекратились.

— Почувствовала, — пожала плечами я. — Он такой же теплый, как и «око», только мягче, женственнее, понимаешь?

— Артефакторы очень тонко чувствуют суть вещей, — вздохнул Орас. — Этого не смогли вытравить, даже лишив их магии. Но где ты видела «око», дочь?

И снова все посмотрели на меня. Не думала я, что повествование о ночи с королем будет таким долгим, усыпанным неудобными вопросами.

— А я бы не отказался взглянуть на амулет власти, — поддержал Лесар. — Агиары никогда не выставляли артефакт напоказ.

— Потому и не выставляли, что справиться с ним не могли, — хмуро буркнул герцог.

По сути, он сейчас выдавал нам не только государственную, но и семейную тайну. Впрочем, если учесть, что с некоторых пор мы все также являлись семьей Орфеса, то никакого преступления он не совершал. Наверное…

— Но Кайо то его носил! Сам видел! Клянусь своими перьями! — влез Лош.

— Кайо носил, — согласился Агиар. — Но мне всегда казалось, что не он управляет амулетом, а тот сам выбирает, помогать королю или вредить.

— Любой древний артефакт нуждается в хозяине или хозяйке, а после его или ее смерти передается по крови дальше. Возьмите хотя бы те же пшекаи — принцип один. И если амулет власти женский, он просто не мог принять короля, потому что нуждался в королеве, — изложил свою версию отец.

К сожалению, я была вынуждена возразить ему.

— Амулет власти — это парный артефакт, как золотые браслеты пары, вступающей в союз. Только паре истинного короля суждено носить эту вещь. Теперь вы понимаете, что Китрэн… Он тот самый, кто должен объединить всех, сплотить и победить.

— Стражи и без амулета в него поверили, Слана, — сообщил мне Лесар. — А стражи Аэрлеи — это та сила, с которой во все времена считались.

— Да! — горячо поддержала своего мужа Женька. — А если бы нам еще пшекаи всем… О-о-о-о! Мы бы живо темных в капусту порубили! В башню первородных нужно! Светка, ты же откроешь вход?

— А я считаю, что для начала необходимо увидеться с Эривардом Ги, — возразила ей Настасья. — Мы слишком долго оттягивали визит к нему, а ведь он знал нашего отца и может пролить свет на многие вопросы, на которые у нас нет ответа.

— В топку Эриварда! — заявила Женька. — Стражи — вот наша цель сейчас! Именно на них Китрэн сможет положиться, когда сядет на законный трон Аэрлеи!

Светлые боги! А я и не знала, что моя сестра революционерка. Сейчас она меня пугала своим диким энтузиазмом. С другой стороны, к ней следовало прислушаться, потому что магическая интуиция — это вам не шутки.

Я уже хотела поддержать Женьку, но тут заговорил Кит:

— Такая ли большая разница, кто сидит на троне Аэрлеи? — тихо спросил он, и споры как-то сами собой прекратились. Я заметила, что его даже перед казнью во дворце никто не перебивал, а стоило мужу заговорить и все прислушивались. — Поверьте, это не важно. Когда-то один из моих предков совершил преступление. Нет, не истинный король, который умер за то, чего не делал, а отец королевы. Он ведь тоже был моим предком, хоть и с другой стороны. Именно он помог злу проникнуть в наш мир и прорасти здесь уродливыми всходами. Наша задача выкорчевать этот сорняк, а потом закрыть мир.

— А мы что, по-твоему делаем? — кипятилась Женька. — Если Света не сможет собрать Стража Леандора, то его уже никто и никогда не сможет собрать! К слову, два осколка давно пылятся у нее в лаборатории.

— Они не пылятся, а лежат и ждут своего часа, — поправила я сестру.

— И что мы имеем? — спросил Мидр. — Два крошечных осколка из семи? Не густо…

— Это не совсем так, — вздохнула я. — Во-первых, до артефакта в храме вполне можно добраться. Злу не пробиться в храм, пока осколок в статуе Адана действует, плюс те два кусочка, которые успели достать Лесар и Женя…

— Что значит, успели? — прищурилась сестра.

— То и значит. На стороне Леандора пока три осколка древнего артефакта. Четвертый кусок мы не смогли добыть, и погибли два стража, а сегодня Таэрт Стев держал в руках шкатулку, в которой находились еще два осколка. Итого: три-три. А победитель должен собрать все, — подытожила я.

— Таэрт Стев, — задумчиво повторил муж.

— Почему ты решила, что Стев на стороне темных? — спросил Орас.

— Я видела прозрачное нечто, которое окутывало первого советника. Оно им управляло, и… Могу поклясться! Это была странная недобрая магия. Почти такая же, как у темных, но мощнее и злее. При этом, магия не имела цвета и мерцала, — пояснила я. Понимала, что несу бездоказательный бред, но ведь Агиар тоже чувствовал, что с другом беда.