Ольга Райская – Фея для ректора (страница 17)

— Значит, все же грезы, — ничуть не обиделась Гайка. — Сказали что-нибудь полезное?

Хороший вопрос! Жаль, ответа на него не было, потому что полученные важные сведения о мире я никак не могла ни расшифровать, ни применить на практике. Знала лишь, что просто нам не будет.

— Гайка, хватит ее расспрашивать. Карине срочно нужно поесть. Идем на завтрак, — распорядилась Пилюля, помогая мне подняться. — Ну, ты как? Голова не кружится? Не тошнит?

Я покачала головой, однако она продолжала сокрушаться:

— И Варька с Пирожком куда-то запропастились. И это в замке битком набитом агрессивным тестостероном! А если с ними что-то произойдет?

— Думаю, больше здесь нас никто и пальцем не тронет, — заметила я, понимая, что видения все же дали какую-то информацию, которую можно было смело озвучить девочкам и использовать. — Мы появились слишком внезапно, многие о нас ничего не знали, потому что отсутствовали в городе. Кстати, а знаете, как он называется?

— Как Санкт-Петербург — град Святого Петра? Мурроград? Муррбург? Мурртаун? — усмехнулась Динка.

И вот явно съязвила, а попала в точку.

— Мурра, без града, — подтвердила я.

— Что говорит о великой изобретательности и неуемной фантазии местных жителей. Мы живем в Мурре, девочки. Прекрасно! Просто прекрасно! — не остановилась на достигнутом Динка. — И как они только додумались до такого креатива?

— Все. Хорош зубоскалить. Пора в столовую, — прервала ее Аля. — Пока вопросы только копятся. Хотелось бы уже приступить к занятиям и получить хоть какие-то ответы.

Академия сегодня уже не напоминала ту унылую груду старинных камней, что мы увидели вчера, когда появились. Здесь кипела жизнь.

— Вау-у-у… Какие хвостатые мальчики! — восхитилась Динка, озираясь по сторонам.

— Ты для них экзотический таракан, Гайка. Вон как таращатся. Так что, не спеши шевелить усиками, развлекая публику, — заметила Алька.

Я промолчала, поскольку знала чуточку больше подруг. Что-то мне подсказывало, что со всеми магистрами и адептами была проведена беседа. Каждый проходящий мимо мурран косился в нашу сторону, но ни словом, ни взглядом, ни намеком не показывал своего пренебрежения, как это сделал магистр Арсс. Возможно, мы и были для них тараканами, как заметила Пилюля, но представляли ценность и были нужны. Хотя коты и сами пока не представляли зачем.

Сюрпризы начались еще на подходе к столовой. Мы увидели одного из адептов, напропалую флиртующего с… человечкой! У девушки не было ни кошачьих ушей, ни хвоста. Он нежно улыбалась, опускала глазки и мило смущалась, когда хитрый котяра шептал ей что-то на ухо.

— Если здесь людей и ненавидят, то далеко не все, — заметила Дина.

— Или не всех, — ответила ей Пилюля.

Конечно, о том, что некоторые люди давно живут и работают среди мурранов, я уже знала, но все равно увидеть их собственными глазами было неожиданно.

Все работники кухни оказались людьми: и румяный пекарь, и низенький полный бородач, очевидно являющийся местным шеф-поваром, и их бесчисленные помощники и помощницы. Все человеки вели себя непринужденно, улыбались, шутили и вовсе не выглядели ущемленными или обделенными в своих правах.

— Девочки! — помахала нам Машка.

Она как раз ставила тарелку с вполне земными румяными блинами на наш стол. В часть их них завернули какую-то начинку, а оставшиеся были просто сложены треугольниками и щедро политы маслом. Варька сидела рядом. Хмурая, но несломленная. Два куратора находились тут же, а Ррич даже потянулся к блину, за что тут же получил шлепок по наглой загребущей лапе.

— Ч-человечка… — прищурился Фхшшак, прожигая Пирожка лютым взглядом.

— Все приступят к завтраку, тогда и возьмешь, — спокойно ответила она. — Имей терпение.

— И выдержку истинного воина, — подколол его Кссандер.

Скорее всего, подколол или пошутил исключительно по-муррански, поскольку от Ррича послышалось недовольное шипение.

Я-то знала, как Маша не любила, когда таскают куски со стола, но мурраны пока об этом не ведали. Что ж, по крайней мере, громиле придется тоже кое-что учитывать, что отрицала его подопечная.

Адепты посматривали в нашу сторону, принюхивались и даже почти не говорили между собой, поэтому слова Пирожка, которые она сказала, пока мы располагались за столом, услышали многие:

— Готовят здесь, конечно, неплохо, но о некоторых блюдах даже не слышали. Я с радостью обменяюсь со Свеном опытом.

— Ни с каким Свином ты опытом меняться не станешь, человечка, если я этого не позволю! — заявил Ррич.

Все притихли, даже мы. Динка, кажется, тихонько заскулила. Казалось бы ситуация снова выходила из-под контроля и по всем законам должна была перерасти в конфликт. Однако, случилось нечто неожиданное, что еще больше пробудило интерес к нам у всех присутствующих.

Машка показательно закатила глаза, покачала головой, тяжело вздохнула и… погладила Ррича по голове. Прямо как настоящего кота — между ушами.

— Просто будь рядом. Мне будет очень приятно и спокойно, — тихо сказала она.

Я бы не отважилась утверждать, кто обалдел больше: мурраны, окружавшие нас, сам Ррич или мы с девчонками, но чернильная аура громилы засияла, словно ее смешали с чистым расплавленным золотом. Это было и красиво, и трогательно одновременно.

И, разумеется, он не нашел слов, а потом они стали без надобности, поскольку к нашему столу подошли ректор и верховный маг. Их сопровождал молодой кот, который даже на фоне Уоррвика выглядел привлекательно, затмевая своей харизмой и красотой.

— Доброе утро, сударыни, — поздоровался Муррлок. — Вот, привел вам еще одного куратора — потомка древнего рода Пушш. Пушш Кинн.

— О, свеженьких подвезли! — усмехнулась Гайка. — Знавали мы одного Пушкина в прошлой жизни. Александра Сергеевича. Он часом вам не родственник?

Красавец промолчал, словно не слышал.

Если Динка отреагировала спокойно, но Пилюлю такой взволнованной я видела впервые.

— Аль, с тобой все в порядке? — шепнула я.

— Ой, Карина… — выдохнула он. — Скажи, а если женщина хочет секса больше, чем мужчина, кто из них должен платить за завтрак?

Я хихикнула, но ответила ей со всей серьезностью:

— Администрация. У нас «все включено». Я только на счет секса не уверена, но можно попробовать.

— Кинн куратор… Неумеха Кинн, вы слышали?.. За что ему?.. Кинн… Пушш Кинн… — прокатилось по рядам адептов.

Сам же красавец стоял с полностью безучастным видом, не обращая никакого внимания на насмешки. Видимо, они его не трогали, в отличие от Васса. Либо подобные насмешки были не так оскорбительны, как те, что бросали в лицо Уоррвику. В любом случае, и здесь дефект имелся.

— Второй куратор Марсс Киссен, к сожалению, запаздывает… — поморщился верховный маг, что означало — он крайне не доволен поведением этого кота или даже своего родственника, поскольку его фамилия была такой же.

— Болтун Марсси? Это уже за гранью… Мурра их разбери… Кинн и Марсси… Что происходит? Как такое могло произойти? — снова покатились шепотки.

Очевидно, про божественный выбор их не предупредили.

— Кто желает поспорить с древним пророчеством и волей Мурры Великой? — резко спросил Муррлок, и все разговоры стихли. — Прекрасно. Никто. Что ж, сударыни, встретимся на занятии после завтрака. Вашим магистром пока стану я.

Пушш Кина попыталась взять в оборот Алька, усадив его рядом. Но он был странным котом. Казалось, ничто в мире его не интересует, и он только и ждет, как бы завтрак закончился, чтобы встать и уйти туда, где ему привычнее.

Старичка-целителя сегодня не было, а вот ректор и сам Киссен заняли места за нашим столиком. Причем, Уоррвик сел рядом и, когда наши взгляды встретились, улыбнулся мне. Что я там про Пушш Кинна говорила? Враки все. Его харизма и в подметки не годилась харизме Васса. А если еще у Уоррвика уважение к себе проснется в полной мере — цены ему не будет. Жаль, мы не совместимы, как березка и дуб в трагической песне моего бывшего мира. Но там не было магии, а значит, и чудес. На Итлане же возможно все.

— Ну, красавица, угощай. Свен сказал, что ты приготовила нечто особенное, — Муррлок почти по-отечески посмотрел на Машу.

— Скажете тоже, особенное, — хмыкнула она. — На Земле это блюдо на завтраки и готовят, потому что быстро и без затей, если начинку сделать проще.

— Начинку? — полюбопытствовал верховный маг. — Это как фаршированная дичь? Или то, что мы ели вчера? Как это называется? Пье-раш-ки?

— Да, — кивнула Маруська. — Только в пирожки начинка закладывается до выпекания, а блины сначала пекут, и только потом заворачивают в них все, что угодно. Видите, какие они тоненькие? Как лист пергамента или ткань. Здесь есть с мясом, с сыром и зеленью, вот эти с соленой рыбой…

— А эти? — заинтересовался Киссен. — Красивые треугольники.

— А эти без начинки, их обычно макают во что-нибудь сладкое. — Пирожок осмотрела стол и подвинула к верховному магу одну из плошек. — Вот, например, в мед. Попробуйте. Да, берите руками. Ничего, пальцы можно вытереть, а если блины понравятся, то и облизать. На Земле даже поговорка есть — «пальчики оближешь». Так говорят, когда хотят похвалить хозяйку и сказать, что угощение было вкусным.

Муррлок осторожно, словно боялся обжечься, взял один сложенный блин, обмакнул его острый кончик в мед, а затем откусил. Сначала верховный маг пережевывал осторожно, потом прикрыл глаза и замычал от удовольствия.