Ольга Птицева – Бар «Полынь» (страница 2)
– Ну если не приходили, то и славно. – Юфия Григорьевна ловко соскочила с кушетки. – А коли придут, гони к черту лысому. И никаким обещаниям не верь, понял меня?
– Бред какой-то.
Кречет сжал кулаки и разжал. Раздражение собралось в кончиках пальцев и начало легонько вибрировать. Но не драться же с бабкой? Даже если она смотрит так насмешливо, как на первоклашку, зашедшего по ошибке в приемную комиссию универа.
– Голову не забивай, Костя. Я за тобой поглядела немножко, ты хорошо справляешься. Дар свой во благо пустил, лишних мыслей не думаешь, семье своей помогаешь. Так и живи.
– Я у вас совета не просил – начал Кречет, но бабка его перебила:
– А я, Костя, не советую. Предостерегаю я. Чтобы еще один дурачок на полынном поле прахом не развеялся.
– Так, ладно. – Кречет хлопнул вспотевшими ладонями по коленям и встал. – Давайте я вам направление выпишу к психиатру. В вашем возрасте, Юфия Григорьевна…
– Юфа, – поправила его бабка. – Меня полынные люди Юфой зовут. А направлением этим ты себе, Костя, задницу подотри. Я тебе, может, главные слова сказала, а ты со мной как со старухой безумной. Нехорошо.
Теперь ее глаза искрились смешинками, зато голос стал дребезжащим и надрывным. И Кречет как-то сразу успокоился. Деменция. Все эти скачки настроения, когнитивные сбои, фантазия неуемная. А что попала своим бредом точно в Кречета, так совпадение. Редко, но бывает.
– Если направление вам не нужно, то нечего время у меня отнимать.
И пошел к двери, стараясь держать спину ровно. Юфия Григорьевна послушно двинулась за ним.
– Я-то пойду, мне и нельзя тут больше. Но ты помни, Костя, если кто посулит желание твое исполнить, не верь. Ничего хорошего они не умеют, только отнимать, лгать и пакостить.
Кречет повернул замок, выпустил бабку в коридор и задержал дыхание, чтобы не учуять ее полынный дух. Та юрко проскользнула мимо. Кречет проводил ее взглядом. В седую косу она вплела зеленую ленту.
«Не ленту, – решил для себя Кречет. – А полынную веточку. Вот она и пахла».
Эта мысль оказалась настолько спасительной, что колени тут же перестали дрожать.
– Ты чего с бабками по смотровым шаришься? – спросил его Кропоткин, по обыкновению пробегая мимо. – Там с ДТП двоих привезли. На одном пара царапин, а второй – в фарш. Угадай, кто из них на мотоцикле был?
«Тот, от которого будет вонять полынью», – подумал Кречет.
И до вечера он гнал из мыслей назойливую бабку, и до вечера думал про нее, как заведенный. Про глаза – блекловатые от старости, но цепкие и живые. Про ладони, которые она спокойно сложила на коленях, пока сам Кречет ерзал и потел. И про косу с полынной веткой.
– Кость, ты где витаешь? – спросила его Нина, когда он в третий раз не ответил на ее рассеянный дежурный вопрос, мол, как там день твой, какие новости.
– Да голова работой забита, – отмахнулся он. – Постоянно дергают по ерунде, присесть некогда.
– Это ты мне рассказываешь? – поморщилась Нина.
Она как раз смешивала для Евочки питательную жижу, остро пахнущую клубникой. Кречет отвел глаза. Обесцвеченный усталостью вид сестры погружал его в вину и отчаяние. Хотелось вскочить, встряхнуть ее за плечи, вырвать из рук пластмассовую бутылочку, в которой она методично разбивала комочки смеси, и вытолкать на улицу, где только шумело лето – пыльное, черемушное московское лето. Евочка в комнате недовольно замычала, Кречет поднялся из-за стола и пошел к ней. Евочка лежала в манеже. К седьмому году она еще не переросла его. Перебирала тонкими ручками в воздухе, приподнимала голову, но сесть сама не могла. Кречет подошел, приподнял ее, усадил и подпер подушкой, чтобы не завалилась. Евочка распахнула глаза, уставилась на него и заулыбалась. Агукнула что-то радостное, вцепилась в руку Кречета своей. И сразу стало легче дышать.
– Мартышка, чего нытье развела? – спросил он, присаживаясь рядом с манежем.
Евочка насупилась, но пальчики сжала еще сильнее.
– Скучно тебе тут? – предположил Кречет. – Лежишь целый день, мультики по кругу гоняешь.
Евочка сморщила нос и пустила ниточку слюны. Пришлось тянуться и промокать его салфеткой.
– Ну я же не могу ее одна таскать! – огрызнулась Нина, возникая позади Кречета. – Ты на дежурстве пропадаешь, мама на смене. А как я ее одну с крыльца спущу?
– Нин, я же не в укор тебе… – попытался сгладить Кречет, но не вышло.
– Все вы не в укор, как же! – Она отцепила пальцы Евочки от руки брата, подхватила ее и понесла к стулику для кормления. – Живете там свою жизнь, а по вечерам с советами лезете. Как мне правильно тут справляться.
Кречет сглотнул, потер лицо. Осторожно поднялся с пола и встал позади Нины. Больше всего ему хотелось зарыться носом в ее волосы, как он делал в детстве, чтобы Нина защитила его и спасла. Вот только спасать теперь, кажется, нужно было ее. Но как – Кречет не знал. И просто застыл, тяжело опустив руки. Наблюдал за привычными движениями сестры. Вот она закрепляет Евочку ремнем, чтобы та не соскользнула. Вот присоединяет бутылочку со смесью к соске. Кречет множество раз видел, как пышущая раздражением Нина в секунду становится нежной и осторожной, стоит ей только приблизиться к дочери. Сам он не умел переключаться так стремительно. Да и так ловко кормить Евочку – тоже.
– Давай я тебе помогу, – предложил он, зная, что Нина не позволит.
– Иди уже, помощник. – Она даже не оглянулась. – Сам знаешь, Евка не станет есть с других рук.
Кречет хотел было поспорить, но затрещал дверной звонок. Евочка булькнула и зашлась рыданием. Нина сдавленно чертыхнулась, а Кречет понесся к двери, чтобы прервать этот невыносимый звук. Если не детского плача, то хотя бы звонка. На пороге стояла мама, руки ей оттягивали два гигантских пакета.
– Разбудила? – испуганным шепотом спросила она. – Никак ключ не могла достать.
Ответить Кречет не успел. Евочка выдала совсем уж отчаянный рев. Мама сникла. Кречет забрал у нее пакеты и понес на кухню. Голова раскалывалась так, что закладывало уши. То ли мигрень начиналась, то ли он просто больше не мог находиться дома. Среди всей этой усталой безысходности.
Пока мама что-то пристыженно бормотала в спальне, Кречет наскоро обулся и выскочил в подъезд. Чем быстрее мелькали у него под ногами ступеньки лестницы, тем легче становилась голова. И все поганее становилось на душе. Так что Кречет решил довериться ногам.
Они несли его по тротуарам. Отцветала сирень, желтые головки одуванчиков на газонах уже поседели, девушки переоделись в лен и хлопок, парни сменили кроссовки на кеды полегче, самокатчики набирали скорости, чтобы в приемных покоях городских травмпунктов не успевали заскучать врачи. На дежурство Кречету было только завтра, а вечер сгущался так томно и пахло так сладко, что отчаянно захотелось пива. Горьковатого, с плотной пенкой. Холодного настолько, чтобы по стакану стекал конденсат.
Кречет огляделся. Район, куда он бездумно дошагал, не разбирая дороги, казался незнакомым. Родительская квартира и без того была в спальнике, а вышел он к городскому отшибу – унылые пятиэтажки, парочка серых высоток, продуктовый магазин и заросшее травой поле, к которому пока еще не дотянулись руки строителей очередного ЖК. Пивом из запотевшего стакана тут и не пахло. Только теплым пойлом на розлив из бочки, где, по заверению городских легенд, обитали плотоядные черви. Кречет чертыхнулся и полез за телефоном, чтобы выстроить маршрут до ближайшей пивной, когда на нижнем этаже дома, стоящего на границе с полем, мигнула и зажглась вывеска. Кречет машинально прочитал название. Замер. Прочитал еще раз. Загрузил-таки карту района, изучил местность. И снова чертыхнулся.
Бар «Полынь» в списках местных заведений не значился. Но и исчезать тоже не планировал. Кречет постоял еще немного. И пошел на свет вывески. Других планов на этот вечер у него все равно не было.
Как и не было других посетителей в баре. Но это Кречета не удивило. Стоило толкнуть дверь и войти, и на него пахнуло таким плотным и горьким духом полыни, что все вопросы к названию испарились сами собой. Кречет закашлялся, глаза заслезились, пока он тер их, из подсобки к барной стойке вышел мужчина и посмотрел на Кречета с вежливым интересом.
– Добрый вечер, – сказал он и неожиданно протянул Кречету руку через стойку. – Артем.
– Костя, – замешкавшись, представился Кречет, ответил на рукопожатие и добавил: – Добрый.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.