Ольга Полякова – Дом у моря (страница 3)

– А какие у тебя страхи, дорогая? – спрашивает Сабрина с сочувствием.

– Ну как какие? Страх, что не будет клиентов. Страх, что я недостаточно хороша.

Марта ещё долго перечисляла всего того, что она боится. Она любила общаться с Сабриной. В Сабрине ощущалась уверенность, от которой заряжалась Марта.

Мама

– Мама, не молчи. А то мне, кажется, я одна тут плачусь. А когда ещё кто-то это делает, то мне уже легче, – обняла Марта свою маму сзади.

Ольга Александровна, поддерживающая и принимающая. Тихий приятный голос. Женственная, текучая. Хорошо поет, носит платья в пол. Медленная, любит читать. Заботится, обнимает, разговаривает, выслушивает дочь. Любит себя. Также любит природу, травы, животных. Увлекается плавным спортом – пилатес, растяжка и медитации. Волосы волнистые, немного рыжие. Глаза зеленые.

– Я чувствую свою безопасность рядом с тобой, мам, – продолжает загрустившая Марта.

Ольга Александровна слушала и развернулась лицом к дочери, обняв её.

– Вчера я задумалась о человеке, из чего он состоит. Мам, помнишь, мы вчера про мозг говорили и нейроны? И я подумала сколько всего в человеке помимо нейронов и внутренних органов. Обалдеть просто! А ещё вот эти все дела, которые надо делать. Поддерживать тело, заботиться, чтобы кровь, душа внутри него спокойно жили. Это каждый день работа над собой. Усилие, – продолжает Марта, обнимая маму. – Я задумалась о простых вещах. Сколько сил трачу, чтобы утром встать, одеться, заправить кровать. Вещи-то простые. Но за них я хвалю себя. Потому что, когда случается выгорание, то радуешься уже простому. Просто солнцу, просто тому, что умылась. Просто тому, что есть ты, мама, и что ты живая. С тобой можно поговорить.

– Милая ты моя, – улыбнулась Ольга Александровна, нежно ответив дочери.

– Пусть ты иногда учишь, осуждаешь. И даже критикуешь, как наша Жанна Александровна. Пусть! Есть значит на то причины. Но господи, ты ж мама, моя родная! – ответила Марта и поцеловала маму. – У меня есть подарок для тебя, мам.

– Зачем? Что за подарок? – спросила Ольга Александровна.

– Просто так… – ответила Марта и подарила маме картину, сделанную своими руками. – Да, просто так, мам! Просто, потому что хочу.

– Спасибо, моя хорошая, – поблагодарила мама.

Вечером на кухне Ольга Александровна прочитала записку:

«Дорогая и любимая мамочка. Я тебя очень люблю, я знаю, что ты заботишься обо мне и хочешь, чтобы я была зрелой, самостоятельной и независимой личностью. Я прекрасно тебя понимаю. Я дала себе время ещё поднабраться силёнок, дождаться тепла и примерно в марте хочу выйти на новую работу. Надену палантин, подаренный тобой. Пальто. Чтобы мне было уютно и тепло. Подкрашу и подстригу волосы, обновлюсь. И тогда можно поработать. И надеюсь, что найду смену на 6-8 часов в день, где будет совмещаться сидячая работа с двигательной. Целую тебя мамочка и спокойной ночи».

Соня и идеализация

– Кстати. Вчера на танцах случилось озарение! – Соня делится с Мартой.

– Ну ка?

Соня любила делиться подобными похождениями именно с Мартой. Никто так хорошо не понимал её как любимая Марта. Несмотря на мрачность и серость Марты в ней ещё оставался огонёк, который развидела Соня. И Соня хотела растопить Марту, оживить этот огонёк. Она видела потенциал Марты и отсюда ей было интересно делиться и заряжать её. Тем более, что подобные рассказы вдохновляли Марту на творчество.

– Меня пригласил мужчина, за которым я несколько лет наблюдаю в танцах. И мне давно хотелось с ним потанцевать. Что-то привлекает в нём. Но он такой высокомерный, красивый, неприступная крепость. И выбирает для танца всегда стройных, красивых девушек. И тогда я подумала «ну понятно, он просто не замечает меня, я не дотягиваю до них, красивым я не по зубам, или быть с красавчиком просто не моя учесть», – продолжает Соня. – Потому что, как правило, я нравлюсь замухрышкам, с животами, с алкогольными глазами. Тем мужчинам, которых за руки не хочется брать. А вот красивым…. Это отдельная история. Ну и вот! Вчера меня приглашает наконец-то этот неприступный и недосягаемый со словами «Пойдём потанцуем». Не, не так! Он обнимает сзади за талию и говорит нежно на ушко таким мужским и низким баритоном: «Пойдём потанцуем».

– И что ты ему ответила? – спросила Марта.

– Бррррр, у меня мурашки по телу. Боже, как я удивилась! Сам Бог меня пригласил, – расхохоталась Соня. – Ну конечно он не Бог, это просто я его туда усадила. Мы пошли. В момент, когда он произносил эти слова я почувствовала возбуждение. Неожиданность, возбуждение и интерес. А в ответ я спросила: «Да ладно?»

– Ну ты даешь!? – засмеялась Марта вместе с Соней.

– Марта, я реально не поверила, что он мне это говорит. Ну пошли, ну потанцевали, мне понравилось. Он применил некоторую силу и некоторую нежность. Именно так я и люблю. Где-то взял меня сзади за «гриву» сильно, где-то замирал и нежно гладил, а где-то за горло взял, как будто душит. И прижал к себе, пристроившись сзади меня. В общем смесь – жёсткости и нежности. Всё как я люблю. Он мне комплимент, я ему комплимент. Обменялись приятностями. В конце я помню сказала: «Я думала ты из этих, сидишь и свысока на всех смотришь, наблюдаешь». Он и действительно часто в стороне стоит, смотрит, как будто ищет, выбирает, – продолжает Соня.

– Что ты чувствовала в этот момент? – спрашивает Марта.

– Я почувствовала себя достойной, красивой. Достойной красавчика и Бога. Ахахах. Чёртова идеализация! И я рада, что танец остановила я первая словами: «Спасибо». Иначе я бы расстроилась, если бы он сказал: «Спасибо за танец». А тут, как будто я взяла в руки эту игру и управляла ей. Вообще я не это хотела рассказать. Ахахах, – Соня продолжала рассказывать и смеяться. – Для меня было озарение! Его трясло вчера! Нет, не от сексуального возбуждения, а от агрессивного. Передо мной у него произошла стычка с другим партнёром. Они хотели подраться. «Недосягаемый» ввязался заступиться за женщину и наехал на другого партнёра, того, что «хамло». И «неприступного» трясло в прямом смысле. И тут до меня дошло, что оказывается мужчины перед дракой или после неё, испытывают физически те же эмоции, что и я! Когда свои границы обозначаю, когда злюсь и гневаюсь. Меня тоже трясёт и мне страшно! Получается, что телесная реакция такого характера – это нормально!!!! «Недосягаемый» мне глаза открыл!!! А я спутала дрожание с сексуальным возбуждением. Получается, что физическая реакция одинаковая в обеих ситуациях – когда хочешь женщину и когда злишься. Афигеть! Открытие!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.