Ольга Погожева – Пуля в голове (страница 42)
— Нет! — снова подпрыгнул на кровати детектив Ллойд. — Не пускайте! Скоро этот коктейль закончится?
— Ещё пять-десять минут, — глянув на булькнувший раствор, отозвалась миссис Фишер.
— Диана! — взмолился детектив. — Задержи их, пожалуйста! Они же ругаться начнут, прямо с порога! А я и ответить толком не могу, пока к кровати привязан! Выручи!
— Я попробую, — со вздохом пообещала Диана, поднимаясь. — Но не думаю, что я серьёзный конкурент для миссис Ллойд или мистера Медичи.
— Я останусь с пациентом, — смилостивилась медсестра. — Освобожу от системы, как только раствор закончится.
Диана тихонько прикрыла дверь, выходя в коридор. В клинике уже погасили свет, разошлись последние посетители, и только из приёмной раздавались возбуждённые, едва сдерживаемые голоса. Диана узнала глубокий, негромкий голос Джанфранко и быстрый, энергичный шёпот Эвелин, и поняла, что эти двое набросятся на неё прямо там, вытрясая подробности сегодняшнего задержания. Она, разумеется, пообещала Джону помочь, но и себя подставлять не собиралась: сил на разбирательства не оставалось вовсе.
Мысль заглянуть к доктору Вольфу и попросить его об услуге показалась
здравой.
На тихий стук изнутри не отозвались, и Диана рискнула приоткрыть створку, шагая за порог. В кабинете никого не оказалось, зато из смотровой доносились приглушённые голоса.
— …что не так? Я не нравлюсь?..
— Нет, вы очень… приятный человек. И умный. Даже слишком умный…
Через отодвинутую перегородку Диана увидела квадратное зеркало в смежной комнате — и отражения тех, кто находился сейчас внутри. Похоже, доктор с пациенткой увлеклись настолько, что даже не услышали тихого стука в дверь. А Диана вдруг застыла, не зная, то ли окликнуть доктора Вольфа, то ли не мешать неосторожным звуком.
— Ростом не вышел?
— Да мне всё равно, — дёрнула плечом зеркальная Мэйовин.
Мэй выглядела растерянной и бледной, но Диана ей обрадовалась: по крайней мере, жива. После череды смертей и преступлений бывшая актриса Мэй Дэй могла бы попасть в ещё более дурную историю, а то и вовсе сгинуть. Диана мало знала о возможном соучастии Мэйовин в убийстве мистера Бэрроуза, но верить в то, что ирландская красавица позарилась на чужие деньги…
Впрочем, деньги-то ей как раз и не помешали бы. В её положении…
— Ждёте жениха побогаче?
— Вы вроде обеспеченный, — даже растерялась ирландка. — Эва говорила. Ну, не богач, конечно, но семью прокормите…
— Закормлю, — пообещал Константин. — Что ещё?
— Замужество — это клетка! — не выдержала Мэйовин. — Я видела у нас, в Ирландии… Дети, дом, четыре стены! Все девушки бросают работу, когда выходят замуж. А те, кто не бросают, это только если мужья пьют… Вы пьёте, доктор Вольф? — подозрительно и без перехода спросила Мэй.
Константин даже поперхнулся.
— Нет.
Насколько могла судить Диана, доктор Вольф говорил правду. Ни Джон, ни Константин даже не глядели в сторону спиртного на праздничном вечере. Опыта в Ирландии хватило?..
— И дома не запру, — так же спокойно пообещал Вольф. — Захочешь — будешь сниматься и дальше. Или работать. Или не работать. Хочешь остаться в Нью-Йорке — остаёмся. Хочешь вернуться домой — я готов и на это…
— Нет, только не в Ирландию! — в ужасе выкрикнула Мэйовин, закрывая лицо руками. Рассыпались по белоснежным плечам медные кудри.
Мэй всё ещё не накинула пиджак, оставаясь в открытой шёлковой блузке. Кремовый цвет удивительно шёл к медным волосам, гармонируя с молочной кожей, а та часть юбки, которую Диана видела в зеркале, натягивалась на бёдрах уж слишком откровенно. У Дианы не имелось никакого опыта в обольщении мужчин, но, пожалуй, на обычный приём к врачу в таком виде не заглядывают.
Да ещё и в разгар зимы.
— Тогда что? — не выдержал Вольф, шагая к Мэйовин и разворачивая её лицом к себе. Сжал плечи, заставляя оторвать ладони от лица.
— Вы же протестант! — выпалила Мэйовин. — А я — католичка!
Вольф сел.
— Так не получится! — в отчаянии всплеснув руками, продолжила ирландка. — Это не считается! Честным замужеством не считается! Это то же самое, как если бы я родила ребёнка… без мужа!
И Мэйовин села тоже, вновь закрыв лицо руками. Разрыдалась, так, что по кабинету протянулся тонкий запах гари — предвестника беды. Выходит, Эвелин ничуть не приукрашивала: уж если маг-огневик не в силах совладать с собственной стихией, то бед такой маг натворит больше, чем пользы.
— Это всё? — тупо уточнил Константин. — Рост, внешность, финансы устраивают?
Мэйовин только горестно отмахнулась и снова разрыдалась.
— Вы… хороший, очень хороший… я бы… Я так сглупила! Вы думаете обо мне дурно… Я по глазам вижу — думаете! И не католик…
Вольф поднялся, снова шагнул к Мэйовин и присел перед ней уже на корточки. Сжал плечи и легонько встряхнул, заставив поднять заплаканные глаза.
— Не думаю, — ровно произнёс Вольф. — Я не думаю о тебе дурно, Мэйовин. И предлагаю это не только затем, чтобы твой ребёнок стал законнорожденным…
Изумрудные глаза с надеждой заблестели.
— Но не католик, — смято всхлипнула ирландка. — Как я вас тётушке покажу?
Ну, когда мы всё-таки приедем в Дублин…
— Кажется, я дождался знака, — пробормотал доктор Вольф, поднимаясь. — В соборе Святого Патрика на следующих выходных свободно, я узнавал. Пятая Авеню, знаменитый собор, богатая история. Достаточно приличное место для кинодивы?
Мэйовин, наверное, не поняла про знак, заслушавшись про собор, зато Диана сразу вспомнила тихую беседу на вечере у Ллойдов. Бывший викарий англиканской церкви никак не решался сменить конфессию…
Как он там говорил? Предпочитает скромный бриллиант вагону стекляшек? Что ж, похоже, доктор Вольф дождался знака и нашёл свою драгоценность.
А ведь Диана думала, что доктор Вольф шутит, когда сказал, что женится, как честный человек… на девушке, носящей чужого ребёнка. Похоже, и она, и Джон недооценили степень вовлеченности самого Константина в историю. Вот только состава преступления в ней никак не прослеживалось…
Диана тихо шагнула обратно за дверь, спиной в коридор, неслышно прикрывая за собой створку. И тотчас подпрыгнула, угодив в чьи-то крепкие объятия.
— Диана, — чуть хрипловато произнёс Джанфранко Медичи, смыкая на её талии кольцо надёжных рук. — Хвала небесам, вы живы!..
ГЛАВА 15. Картина преступления
«Гпупость — это мать преступления, но отцы нередко бывают гениальны»
Станислав Ежи Лец
Джанфранко, кажется, не собирался ни проявлять снисхождения, ни идти на переговоры. Всю дорогу к дому Ллойдов итальянец не выпускал её из объятий, наплевав на приличия, и Диана поймала себя на мысли, что совсем не возражает.
Даже неуверенно, на пробу, обняла итальянца в ответ, прикрывая глаза.
День выдался абсолютно сумасшедшим и, похоже, был далёк от завершения. Потому что детектив Ллойд, влив в себя живительный раствор доктора Вольфа, теперь горел желанием узнать всю правду до конца.
По крайней мере, тот её вариант, который могла им рассказать Мэйовин.
Такси, на котором ехали чета Ллойд и доктор Вольф с Мэйовин, остановилось у крыльца первым, и Джон тотчас выскочил наружу, подавая руку жене. Цепко проследил за тем, чтобы все пассажиры вышли, и рассчитал водителя, торопливо загоняя толпу в дом.
— Франко, — позвал Джон, оборачиваясь. — Вы идёте?
— Я полагал препроводить тебя до порога, детектив, убедиться, что больше ты не причинишь вреда окружающим, и отправиться с мисс Фостер домой, — сдержанно и без улыбки отозвался Джанфранко, не торопясь за остальными. — На сегодня, я считаю, приключений достаточно. Или у тебя ещё есть идеи, как убить мисс Фостер?
Диана почувствовала себя неуютно, но ей не так и не дали слова.
— Давай не сегодня? — вымучено предложил Джон, потирая забинтованный висок. — Правда, Франко, я очень старался всех уберечь…
— Так старался, что Диану едва не убили! — не сдержался итальянец. — Ты ведь не преминул ткнуть меня в то, что мы въехали в засаду, а сам…
— Ну так мы в расчёте! — через силу рассмеялся детектив, потянув Медичи за рукав пальто. — По одной попытке убийства мисс Фостер на каждого!
Медичи отмахнулся локтем так, что Джон не удержался и отшатнулся, едва не поскользнувшись на заснеженном тротуаре. Кажется, детектив удивился больше, чем расстроился, но Джанфранко уже осознал свою ошибку, когда со ступеней к ним буквально скатилась разъярённая маленькая фигура.
— Руками не размахивай, Франко, — громко приказала Эвелин, щуря ледяные глаза. — Холодно на улице, вдруг отморозишь? — воздух вокруг миссис Ллойд и впрямь замерцал, собираясь в острые, как лезвия, кристаллы льда. — А теперь марш в дом! Довольно с меня сумасбродной сестры, канители с убийствами и грабежами, подстреленного мужа и ревнивых друзей! И это ещё Виктор не в курсе, что Мэй вернулась… не одна! Мне есть, кому портить нервы, Франко, не присоединяйся к армии самоубийц!
Медичи всё ещё не двигался, явно остывая, и Диана мягко взяла его за локоть, ненароком прислоняясь к плечу.
— Пойдём, — попросила тихо.
Джанфранко, поколебавшись всего секунду, всё же послушался, и Эвелин вдруг усмехнулась, не то понимающе, не то с осуждением.