Ольга Погожева – Когда тают льды: Путь Велены (страница 8)
Прогулявшись к кустам и вернувшись, Велена отцепила флягу от пояса Дагборна, вынула затычку и принюхалась. Осторожно хлебнула и тут же сплюнула гадость на снег. Вино оказалось слишком крепким и отдавало горечью – не иначе, настаивалось на местных скудных травах. А то и вовсе – на хвое.
– Сам пей, – решила сикирийка, возвращая флягу на место.
Отойдя на несколько шагов, сбросила короткий разряд с пальцев, шепнув вслед обратную колдовскую формулу. Изморозь на посиневшей коже имперского легионера стремительно растаяла, позволяя щекам вернуть часть живых красок, и Дагборн тут же закашлялся, хватаясь руками за горло.
– Согласен, – приложившись к фляге и овладев собственным языком, хрипло заговорил он, – перегнул. Но твоё лицо, красавица… так хотелось стереть с него высокомерие и брезгливость… могу собой гордиться – получилось! Такой ты мне куда больше нравишься. Прости, – добавил Дагборн, сумев наконец сделать первый шаг. – Пожалуй, что заигрался.
– А если я всё расскажу твоему… нашему иммуну? – усмехнулась Велена. Если такие, как Дагборн, уважают только силу, то и у неё имелись слабости: она восхищалась людьми, признающими свои ошибки. – Он-то, кажется, не слишком жалует, когда кто пристаёт к местным женщинам…
– Не расскажешь, – усмехнулся Дагборн. – Ты из тех, кто вынашивает чёрные планы в себе, а затем вершит кровавую расправу по всем канонам последователей Тёмного. Как там говорят в Братстве? Месть – то блюдо, которое лучше подавать холодным?
Рассмеялся и запрыгнул в седло, не заметив, как исказилось лицо спутницы. Пересилив себя, Велена молча последовала примеру наездника, даже бездумно приняла протянутую им руку. Неужели по ней так заметно? Или развязный легионер ляпнул просто так, а попал в самую точку?
– Так ты меня прощаешь? – полуобернувшись, вскользь поинтересовался Дагборн. Перехватил поводья, встряхнул ими, вызывая недовольное шипение у Снежка. – Для меня это важно, красавица Велена.
Колдунья неловко пожала плечами, осторожно кладя ладонь ему на пояс.
– Не делай так больше, – предупредила она. – И считаем, что ничего не произошло.
– О-о, ещё как произошло, – возразил Дагборн. – Я-то прекрасно всё помню. Даже твоя заморозка не остудила… хм… пыла. Но это должно было случиться не так.
Снежок развернул кожистые крылья, встряхнул сильной шеей, и Велена крепче вцепилась в седло и пояс наездника, готовясь к взлёту. Дагборн оказался прав: даже её тело привыкало к неизбежному напряжению всех мышц, к предвкушению полёта и управлению – пока ещё на вторых ролях, за чужой спиной – крылатым чудовищем, навивавшем страх на сикирийцев, бруттов и даже альдов. Только безумные стонгардские головы могли решиться на подобное – ловить и приручать летучих монстров с горных вершин. Поговаривали, что у Сибранда Белого Орла уже поспевают первые поколения ящеров, рождённых среди людей – а значит, приручение становится всё проще, крылатые кони – всё послушнее, доступнее даже таким слабым наездникам, как она.
– Полетим быстро, – предупредил Дагборн, – держись.
Больше не добавил ни слова. Резкий толчок, прощание с землёй, головокружительная высота и качающиеся за крыльями виды тёмных лесов и голых белых холмов. А над головой – совсем рядом – стройные ряды тяжёлых серых облаков. Коснись рукой – и просыплются на уставшую от снега землю первые невесомые хлопья…
К тому времени, как они подлетели на каменный выступ короткой и широкой стены, высеченной в скалах, Велена совершенно замёрзла – не спасала даже тёплая, подаренная заботливым иммуном шуба. Страшно подумать, что бы с ней стало в сикирийком плаще! Снег повалил сразу, как только они оторвались от плато, а затем взбрыкнувший Снежок окунул их в спускавшийся с небес липкий туман, так что теперь оба напоминали ледяные скульптуры. Каким образом легионер не сбился с пути, направляя ящера, Велена не знала, но надеялась, что тот объяснит: верно, и ей придётся когда-то лететь сквозь непогоду одной.
У грубо оборудованного погранпоста с сигнальными жаровнями их уже встречали.
– Думал, ты уже не прилетишь, – подбрасывая угольев в прогоравший костёр, проговорил закутанный в плащ легионер. – Поручение?
– Вот, – Дагборн достал из-за пазухи плотный пакет, передал в окоченевшие руки. – А мы сразу обратно – вдруг успеем до того, как буря разразится.
– А-а-а, – пограничник прокашлялся, выглядывая из-за плеча Дагборна. – А это?..
– Одна из магов, присланных на службу в крепость, – с явной неохотой представил Велену тот. – Глаза спрячь.
– И не подумаю, – возмутился обледеневший пограничник. – Пока мы тут задницы морозим, ты…
– Отбиваю задницу о седло, собирая в небесах все осадки на свою кирасу, – перебил Дагборн. – Пока ты с товарищами в тёплом убежище отсиживаешься. Ещё померяемся?
Легионер махнул рукой, бросил хмурый взгляд на неулыбчивые горы, окружившие погранпост мрачной стеной.
– Тебя не переспоришь… Честь имею, госпожа маг, – буркнул на прощание, уходя с пронизывающего ветра под укрытие каменной сторожки.
– Сволочь, – буркнул Дагборн, помогая Велене снова забраться в седло. – Хоть бы обогреться предложил… Ты как?
– Летим обратно, – бесцветно откликнулась колдунья.
Легионер обеспокоенно глянул на спутницу, но без слов повиновался: и впрямь лучше поспешить. Назад летели быстрее ветра, так что у Велены голова закружилась от скорости и мелькавших под мощным телом ящера смазанных картин. В наползавших сумерках уже не различить, где дорога, а где река, где холм, а где поляна…
Забывшись, она ухватила Дагборна не за пояс, а за живот, тотчас поразившись тому, каким ледяным показался кожаный доспех под пальцами. Замёрз? Как бы поводьев из рук не выпустил…
Шепнула пару слов, сжала и разжала кулак, опутывая их огненной сетью. Дагборн дёрнулся от неожиданности, обернулся в седле, увидел отблески колдовского пламени в чёрных глазах спутницы и молча отвернулся. Окаменевшие мышцы под её пальцами мало-помалу расслабились, отогрелись от короткого заклятия. Велене не хватало сил на большее – уставшая, с затёкшими от неудобной позы руками и ногами, ноющими мышцами, голодная и полузамёрзшая, колдунья едва ли сумела бы защитить их, случись неприятелю напасть. Так только, отвлечь электрическим зарядом, пока Дагборн перебьёт их из своего лука…
– Ло-Хельм, – указал рукой наездник, а сердце Велены неожиданно подпрыгнуло: словно домой возвращались. Проклятая человеческая слабость! Как мало ей надо для того, чтобы радоваться убогому пристанищу! – Спускаемся!
Велена глянула вниз, в головокружительную бездну, где россыпью драгоценных камней на снегу горели окна северного городка, и где освещались обширные загоны и бараки, в которых уже спали крепким сном ящеры и свободные от службы легионеры.
– Мы запоздали, – с сожалением приметил Дагборн, вглядываясь сквозь мельтешащий в воздухе снег в вальяжных крылатых чудовищ, разминавшихся на площадке. – Твои товарищи вернулись раньше.
Велена не откликнулась: к тому моменту слишком устала для разговоров. Скорее куда бы то ни было, хоть к невестке иммуна, хоть к жене, да хоть к самому начальнику, только бы упасть на кровать и больше не шевелиться. Даже ужина не надо, Тёмный с ним…
– Почему так долго? – нахмурился иммун, как только оба спешились. Сибранд Белый Орёл поднялся со скамьи, едва Снежок тяжело ударился о землю, и встречал их в полный рост, недобро поглядывая на помощника. – Ты окружным путём к границе добирался?
– Буря, – легко отделался помощник, – вот и задержались маленько.
Велена с подозрением покосилась на Дагборна, но тот держался мастерски: если и обманывал их с иммуном, то делал это умеючи. Вот только закравшиеся сомнения теперь укрепились окончательно: и впрямь намеренно затянул время полёта подлый легионер.
– Это женщина – прирождённая наездница, – тем временем отчитывался Дагборн. – Столько часов пути – ни стона, ни упрёка. Даст фору некоторым из наших легионеров!
– Если завтра с ложа поднимется, – хмуро ответил иммун. – Посмотри: едва на ногах держится! Позже с тобой поговорю, – оборвал речь Сибранд Белый Орёл. – Идём, дочка. Вещи твои я захватил, так что в бараки возвращаться не станем: Дария, моя невестка, нас уже дожидается. А у меня дети дома без присмотра… Скорее, скорее!
Велена честно старалась – самой хотелось в тепло – но одеревеневшие мышцы словно налились свинцом, а тело противилось любому движению. Проклятое седло, омерзительный ящер, трижды проклятый Дагборн! Что будет завтра? Да она и впрямь с ложа не подымется… Видит Тёмный, давно бы сдалась, если бы не гордыня… и не Райко. Интересно, брат так же, как она, ненавидит в этот миг всё вокруг? Или радуется приключениям, как мальчишка?
– Доброй ночи, госпожа маг, – позвал со спины Дагборн. – Счастлив нашему знакомству!
Велена сделала вид, что не расслышала. Да и иммун подгонял всё нетерпеливее, уводя её подальше от бараков, загонов и сумбурных мыслей. Пожалуй, в этот миг колдунья была по-настоящему благодарна заботливому начальнику: что угодно, лишь бы избавил её от нервирующего присутствия своего лучшего помощника.
***
Дом Дарии располагался на самой окраине, то есть за древним жилищем старосты городка и чуть дальше от дороги. Иммун, проводив Велену до самой двери, мимо глухо рычавшего на цепи серого пса, нетерпеливо бахнул в створку кулаком, так что колдунья даже вздрогнула, и гаркнул во всю мощь лёгких: