Ольга Погожева – Когда тают льды: Путь Велены (страница 4)

– Он самый, – усмехнулся мужчина, обнимая второй рукой подбежавшего к нему светловолосого парня лет четырнадцати, который, в свою очередь, удерживал на плечах младшего мальчишку. – А это Олан и Эрик.

– Привет! – радостно помахал с плеч брата Эрик. – Как добрались? А мы вас выглядываем с самого утра!

Велена задержала взгляд на обрубках ног, за которые удерживал Эрика старший брат. Бедняга. Какая судьба ожидает калеку? Смерть – вот лучший выход для таких, как он.

– Красивая, – бездумно проронил Олан, разглядывая Велену в ответ. – Только злая.

Иммун шикнул на сына, ласково потрепал безмолвного Эрика по голове и велел всем убираться в дом.

– Скоро приду, – пригрозил напоследок. – Чтоб со двора ни на шаг!

Велена поймала быструю улыбку Райко: брат искренне наслаждался зрелищем. Сама колдунья никак не могла в себе разобраться: не то подкупал искренностью их непосредственный начальник, не то раздражал чрезмерной простотой. Кто встречает подчинённых в одном исподнем? Где имперский доспех, плащ с алой перевязью – символ власти – оружие, в конце концов? Если, конечно, в столь почтенном возрасте он им пользоваться не разучился.

– Часть вещей можете уже сейчас завезти в бараки, – предложил иммун, заглянув в сани, – я распоряжусь, помогут. А вы пока в харчевню к Хаттону – там и вода горячая ждёт, освежитесь с дороги. Дагборн так и говорил: по хорошей погоде к обеду доберётесь. Ничего не упустил?

Что и говорить: заботливый начальник сделал для новых подчинённых больше, чем мастера из родной гильдии, не снабдившие их даже мало-мальски полезными советами. Велена поймала на себе перекрестные взгляды столь же ошарашенных товарищей и нахмурилась. Как там говорится про бесплатный сыр?

– Упустил, – вспомнил иммун, скрещивая руки на груди. – Вы, дети, сюда неподготовленными – мне помощник доложил. Сказал, одежды тёплой у вас нет. В Ло-Хельме ещё мягкий климат – низина – а в крепости и у северного моря окоченеете в таких тонких накидках. Я велел вам шубы подготовить: завтра поутру доставят, прикинете. Вот теперь точно всё, – удовлетворённо кивнул человек-скала, даже не ёжась под порывами ледяного ветра. – Ступайте, а я в бараки наведаюсь, скомандую, чтоб с вещами помогли. Завтра поутру свидимся – отдыхайте.

Райко первым высказался, как только широкая спина ло-хельмского старосты скрылась из виду:

– Сильный зверь.

– Я с Сибрандом пару раз пересекался, – тоже подал голос возница, – так вот, попомните моё слово, из таких людей куётся лучшая сталь! Герой унтерхолдской битвы, иммун легиона и ловец крылатых ящеров, маг третьего круга… староста города, в конце концов! Да что там, – махнул рукой он, встряхивая поводьями, – всё меркнет перед тем, какой он человек. Я раньше с торговцами ходил… мальчонку-то безногого видели? Я работал возницей в том караване. Ещё удивился, зачем маленького калеку так далеко на север тащат… ан неспроста, выродки! Знали, что живёт тут золотой человек, который не бросит сироту, хотя у самого от проблем голова кругом…

– Так мальчишка приёмный? – догадался Стефан. – Иммун согласился его взять?

– Его никто не спрашивал, – нахмурился возница, направляя лошадей по единственной улице городка, – просто оставили младенца на месте стоянки, и дело с концом. Я про то не сразу догадался, а как узнал, тут же бросил проклятых торгашей. Да они в наши края больше и не захаживали. А Сибранд мальчонку нашёл, выходил…

– А те двое?

– Вот не знаю, не интересовался, – почесал в затылке возница. – Да вы не стесняйтесь, поспрашивайте – о великом человеке люди с большой радостью толкуют. Узнаете в таких подробностях, о каких сам обсуждаемый понятия не имеет!

Райко со Стефаном рассмеялись неожиданной шутке, растянула губы и Велена. Впечатления «великого человека» простой стонгардец в льняной рубашке, да ещё с оравой детей на руках, не производил. Но внешность обманчива – в свой двадцать один год молодая колдунья успела в этом убедиться. «Золотой человек» с наступлением служебных будней мог разительно перемениться: напускная приветливость частенько оборачивается жёсткой требовательностью и крайней неуступчивостью.

В то, что иммун обладает магической силой, равной их собственной, Велене и вовсе не верилось.

– Гостинец-то когда передадим? – нагнувшись в седле, негромко поинтересовался Райко.

Они уже подъезжали к местной харчевне, сани плавно скользили по утоптанному снегу, и Велена не сразу поняла, что из окон и дверей за ними наблюдает едва ли не весь захолустный городишко.

– Завтра и передадим, – коротко ответила колдунья, поднимаясь в санях.

К чему тянуть? Мастер Грег предельно ясно выразил свои пожелания: убедиться, что в Ло-Хельме нет Сильнейшей стонгардского отделения, госпожи Деметры Иннары, которая увидела бы скрытый в дарёном клинке тёмный дух, и без дальнейших промедлений вручить смертельный подарок Сибранду Белому Орлу.

– Добрались-таки, – поприветствовал пожилой харчевник, выглянув из дверей. – Староста предупреждал, что вы будете: вода нагрета, обед готов, пожалуйте! Да поскорей, пока не остыло!

Пока Велена выбиралась из саней и, как могла, помогала спутникам с выгрузкой вещей, в голову лезли самые странные мысли. Например, что нашла в диком варваре Сильнейшая стонгардского отделения? Иммун Сибранд, без сомнения, привлекательный мужчина, но – стонгардец и весьма посредственный маг… Чем он покорил бруттскую колдунью седьмого круга, благородную госпожу Иннару? Ради каких скрытых благ она согласилась стать его супругой? Животный магнетизм, не иначе. Мастер Грег выражался по-другому: говорил, что сама Сильнейшая стоит дикарей, которых защищает.

После слов наставника Велена окончательно перестала что-либо понимать в расстановке сил, мотивах и причинах человеческих поступков. Райко со Стефаном, к её досаде, и вовсе не пытались в этом разобраться.

– О мировой политике пусть думают жалкие обыватели, – отмахивался брат. – Наше дело – тёмные искусства и та несомненная польза, которую мы от них получаем. Если для того, чтобы постичь суть магии, нужно стать адептом Братства Ночи – я готов заплатить скромную цену.

– Осторожно, дочка, тут ступенька, – предупредил харчевник, помогая ей взобраться на крыльцо. – Вы не переживайте: народ у нас хотя и замкнутый, но вполне душевный. В прошлый раз, когда я принимал у себя под крышей магов, знакомство прошло… напряжённо, но в этот раз за вас поручился сам Сибранд… Может, вина с дороги?

Оборачиваясь перед тем, как зайти в харчевню, Велена поймала пристальный взгляд в спину: прохожий на улице остановился и отвесил ей короткий шутливый поклон. Помедлив, колдунья кивнула в ответ. Неразумно с самого начала портить отношения с правой рукой иммуна Сибранда, самоуверенным легионером Дагборном.

Ещё посмотрим, чем он пригодится Братству.

***

Велена всегда вставала с рассветом. Ни утомительный путь, ни физические неудобства, ни тревожная ночь не могли этого изменить. Это прекрасное время, когда мир ещё спит, и появляются бесценные часы превосходства: привести себя в порядок раньше всех, позавтракать в полной тишине, выслушать собственные мысли, подготовиться к грядущему дню. Когда они с Райко ещё жили в усадьбе тётушки Морин, благочестивая вдова всегда интересовалась, прочли ли они утренние молитвы. Велена не знала ни одной, но убеждала добрую родственницу, что читает по подаренному ей молитвеннику. По правде – ни разу и не открывала, переплёт сохранился в идеальном состоянии: дорогая кожа даже скрипела при касании. Почему спустя столько лет Велена всё ещё возила его с собой? Верно, потому, что это был подарок Райко: единственная вещь, которую он преподнёс сестре, да и то не без умысла.

– Забери, – впихнул он дорогую книжицу ей в руки. – Матушка только обрадуется, когда узнает, что я приобщил тебя к вере. Похвалит…

На этом добрые пожелания кончились, а она хранила молитвенник, как оберёг. Глупо для мага третьего круга, но Велена никогда не занималась самоедством.

Вот и сейчас, оглядывая длинный двуручный меч, завёрнутый в тряпицы, она не испытывала ничего, кроме слабого любопытства. Как примет подарок непогрешимый иммун?

Про Сибранда Белого Орла они наслушались ещё вечером, наслаждаясь обильным ужином и крепким вином в харчевне гостеприимного Хаттона. Поди ж ты, ни одного дурного слова – и это про человека, облечённого властью! Единственным упрёком послужило то, что их староста женился на бруттской колдунье – в глазах варваров-стонгардцев это оказалось едва ли не единственным его значимым недостатком.

– Но госпожа Иннара – хорошая, – сумбурно заканчивал невнятные придирки словоохотливый Хаттон. – Помогает…

Райко со Стефаном фыркали, как лошади, слушая местные байки, а Велена в очередной раз радовалась тому, что прекрасно владеет собой: отчего-то раздражали в этот вечер и грубые стонгардцы, заглянувшие на огонёк в харчевню – полюбоваться на приезжих магов – и обожающий Стефан, не сводивший с неё глаз, и даже родной, любимый Райко, с такой охотой увлёкшийся их малоинтересным, в общем-то, путешествием.

Тяжёлый засов на двери она подняла сама. Отодвинула, напрягая все силы тонких, не привыкших к грубой работе рук, и выскользнула в жадные объятия ледяного стонгардского утра.