Ольга Павлова – Жертва (страница 4)
— Рядом с вами лежит фляга с водой. Я бы посоветовал вам больше пить, это частично компенсирует дефицит жидкости в вашем организме.
Она нашарила пузатую фляжку и залпом выпила половину. Да, так действительно было гораздо лучше.
Страшно захотелось спать, но позволить себе это, находясь рядом с незнакомцем — сомнительная затея. Впрочем, если будет дергаться, то так и так вырубится... А незнакомец за время, что она провалялась без сознания, не выказал желания причинить ей вред. Видимо, ему от нее что-то нужно. Хотелось бы знать, что... Хотя сейчас это не так важно. Если Коростелева нужна ему живой, то ей пока ничего не грозит.
Она снова откинулась на спину и прикрыла глаза.
* * *
Антон обессиленно опустился рядом со Стеллой и позволил себе зарыться носом в густые темные пряди. Странное дело, вроде это отнюдь не первый раз в его жизни, но почему-то никогда раньше ему не было так хорошо с женщиной. Может, это оттого, что он впервые был собой? Не пытался казаться тем злобным уродом, чью маску был вынужден носить постоянно? Или из-за ее слов о том, что она больше всего в жизни хотела бы увидеть солнце? Или потому, что впервые он занимался этим в подобной обстановке?..
Какая разница?..
Антон Лири никогда не позволял себе необдуманных поступков. Не мог позволить. С самого детства его, как и всех, учили многому. Учили выживать в различных условиях, определять опасные зоны, стрелять и уходить от выстрелов. Но лучше всего учили другому... Бояться. Бояться центаврийцев, бояться старших по статусу, бояться друг друга. Нельзя поворачиваться к кому-то спиной, нельзя есть пищу, не проверив ее на наличие яда, нельзя говорить то, что думаешь...
А теперь все границы, все его страхи невольно отступили, и он ничего не мог с этим сделать. Или просто не хотел? Черт, ну неужели человек раз в жизни не может просто позволить себе быть счастливым?! Хоть на эти несколько часов?..
Безумным было абсолютно все. Начиная с того, чтобы снова прийти сюда, и заканчивая тем, что последовало после... Но, как Антон ни старался, он не мог заставить себя пожалеть об этом.
Стелла, все еще тяжело дыша, приподнялась на локте, отчего старый диван предупреждающе заскрипел, и заглянула ему в глаза. И впервые в жизни у Лири не возникло желания отвести взгляд.
Странно это. За разбитым окном идет все тот же кислотный дождь, воют все те же собаки, тускло освещает землю реактор, и все те же центаврийцы шастают по космическим просторам... А привычной тяжести где-то под сердцем отчего-то нет.
Он понимал, что все это ненадолго, что он не должен был себе всего этого позволять... Тем более так скоро, на второй день, ничего толком не зная о Стелле...
Но, черт возьми, у них осталось всего-то два месяца!..
Целых два месяца.
Глава 3
В окно вовсю светило солнце, деликатно намекая, что кое-кто опять проспал работу. Азаров, чертыхаясь, потянулся к будильнику. Ну что у него за привычка отключать сигнал в полусне?..
В ускоренном темпе приняв душ, он взялся за бритву, но, подумав, положил ее на место. Ну на фиг. Врача с щетиной пациенты еще как-нибудь переживут, а опаздывать больше, чем на полчаса — это уже просто неприлично. Он кое-как оделся и пошел заводить машину.
Персонал госпиталя встречал Азарова укоризненными взглядами. Вот черт, до кофе теперь можно будет добраться только в обеденном перерыве. Ну ладно, хорошо хоть начальству на глаза не попался!
С первыми тремя пациентами сложностей не возникло, диагнозы были очевидны, неопасны и лечились одним касанием аппаратуры. Азаров уже размышлял над тем, чтобы все-таки сбегать вниз к кофейному аппарату, раз уж ему сегодня так везет, но получилось, естественно, иначе...
Следующим в кабинет зашел молодой светловолосый парень, в котором доктор узнал Антона Лири. Не то чтобы они были близко знакомы, но во времена своей службы в космофлоте Азаров часто виделся с его матерью, заведовавшей лабораторией в научном отделе. По работе, естественно.
Больным Лири не выглядел.
— Доктор, доброе утро, — кивнул парень, заходя в кабинет.
Азаров кивнул, хотя был с парнем катастрофически не согласен. Ну какое же оно доброе, если даже кофе не дают спокойно выпить?
— Мне необходимо пройти стандартное обследование для вступления в космический флот.
— Господи, да что ж вам всем заняться больше нечем? Шестнадцатый за неделю... Гражданских скоро не останется! — пробормотал Азаров, доставая сканер.
Пациент уныло вздохнул. На флот его явно не тянуло, наверно, пихнуть парня в этот дурдом решила все-таки Алла, его мать. Ну, он мальчик взрослый, пусть сам с этим и разбирается.
Визуальный осмотр и сканер никаких отклонений не выявили. Оставалось проверить кровь на наркотики и прочую дрянь. И вот тут Азаров усомнился в собственной адекватности. То, что показывал прибор, было, прямо скажем, невозможно.
— Что за?.. — доктор еще раз сверил показатели, но надписи на дисплее и не думали исчезать.
— Что-то не так? — в голосе будущего рекрута слышались не то опасения, не то робкая надежда. Похоже, все еще верил, что сможет откосить...
— Да, в общем, все так. Но, может, ты сможешь мне объяснить, откуда у тебя в крови антитела к вирусу марсианской оспы?
Лири удивленно поднял глаза.
— Понятия не имею! Это опасно?!
— Абсолютно неопасно. Зато совершенно невозможно. В галактике это заболевание полностью искоренили больше века назад. А на Земле его и не было никогда.
— Ну... Я пару раз бывал за пределами планеты. Может, не везде искоренили?
— Везде, уверяю тебя. Ее легко отслеживать. Тем более, на территории Межпланетного союза.
— И... что мне делать? — растерялся парень.
Азаров пожал плечами.
— Тебе — ничего. Это не болезнь, и ты годен к службе. Справку я тебе дам.
"А вот мне теперь писать здоровенный отчет для вирусологов и устраивать углубленное исследование!" — мрачно подумал он. Вот что за черт, ну почему у него вечно все не как у людей? На фига он вообще стал делать этот тест, он же даже не обязательный! А теперь придется разбираться...
Вот вам и кофе!..
* * *
— На, полюбуйся! — Ирина включила экран. Тростин пробежал глазами текст.
Ах ты ж черт!
— Откуда это?
— Отчет доктора Азарова, —бросила она. — Выслан в комиссию по борьбе с инфекционными заболеваниями. Составлен по результатам обследования Лири Антона Сергеевича.
— Давно?
— Час назад. Черт! — женщина зло ударила по клавиатуре. — Ну почему он попал на обследование именно к Азарову?! Двадцать с лишним лет никто ничего не находил! А теперь этот умник все испортит!
Виктор попробовал успокоиться и посмотреть на вещи реально. Марсианская оспа — это ладно. Комиссия проведет пару дополнительных проверок, убедится, что опасности заражения нет, и успокоится. Тут риск не так уж велик. И все бы было ничего, если бы не одно "но". Тростин неплохо знал Андрея Евгеньевича Азарова. Доводилось как-то вести совместное исследование. Внимательный, зараза, въедливый... Если он уже понял, что с Лири что-то не так, хрен он теперь успокоится, пока не изучит все имеющиеся материалы. А учитывая довольно высокую квалификацию, он вполне может докопаться до правды. Антитела к давно побежденной заразе — полбеды. Если хорошо копнуть, у Лири в крови можно много чего интересного обнаружить...
— Думаешь, если все откроется, нашу причастность докажут? — спросил он, поднимая глаза от экрана.
Ирина непонимающе на него посмотрела.
— Я не собираюсь допускать того, чтобы все открылось! — отрезала она.
Что ж, этого и следовало ждать. Ирина Ковальчук не любила, когда что-то мешает ее экспериментам. Или кто-то.
— Тебе придется от него избавиться, пока дело не успело зайти слишком далеко, — констатировала она вполне обыденным тоном.
— Если ты ждешь, что я стану кого-то убивать, то зря, — предупредил Тростин. У всего есть пределы. — Ир, я психолог, а не киллер!
— Знаешь, думаю, следствие это оценит. Ну, когда будет арестовывать нас за Лири. Мы никого не убивали, значит, пожизненное нам точно не светит. Скорее всего, нас даже не посадят в тюрьму. Подозреваю, что это будет клиника для душевнобольных. Как тебе перспектива, м-м? Ты проведешь остаток жизни среди мягких стен, а какая-нибудь дурочка, знания и опыт которой рядом не лежали с твоими, будет приносить тебе пудинг, напичканный успокоительным. Кстати, палаты, как ты понимаешь, у нас будут разные, так что поговорить ты сможешь только с каким-нибудь выжившим из ума соседом... Но зато ты сможешь с гордостью говорить, что не убийца! Заманчиво звучит, правда?
— Замолчи. Прошу тебя, хватит!
Дьявол, как точно она описала его будущее! Уж лучше бы и правда смертный приговор... Да только его на Земле уж сколько столетий никому не выносят... Тут же гуманизм, мать его, развитое общество!..
И, если быть честным до конца, он ведь совершал вещи похуже убийства.
Ире не понять, для нее все это просто цифры на бумаге... Но он-то видел человека, которого они вместе обрекли на нечто гораздо худшее, чем смерть. Хорошо ей... Она может спокойно засыпать все эти годы. Ей не снятся глаза годовалого ребенка. Наука требует жертв?.. Но Антону Лири плевать было на науку! Черт возьми, он просто хотел домой! Чего еще может хотеть маленький ребенок, которого вытащили из привычного мира и засунули в этот ад?!..
Да, наверно, убийство, по сравнению с этим поступком, уже не должно казаться чем-то ужасным. В собственных глазах Тростину падать некуда.