Ольга Пашнина – Ученье – свет, неученье – смерть (страница 21)
Мы облюбовали самый дальний столик, чтобы ненароком не попасться никому на глаза. И сунули нос в книгу.
– «Свидетели Апокалипсиса», – прочитала я. – Спонтанно возникшая секта смертных, базирующаяся на идее апокалипсиса и пророчеств, его предвещающих. Основана… бла-бла-бла, список…
– Сенсеи апокалипсиса, – хихикнула кузина. – Ну и дурдом. Так, если верить инфе, то они считают, что апокалипсис уже давно стоит у ворот их мира.
Да знали бы они, какими усилиями мы эти апокалипсисы отодвигаем, чтобы лишней работы себе не добавлять!
– И апокалипсис очистит Землю, оставит в живых лишь достойных. Ну, то есть всех, кто принадлежит к секте. Поэтому они считают, что апокалипсис нужно подтолкнуть. В момент, когда все члены секты добьются просветления, Ангел Апокалипсиса должен подать сигнал о начале Великого Очищения. Ну а инструмент сигнала…
Кузина перелистнула страницу, и мы с удивлением узнали в рисунке трубу, что таскал с собой Анастас.
– То есть они назначили артефакт, поверили, что где-то ходит избранный, способный «позвать» апокалипсис, и теперь, все такие просветленные, ждут дискотеку? – с недоверием спросила я.
– Да, и, похоже, Анастас считает, что Ангел Апокалипсиса – это ты. Вот и просит дунуть в трубу.
– Там хоть один нормальный человек есть?
– А прикинь, правда? – заржала сестрица. – Дунешь – и придется папочке работать сверхурочно. Вот он не обрадуется, да?
– Ладно, Шерлок в простыне, что дальше? Мы нашли информацию о секте, но здесь нет ничего, что намекнуло бы на мотивы Голода и Нины. Зачем стрелять в Анастаса?
– Может, они стреляли в тебя?
– Я же бессмертная. Толку в меня стрелять, только бесить?
– Тогда не знаю, – сдалась София.
Тут я заметила кое-что странное и склонилась над книгой, чтобы присмотреться. От волнения даже ладошки вспотели!
– Здесь страница вырвана!
В книге и впрямь не хватало последней страницы, причем вырвана она была грубо, неровно и практически варварски.
– Извините, – я подскочила к библиотекарю, – вы не подскажете, кто брал эту книгу до нас?
Та строго посмотрела поверх очков, я даже поежилась.
– Зачем вам эта информация, юная леди?
– Да потому что вандалы у вас завелись, – буркнула я и продемонстрировала отсутствующую страницу.
Библиотекарь чуть не грохнулась в обморок. Из ее ноздрей в прямом смысле пошел пар, словно в дальних (или не очень) родственниках затесались големы.
– У вас есть копия? – осторожно спросила Софи.
– Разумеется, нет!
– А можно узнать, кто вносил данные в библиотеку? Ну… чтобы попробовать восстановить последнюю страницу.
– Ждите здесь, – бросили нам.
Ворча себе под нос, что студенты – зло и стоит сначала выдавать им дипломы, а уж потом допускать к серьезной литературе, смотрительница исчезла, оставив нас в гордом одиночестве.
– Ну что? – требовательно спросила Софи.
– Никаких идей. Возможно, Ма… кхм… магистр Смерть разберется, когда я ему расскажу. Сегодня же напрошусь на беседу.
– Да я не об этом! Ужин! Придешь?
С каким наслаждением я ей отвечала! Ради этого момента: вида перекосившегося лица кузины, стоило ждать столько лет.
– Нет, нет и нет. Ни за какие блага, Софи. Твоя свекровь – твоя проблема.
Не найдя, чем меня уколоть, сестричка просто кипятилась молча. Не так я представляла сладкую месть этому белобрысому недоразумению, но тоже сойдет. И на моей улице перевернулся кро-о-хотный грузовичок с пряниками.
– Боюсь, девушки, вам не повезло.
Минуту моего триумфа прервала библиотекарь.
– Данные вносил всадник. И сейчас он вряд ли согласится их восстановить.
– Голод, – догадалась я.
Почему у меня такое ощущение, будто я собрала пазл и все детальки стоят на своих местах, но общая картинка никак не складывается?
Глава 6. Смертельные обиды
Никогда не видела ничего хорошего в сравнении себя с героиней романа. Ибо, по моему скромному мнению, большей части трепетных созданий не хватает таблички «дура» во всю спину. Истеричные на пустом месте, глуповатые, склочные. Именно такими я видела дамочек из любимых книг бабушки. И вот сейчас я чувствовала себя именно такой литературной сущностью. А то, что я прекрасно понимала это, бесило еще больше. Вот спрашивается, кольцо на пальце у меня, живу с Максом я, но Хелен прибить все-таки хочется. Иррационально, из женской вредной ревности.
Свиток с просьбой подменить Макса и вместо его пары провести у первокуров практику теории смерти я получила, едва мы с Софией вышли из библиотеки. У меня еще оставалось несколько часов до отправления в мир смертных, да и приказы ректора не обсуждаются, так что я послушно вернулась в академию и второй раз за день поздоровалась с адептами.
Мандраж перед занятиями меня больше не бил, ничего страшного в преподавании не оказалось. Хотя я все равно не горела желанием продолжать славное дело в аспирантуре и потом преподавать. Мне бы в полевую работу, смертью… о том, что в полевой работе после меня круги на полях остаются и смертные заикаются, старалась не думать.
Я как раз записывала на доске темы для семестровых, когда сзади прозвучал звук сообщения из смертной социальной сети. Мелок в моих руках сломался с похожим звуком.
Ну я же просила! Хоть на беззвук бы поставили. Но каково же было мое удивление, когда, обернувшись, я увидела сидящую со смартфоном Хелен.
– Адептка Рид!
– А? – не отрывая глаз от экрана, пробормотала девушка.
То есть прошлась со мной до библиотеки, поделилась романтическими надеждами – и можно забить на пару?
– Отвлекитесь от игрушки, пожалуйста, у нас здесь занятие. К тому же смертная техника запрещена к проносу в наш мир.
– Сейчас, только видео досмотрю.
«Марш к ректору!» – едва не сорвалось с моего языка. Но в самый последний момент я рассмотрела бывшую смертную повнимательнее.
Мы, девушки, такие девушки, и уж точно не можем пропустить мимо внимания ювелирные украшения. Так вот, сколько себя помню, бывшая Макса всегда носила скромные серебряные гвоздики, а сейчас у нее в ушах покачивались крупные гранаты. Да и брови мы привели в порядок. И что-то мне подсказывало, что за пределами моей видимости на ней мини и чулки. Кажется, из смертного мира она притащила не только смартфон, но и стопочку любовных романов. Вооружившись советами из книжек про ректоров и студенток, Хелен явно решила брать ректорский кабинет, сердце и постель штурмом. А вот фигушки!
Дальше было как в смертном анекдоте: «Да пусть меня весь автобус отлюбит, но окно я не открою!» Адепты наблюдали за нами, пооткрывав рты. Это противостояние однозначно войдет в анналы истории. Хелен совсем перестала стесняться, и мелькнула у меня подлая мыслишка, что кто-то ей все же про нас с Максом слил. Вопрос только – кто? Уж не Фелька ли постаралась. Хотя где бы она с этой адепткой, будь она неладна, познакомилась? Ладно, разберемся позже. Сейчас было жизненно необходимо отстоять преподавательский авторитет.
Смартфон нахалки я просто расплавила. Горелый пластик противно завонял на всю аудиторию. В меня тут же исподтишка полетели неумелые проклятия, будто вычитанные наспех в какой-то книжке по магии для чайников. Я не нападала, только защищалась, а Хелен выходила из себя с каждой секундой все сильнее и сильнее. Она буквально замораживала меня своим взглядом. Оставалось всего десять минут до конца пары, я почти победила, но, как назло, везение не могло длиться вечно. Вместе с папой в аудитории появилось заклинание-лизун. И они просто не могли не встретиться!
Желатиноподобная желтая масса ровным слоем покрыла голову не ожидавшего такой подставы всадника.
– Адептка Рид! – рявкнул он так, что стены затряслись и люстра оопасно покачнулась. – Немедленно к ректору!
А с мини я угадала. Все же следовало признать, что Хелен весьма красива. Интересно, ее внешность, когда она была смертной, такая же?
А пофиг, какая разница? Я быстро кинула в сумку ежедневник, подхватила тубус со свитками и понеслась к выходу.
– Адептка Мор! А вы куда? У вас лекция!
– К ректору!
– Вас не вызывали!
– Я наказана.
– За что? – Папа вконец обалдел.
– За то, что с пары сбежала! – замкнула я логическую цепочку и резво поскакала предотвращать соблазнение Макса.
Ну да, признаю, головой я думала мало и плохо. Разумность, всколыхнувшаяся было по дороге в библиотеку, не то уснула, не то вообще сдохла. Власть над мозгом захватила ревность.
Не успела! Уже издалека была видна приоткрытая дверь приемной Макса. А на входе я наткнулась на секретаря, которая замерла с графином воды, заметив меня. Должно быть, видок тот еще.