Ольга Пашнина – Ученье – свет, неученье – смерть (страница 20)

– Не успела. У него… ммм… были дела.

– Что может быть важнее предательства всадника?!

Ненавижу, когда София права!

– Сегодня скажу, забей. Так зачем мы сюда притащились?

– Узнать, что за секта управляет нашим парнем. Здесь есть информация обо всех сектах смертных. Найдем нужную – найдем причину, по которой этот идиот таскает трубу. И, возможно, узнаем, почему Голод пытался его убить.

Трижды ненавижу, когда к Софии приходят умные идеи!

Одна проблема: зал легенд и верований насчитывал миллионы томов.

Чтобы не попасть впросак, при появлении новой секты или легенды мы тут же заносили всю информацию о ней в каталог и хранили – на всякий случай. Но этого добра было столько! В огромном зале в три яруса стояли стеллажи. На каждом по два-три десятка полок, и на каждой полке по сотне томов. Даже взгляда не хватало до конца зала.

– Чем могу помочь? – Скучающая библиотекарь привыкла к студентам, только они сюда и ходили, так что мы с Софией не вызывали подозрений.

Я скромно отошла в сторону: очаровывать сестрица умела как никто другой.

– Здравствуйте! – застенчиво улыбнулась она. – А мы тут ищем информацию по одной земной секте.

– Название?

Я порылась в смартфоне, где недавно искала адрес, и прочитала:

– «Свидетели Апокалипсиса».

Библиотекарь шустро зашуршала бумажками.

– Второй ярус, стеллаж двести семьдесят четыре, полка девятнадцать.

На всякий случай все записав, я призвала косу, чтобы взлететь к нужному шкафу, но была остановлена строгим окликом смотрительницы:

– Но-но-но! Никаких режущих предметов в моем зале!

– А как… – Я задрала голову, совершенно не представляя, как доберусь до нужной полки.

В ответ на это мне выдали табуретку.

– Прекрасно, летающая табуретка.

Софка откровенно забавлялась. Ее посох оказался вне санкций, и управлять им было сподручнее. Мою же табуретку то и дело мотыляло из стороны в сторону – такой старой она была.

– Косой я нанесу меньше ущерба, чем этим летающим куском бревна!

Сначала я немного нервничала, что нас увидит кто-нибудь из знакомых, но оказалось, библиотека в обычный рабочий день – чудное место, чтобы спрятаться. До пятницы, когда набирают литературу на выходные, еще далеко, понедельник, когда студенты прибегут в истерике, что не взяли книги в пятницу, тоже не скоро. А какой студент делает домашку в середине недели?!

– Интересно, – задумчиво протянула София, рассматривая корешки, – здесь есть подборка ядов?

Она протянула мне мятную конфетку.

– Напомни мне в ближайшее время к тебе на ужин не приходить, – пробурчала я, пряча конфету в карман – угощу как-нибудь бухгалтера.

– Да? – София будто всерьез огорчилась. – А я хотела тебя вечером позвать.

Я чуть с табуретки не упала.

– Что с тобой происходит? Прибежала ни свет ни заря в библиотеку, приглашаешь меня на ужин. Ты не заболела?

Пришлось Софке признаться:

– Ко мне сверникровь… тьфу, свекровь приехала.

Свекровь? Этот зверь был мне не знаком. Я знала таких монстров, как «папа-с-тобой-разберется», «мама-все-сказала», «бабушка-приехала» и «джульетта-мор-когда-ты-наконец-повзрослеешь». Хотя… взглянув на подаренное колечко, я подумала, что скоро с ним познакомлюсь.

– Ты хочешь, чтобы я за ужином ее убила? Не прокатит, она же бессмертная.

– Бессмертное зло! Мой муж – сын маминой подруги, а эта подруга, в свою очередь, – моя свекровь! И она меня ненавидит, так что это скорее она меня убьет.

– Ненавидит? – Я искренне удивилась.

Нет, я эту святую женщину понимаю, кузина кого хочешь до истерики доведет. Но обычно все в восторге от милой и ласковой Софии. Как матери, вырастившей магистра Жизнь, удалось раскусить сущность невестки?

– Во-первых, она считает, что я долго сплю. Говорит, что порядочная жена обязана вставать минимум за два часа до пробуждения мужа, чтобы приготовить ему завтрак и навести красоту. Иначе у него отобьется аппетит и пропадет потенция – если он увидит меня ненакрашенной.

Я фыркнула. Табуретка под задницей опасно задрожала, а София бросила в мою сторону злобный взгляд.

– Перед тем как муж уйдет на работу, нужно отутюжить его рубашку, чтобы он надел ее тепленькой. Затем нужно сделать уборку, приготовить обед и отнести его мужу на работу. К приходу благоверного вечером должна быть набрана горячая ванна, готов бокал его любимого вина и ужин – только-только из печи.

– А тапочки в зубах нести надо?

Я попыталась пошутить, но София взглянула на меня так, словно умоляла не подавать монстру в обличье бессмертной новых идей.

– А еще ее сыночке в постели не нужно усталое бревнышко, я должна радовать его как минимум гимнастической растяжкой. Гурман и эстет, блин. Как будто я не видела, как он трескает чипсы под пиво.

Я летела на дурацкой табуретке и думала о том, что мне повезло хотя бы в том, что папа не идеализирует Макса. А еще не держит язык за зубами, периодически выдавая компромат на коллегу. Так что мне, в случае непредвиденных боевых действий за место женщины в пищевой цепочке, есть что ответить. Например, напомнить историю, как за неимением коня глава всадников угнал из зоопарка зебру.

И все же я должна была догадаться, что некромант по имени Макс не кто иной, как магистр Смерть. Можно замаскироваться внешне, но повадки не скроешь.

– Ты можешь лететь быстрее?! – возмутилась Софи.

– Да, если пересяду на твой посох. Но, боюсь, под весом нас двоих он рухнет прямо на голову какому-нибудь книголюбу. Зачем я тебе за ужином? Или хочешь предостеречь меня от собственных ошибок?

– Не-е-ет, – усмехнулась Софи. – Ты наденешь свою толстовочку, накрасишь губы черной помадой и не будешь скрывать косу.

– Обломись, у бессмертных инфарктов не бывает. Максимум – испорчу твоей свекровке аппетит, но не уверена, что жрать твой мозг она от этого станет меньше.

Кузина отмахнулась. Табуретка зависла напротив шкафа и сменила направление: теперь мы летели в глубь зала.

– Я ее хорошо знаю. Она сразу начнет тебя поучать. Ты ей нахамишь, а я стану идеальной невесткой. По сравнению с тобой, конечно.

Помнится, однажды я уже была страшной подружкой, для Нины. И тот поход в театр для меня закончился в розовых кустах, а Макса вообще чуть не зарубили мечом. Хм, то есть после всех гадостей от сестрички я еще должна жертвовать ради нее вечером, выслушивая про себя кучу нелестных замечаний? Она меня совсем за идиотку держит?

– И что мне за это будет кроме халявной еды и несварения в ближайшей перспективе?

– Ну-у-у… – София надолго задумалась. – Я не стану портить ТВОЮ свадьбу.

Ха! Обязанность испоганить мою свадьбу я никому не доверю, разве что маме с бабушкой. Ну или на худой конец Офелии.

– Ну хочешь, я верну все одолженные у тебя вещи? Или… расскажу, где закопана твоя курсовая?

А я почти поверила, что ее сгрыз Цербер!

– О! Я сниму проклятие путаницы с твоих наушников и кроссовок!

– С прически своей его сними. Нет, нет и еще раз нет! Решай свои проблемы сама, мне хватает наших общих.

Я чуть не свалилась с табуретки, когда та резко тормознула у нужной полки. Вечность, сколько же здесь было книг! Тонкие, почти брошюрки, толстенные талмуды, крошечные миниатюрные книжки, книжки нестандартных форм и размеров. Еще и не на всех корешках написаны названия.

Ну никакой стандартизации. Ощущение, что данные о сектах вносили как кому вздумается. Так оно, наверное, и было.

– Интересно, по какому принципу они расставляют их? – задумчиво протянула София. – Точно не по алфавиту. Может, по году возникновения? Или по году обнаружения? Вот! Кажется, она!

Хиленькая у Анастаса оказалась секта, всего страничек двадцать, не больше. И папочка серенькая, невзрачная. Меня преследовало ощущение, что все это какой-то бред, что убеждения сектанта никак не связаны с покушением на него. Но других зацепок не было. Возможно, Макс найдет истинные причины.

– Давай спустимся за стол. Мне кажется, эта летающая деревяшка уже на последнем издыхании.

Почувствовав под ногами твердую землю, я с облегчением выдохнула. Сменить неудобную табуретку на глубокое кресло – разве что-то может быть лучше?