Ольга Пашнина – Последние стражи (страница 34)

В заточении бывшая почти первая леди Мортрума пробыла недолго, но сразу же стало заметно отсутствие повелительской крови – в отличие от нас с Дэвалем, на которых местная тюрьма произвела больше эмоциональный эффект, нежели физический. А вот Селин заметно похудела, осунулась и как будто бы растеряла всю свою яркость. Красота, пожалуй, осталась при ней, но копна некогда огненных волос лежала на плечах тусклыми выгоревшими прядями, а взгляд потух.

И мне стало ее жаль. Селин, конечно, сучка та еще, но Самаэль придумал для нее наказание в разы болезненнее, чем могла бы я.

– Она умеет открывать порталы, – пожал плечами Дэваль. – Мало ли когда и как придется сматываться. Мы действительно уверены, что Лилит не охраняет место, с которого началась ее история?

Пришлось признать, что он был прав, дар Селин мог нам пригодиться. Если она, конечно, его сохранила. Но раз она так уверенно собиралась с нами, то, наверное, имела на этот счет какую-то точную информацию.

– Если я не ошиблась с картой, – произнесла Шарлотта, – то место, куда когда-то прибыли Ева и Лилит, сейчас называется Байкальским рифтом. И находится…

– В России, – догадалась я. – Мама была оттуда.

– А что такое рифт? – спросил Ридж.

– Разлом, – ответила Селин. – После того, как миры разделились, остались разломы в тканях миров. На Земле это Сан-Андреас, Тихоокеанское вулканическое кольцо, озеро Киву, рифт Сусва и Байкальский рифт. Можно я взгляну?

Шарлотта растерянно протянула ей карту, а Дэваль многозначительно на меня посмотрел, мол, ну что, все еще недовольна?

– Это Ольхон. Остров Байкала.

– Если придется нырять, то я пас. – Шарлотту передернуло. – Ненавижу воду.

– Не думаю. – Селин покачала головой. – Вот здесь отмечена скала. Так в архиве помечают на картах места, в которых существует особая энергия. Местные придумывают о таких местах всякие легенды, но по факту это просто островки магии, которая осталась после раскола Пангеи. Местные считают, что в скале обитает хозяин Ольхона.

– Надеюсь, мы не найдем там логово Лилит, – вздохнула я. – Давайте уже ввяжемся в эту авантюру. Все лучше, чем сидеть и гадать, кто из нас останется последним.

Вчера я, вернувшись после катания, сунула нос в бумаги, над которыми сидел Дэваль. Сам он давно отправился спать и не знал, чем я занята.

От Мортрума ничего не осталось. Город-замок казался мне полупустым, но его стены худо-бедно защищали иных и души от прорывов из Аида. А вот те малочисленные поселения, что находились вне городских стен… Проводники, изучавшие движение душ по Стиксу. Стражи, патрулирующие пустоши. Мы не просто вымирали, мы доживали последние недели.

Честно говоря, я сомневалась, что поход к месту, где все начиналось, мог что-то изменить, но это было лучше, чем просто сидеть и ждать конца, отмахиваясь от назойливых постыдных мыслей, что, может… может, мы с Дэвом продержимся чуть дольше и успеем урвать себе хоть кусочек счастья? На фоне умирающего мира оно будет казаться слаще.

– Что у тебя в рюкзаке? – спросил Дэваль, пока Селин возилась с порталом.

– Ничего. – Я пожала плечами. – Просто минимальный набор для выживания. Мы ведь не знаем, во что превратила Землю твоя мать. Вдруг придется спать в лесу и жарить на костре белок? У меня есть спички.

– За этим ты ходила на склад?

– Ага.

И еще кое за чем. Но Дэвалю об этом знать было необязательно. Он вряд ли одобрит то, что я собираюсь сделать. А я хочу.

Наконец воздух перед нами задрожал, очертания предметов вокруг расплылись, и мы с Дэвалем первые вошли в открывшийся портал. В лицо сразу ударил свежий воздух. Очень свежий.

– Почему так холодно?! – взвыл Дэваль.

– Прямо как на дне океана, – поежилась Шарлотта.

– Хватит вам ныть! – отмахнулась я. – Вы бессмертные. Ты арахна, тебя даже сто лет под водой не взяли.

– То, что мы не можем расстаться с жизнью от холода, не значит, что его не чувствуем.

– Лучше посмотрите на это, – улыбнулась я. – Это Байкал.

Впереди на много миль простирался чистейший лед. В его толще виднелись белесые полосы, а в глубине чудились магические отблески. А может, и не чудились вовсе.

– Это самое глубокое озеро в мире, – произнесла Селин.

– Такое же глубокое, как задница, в которой мы находимся, – буркнула Шарлотта.

Полагаю, арахны привыкли к более теплому климату – сибирская зима превратила ее в настоящее чудище. В прямом и переносном смысле.

– Когда-то Байкал называли озером мертвых. Местные верили, что на дне есть бездонная пропасть, которая ведет в место, где скитаются темные души.

– Аид? – поежилась я.

Селин пожала плечами.

– Может быть, одна из прорех. А может, они просто боялись холода и глубины.

– Похоже, придется все-таки нырять, – мрачно предрекла Шарлотта и первая посеменила к скале. Ее лапы забавно цокали по льду.

– Что за звуки? – спросил Дэваль.

– Лед. Очень толстый. Температура меняется, он трескается. Но не бойтесь, зимой здесь даже танк проедет.

– У тебя в рюкзаке, часом, не коньки? – догадался Дэваль.

Я улыбнулась. Он, сам того не ведая, одновременно угадал и ошибся. В рюкзаке действительно помимо всего прочего лежали коньки. Но вовсе не для того, чтобы кататься по льду Байкала. Хотя раньше я отдала бы все за такую возможность. И, быть может, если нам удастся выгнать Лилит из смертного мира, однажды я узнаю, каково это: скользить по льду над тоннами воды, под чистейшим звездным небом, вдыхая морозный воздух исцелившегося мира.

Шарлотта вдруг остановилась, охнула и покачнулась.

Мы сорвались к ней, едва не поскальзываясь.

– Что такое? Ты кого-то видишь?

– Нет, – пробормотала она, – чувствую. Это место… в нем очень много магии. Невероятно много. Слышите? Это не лед… Это она. В его глубинах столько магии, что хватит на несколько миров.

– Но почему эта магия не убила природу? – спросил Дэваль. – Все, чего касается наша магия, умирает, гниет. Но здесь довольно красиво и живенько.

– Может, она убивает что-то другое? – предположила Селин. – Или просто действует слишком медленно, чтобы это было заметно. Посудите сами: арахны пришли в наш мир много сотен тысяч лет назад, сопровождали Пангею до раскола. Их магия влияла на мир веками, пока его не расколола. Этот процесс занял прилично времени. Может, мы просто не замечаем влияния этого места?

Я украдкой усмехнулась. Вельзевул так старательно выстраивал легенду о душах, хранящих немагический мир, веками забирал у всех магию. Но даже не пытался устранить реальный источник проблем. Или не хотел? Сказка про баланс души нужна была для управления теми, кто не мог уйти из погибшего куска Пангеи. А Лилит он любил.

– Нет… – Шарлотта посмотрела куда-то вдаль. – Нет… она уходит.

– Магия? – скептически поднял бровь Дэваль. – Куда?

– В разлом. Я не знаю, я просто чувствую, что с каждой секундой ее становится меньше. Ненамного, на капельку, с каждым днем, с каждым годом.

Шарлотта повернулась к нам.

– Это действительно озеро мертвых. Пропасть на его дне ведет не в мир мертвых, а в мир, откуда пришли арахны.

– И куда должны уйти, – закончил Дэваль. – И оставить этот мир в покое.

– Откуда ты знал? – Я повернулась к нему.

– Когда мы были маленькими, отец водил нас к Пределу. Обучал закрывать прорехи, выпускал оттуда темные души, заставляя нас загонять их обратно, снова и снова. Мы не спали ночами после таких тренировок, и мама рассказывала, как приходила в место, где все начиналось. Как чувствовала, что пустота и тьма зовут ее. И как отчаянно боялась туда вернуться. Она сказала, что просто перестала приходить – и тьма отступила. Но Вельзевул не позволил нам перестать.

– Прошу прощения, что влезаю в трогательную беседу о детских страхах, но как мы собираемся загнать туда Лилит? С учетом того, что в ее распоряжении все смертные души Земли. А в нашем…

Селин тактично кашлянула, не став продолжать, но и ежу было ясно, что она имела в виду меня.

– Это уже не такая нерешаемая задача. Выманим ее.

– И что дальше? Будем дружно топить? Или снарядим ее на батискафе с запиской «пункт назначения – мир арахн, возврату не подлежит»?

– Мне надо подумать, – откликнулся Дэваль. – И в тепло. Давайте все обдумаем в Мортруме. За бокал эссенции я готов отдать… Хотя у меня и так ничего нет, поэтому давайте просто разорим бар Самаэля. Он не будет против.

– Дайте мне еще пару минут, – попросила Шарлотта. – Здесь я становлюсь сильнее. Смогу спасти больше стражей.

– Селин, – тихо позвала я. – Иди сюда.

Мы сделали вид, что просто бродим по льду в ожидании, когда Шарлотта наестся магией.

– У всего есть цена, – сказала я. – У твоей свободы тоже.

– Не сомневалась.