Ольга Пашнина – Последние стражи (страница 22)

– Аида…

– Что?! – не выдержала я. – Говорите уже!

– Учебников, где рассказывалось бы, как контролировать Предел, не существует. Потому что контролировать его может только Вельзевул… и его наследница.

– И что вы хотите этим сказать?

Разговор приобретал неожиданный и очень неприятный оборот. Я чувствовала, куда клонят эти двое, но не собиралась облегчать им душевные терзания. Мне и так за них убираться.

– Если Вельзевул еще жив… Он ведь жив?

– Понятия не имею.

– Он может помочь тебе научиться, – сказал Ридж.

– Нет!

– Аида! От Предела зависит наше существование. Ты ненавидишь Вельзевула, и у тебя есть на это все причины. Но не позволяй ненависти мешать тебе.

– Дэваля тоже учили обращаться с Пределом! Скажи им! Ты же сможешь меня обучить!

К этому моменту Дэв как раз решил морально-этическую дилемму с оладушком, причем весьма патриархально: рассудил, что от меня не убудет помыть пару комнат, и сожрал сразу три из стопки на столе. Даже не подавился от пристального взгляда Хелен. Вот это выдержка!

– Я перестал существовать для отца раньше, чем меня допустили к Пределу. Он рассчитывал, что обучит тебя, и не тратил на меня время.

– За сотни лет тебя не учили контролировать Предел?

– Вельзевул не собирался умирать, – вздохнул Тордек. – Он думал, у него впереди много сотен лет. У него и у вас, Аида.

– Это не значит, что изучить Предел можно только при помощи Вельзевула.

– Но так будет проще.

– Не мне.

– Давайте вернемся к этому вопросу, когда Аида его обдумает, – миролюбиво предложил Тордек. – Что у нас дальше?

– Нужно выяснить точные планы Лилит. Что именно она хочет сделать с Мортрумом и как это связано с отсутствием новых душ. Начать лучше с этого. Нужно понять, почему в Мортруме больше не появляются души. Мне нужно вернуться и посмотреть. На Земле я была детективом…

Хелен тактично кашлянула.

– Ладно, собиралась быть детективом. Но суть в том, что у меня есть доступ в полицейский участок. Я влезу в их дела, найду какого-нибудь конченого отморозка, убийцу или насильника. Застрелю его и посмотрю, куда денется душа.

Лица присутствующих вытянулись. План понравился только Шарлотте.

– Аида, ты что, способна убить человека, просто чтобы посмотреть, что будет? – возмутилась Хелен.

Я не стала уточнять, что имела в виду одного конкретного. И сделала вид, что увлечена оладьями, хоть в меня они больше и не лезли.

– Ладно, не буду ни в кого стрелять. Полиция ежедневно выезжает на перестрелки. Я просто напрошусь в наркоотдел или в отдел по борьбе с организованной преступностью, дождусь, когда кого-нибудь отправят на тот свет, и посмотрю, что будет с душой. Слушайте, я была новичком в полиции, но я знаю, как все работает. Нам нужно знать, что происходит.

– Ладно, гениальный детектив, – подал голос Дэваль. К нему вернулся его привычный расслабленный и слегка насмешливый вид. – Отпустим тебя на задание, если правильно ответишь на три моих вопроса.

От волнения я даже выпрямилась и обратилась во внимание.

– Вопрос первый. Ты умерла недавно?

– Да, меньше месяца назад.

– Вы с Хелен умерли в одно время?

Я поморщилась. Хелен до сих пор не знала, как умерла. И мне не хотелось ей рассказывать. Но соврать не получится.

– Да.

– Тогда почему Хелен здесь, раз души не появляются в Мортруме?

Воцарилась гнетущая тишина. Я чувствовала себя как двоечник, который списал контрольную, но засыпался на дополнительных вопросах. И теперь очень не хочет признаваться в том, что экзамен провален.

Дэваль смотрел с видом победителя. Порой я по этому взгляду скучала, но сейчас определенно был не тот случай.

Я повернулась к Хелен.

– Как ты попала в Виртрум?

– М-м-м… Я помню, как ты вернулась домой и пошла в душ. Я подумала, что надо разогреть для тебя ужин.

Я тяжело вздохнула. Пока я была в душе и размышляла о том, как скучаю по конькам, папа вломился в дом, убил Хелен, а потом хладнокровно дождался, пока я спущусь.

– Потом помню, как оказалась где-то за городом. Было уже темно. Я была уверена, что задержалась на работе и должна добраться до дома до приезда Аиды. Неподалеку был прокат автомобилей, и я пошла туда. Было поздно, но они оказались открыты. Мужчина предложил мне красный «Мини-Купер». Это я помню хорошо: такую же машину купил мне твой отец, Аида.

Я с такой силой сжала оладью, что она превратилась в кашу.

– И тут я поняла, что у меня нет с собой ни прав, ни денег. Но мужчина любезно согласился меня подвезти. Так мы оказались в Мортруме. Он объяснил, что я умерла, взвесил мою душу. И сказал, что я должна провести некоторое время здесь, чтобы они могли принять решение, отправлять ли меня на перерождение или в Элизиум. Затем он посадил меня в лодку, отвез в Виртрум, где меня обучили работе. Потом Аида меня забрала.

– Кто именно тебя отвез? – спросил Ридж. – Что за мужчина?

– Не знаю. Он не назвал имя.

– А как он выглядел? Молодой, старый, приметы?

– Понятия не имею! Его лицо было скрыто капюшоном. Голос… пожалуй, не старый. Но и не мальчишка.

– Капюшоном? – нахмурилась я. – И тебя это не смутило? Не показалось странным?

– Столько всего случилось. Все было странно. Я даже не подумала, что это важно. Простите.

– Верховная обмолвилась, что Хелен – одна из последних душ, попавших в мир мертвых. Я не придала этому значения. А она не выказала удивления. Может, все же наведем там порядок?

– Верховная может быть и ни при чем. Она мало что знала. Самаэль установил свои порядки, возражать ему никто бы не решился. Привезли новую душу – значит, так нужно, – сказал Тордек. – Нужно поспрашивать проводников.

Я покачала головой:

– Это не просто совпадение. Хелен должна была здесь оказаться. Разве не странно, что, когда я попыталась потребовать освободить Дэваля, Верховная шантажировала меня именно душой Хелен?

– Она могла просто воспользоваться случаем и воспринять его как везение. Я не верю, что Верховная помогает Лилит, – сказал Ридж.

И, к моему удивлению, его поддержал Дэваль:

– Согласен.

В ответ на мой удивленный взгляд он пояснил:

– Она туповата.

– Мне так не показалось.

– Ее обыграла ты.

– Я ее напугала.

– Это тоже считается за победу.

– Погоди-ка, а в каком смысле «обыграла я»? Это что, признак глупости? Ты что, бессмертный?!

– Я думаю, страж Грейв хотел сказать, что если бы Верховная вела свою игру, она бы не позволила ему выйти на свободу. Это то, чего всеми силами пытался не допустить Самаэль.

Тордек снова выступил миротворцем, но я уже затаила зло и при случае собралась непременно отомстить.