Ольга Пашнина – Последние стражи (страница 15)

Я подхватила Верховную под локоть. К счастью, моя сила все еще была при мне, и против нее Елена ничего не могла поставить. Она пыталась вырваться, но, к моему удовольствию, безуспешно. Я подтащила ее к вагончику и заставила сесть. Повинуясь магии, колодки обхватили запястья судьи.

– Ты что творишь?! – процедила она сквозь зубы.

Ее глаза запылали яростью.

– Да ты еще глупее, чем я думала! Уверена, что это сойдет тебе с рук? Что, отправишь меня в Аид и посадишь на мое место Каттингера, готового выполнять любые твои капризы?!

– Честно говоря, это мне в голову не пришло. Кстати, а почему мне это в голову не пришло?

Соблазн был велик. Хлопнуть по вагончику, отправить Верховную к Пределу, где наверняка есть прорехи, а всем объявить, что судья решила подать в отставку и отчалила в кругосветное путешествие, вот вам новый Верховный. Вы, главное, от него красивых баб подальше держите, а то он им житья не даст.

Так проблема решалась гораздо проще и безопаснее. Но я все равно подхватила меч и села рядом. Вагончик, скрипя и трясясь, медленно тронулся. Елена в бессильной ярости пыталась освободиться, но решимость придавала магии сил, и ее попытки оставались тщетны.

Наконец она успокоилась. Когда за нашими спинами сомкнулась тьма.

– Я знала, что тебе нельзя верить.

– Но поверили. – Я улыбнулась. – Потому что хотели увидеть Вельзевула. У него была удивительная способность делать так, чтобы сильнейшие этого мира пытались заслужить его одобрение. Самаэль, Селин, Дэваль. Каждого он держал на поводке, в нужный момент отпуская подальше, давая иллюзию свободы. А потом приманивал и трепал по загривку – и они были счастливы. Вы такая же. Вы хотите его одобрения, даже зная, что он вас и узнает-то далеко не сразу.

– Он вообще жив?

Мне почудилась в ее голосе странная, как раз таки щедро окрашенная эмоциями, грусть. Может, Елена испытывала к Повелителю нечто куда более глубокое, чем уважение и преданность? Я бы не удивилась. Он и женщин притягивал, как огонь мотыльков. Сгорели все без исключения.

– Жив, конечно. Слеп, слаб и раздавлен. Живет в своем поместье во тьме и гордом одиночестве. А может, и не гордом, кто знает.

– И что дальше? Зачем ты едешь со мной?

– Увидите. Я не собираюсь отправлять вас в Аид и менять верховного судью. Более того, Елена, я сделаю все, чтобы вы… точнее, мы, из Аида выбрались живыми и по возможности невредимыми. Для этого я взяла меч и заручилась поддержкой одного очень интересного духа. Так что можете не переживать. Вечером покажу классный бар, пропустите стаканчик эссенции.

– Ты безумна. – Верховная покачала головой. – Ты сошла с ума.

А я и не стала отпираться.

– Да, скорее всего.

– Хорошо. Допустим, ты действительно собираешься вернуться, хоть я и не представляю, как это заставит меня передумать, потому что сейчас я скорее умру, чем стану плясать под твою дудку! А если не выйдет? Аид – непредсказуемое место. Что, если и ты там сгинешь, Повелительница?

– Значит, такова моя судьба.

– А как же Мортрум? Вельзевул умирает, его старший сын примкнул к Лилит, средний в заточении, а младший не способен управиться с властью. Что будет с миром мертвых, если ты сгинешь?

– Вы еще не поняли?

Вагончик резко остановился. Прикованная Верховная удержалась, а я едва не вылетела с сиденья.

– Плевать мне, что будет с миром мертвых. Если в нем нет Дэваля – значит, он не имеет права существовать. Идем! Очень советую идти за мной. Можете попробовать сбежать, но заблудитесь в тоннелях, и план с Риджем в вашем кресле станет реальнее, чем нынешний.

Но для верности я снова подхватила Елену под руку и потащила к мерцающему Пределу. Вельзевул давно покинул свой пост, и некому было держать двери закрытыми. Некому было латать дыры в завесе, а я этого не умела и – будем честны – не стремилась учиться.

– Остановись, Аида! – в последний раз попыталась урезонить меня Верховная.

Но я лишь подвела ее к самому Пределу, так близко, что от яркого света заслезились глаза. Протянула руку и коснулась края, возле которого начиналась тьма. И уже знакомая сила неумолимо потащила нас в темноту. В Аид.

Вернуться в Аид оказалось почти так же, как вернуться домой. Все же как бы я ни пыталась убедить себя и других в том, что хорошая, в глубине души знала: мне куда проще быть среди темных душ, чем среди тех, кого нельзя упрекнуть ни в одном прегрешении. Темные предсказуемы. Они понимают силу. Рядом с ними ты постоянно начеку.

А светлые, как правило, бьют в спину тогда, когда ты им доверяешься. Хотя, может, Элизиум меня удивит.

– Сюда, быстро!

Я потащила Верховную к нише в скале. Оставаться на открытой местности было опасно. Над головой послышались знакомые хлопки, и я улыбнулась: ворон не подвел. Он поможет не столкнуться с монстрами и выведет из Аида, когда я получу свое.

Под тенью красноватой скалы было прохладно. Краем глаза я заметила, как Елена поежилась. Странно, но я совсем не ощущала страх. Скорее, злость и решимость. Где-то вдали слышались знакомые хриплые вопли. Аид жил своей жизнью и еще не знал, что в него занесло тезку.

– Нам нужно место, откуда мы сможем их увидеть, – сказала я ворону.

Вспорхнув со скалы, на которой сидел, ворон направился куда-то в глубь пещер. А вот теперь я немного занервничала. Места под открытым небом казались более безопасными, хотя, конечно, это было не так. Я все же надеялась вернуться, несмотря на решимость погибнуть. Возвращаться придется через одну из прорех, а они посреди полей не открываются.

– Что в нем такого? – спросила Верховная. – Почему ты готова добровольно пойти на смерть ради него?

– А должно быть непременно «что-то»? Любят ведь не за что-то, а просто так. Потому что любят.

– Лишь те, кто неспособен остаться наедине со своими мыслями и разобраться в природе своих чувств. Любят всегда за что-то, Аида, равно как и ненавидят. Но не все готовы признаться. Ты уверена, что любишь его, а не себя в этой любви? Ты сейчас идешь туда ради него или ради себя, наслаждаясь тем, какая ты сильная бунтарка?

– Вообще, ради тебя, – буркнула я. – Чтобы больше не сомневалась в серьезности моих намерений.

На это Верховная только хмыкнула.

Вскоре дорога пошла вверх. Идти стало удобнее, а еще как будто вокруг стало светлее. Но я все равно была готова в любую минуту броситься в бой. Меч в руке с каждым шагом казался тяжелее, а едва затянувшаяся рана снова начала ныть. Я бы с удовольствием его выбросила, если бы была уверенность в том, что силы окончательно ко мне вернулись. Но возможности проверить все не представлялось, и я не жаждала ее активно искать. В глубине души я вообще надеялась, что удастся обойтись без демонстрационных поединков, хотя это и отдавало некоторой трусостью. Уж влезла в Аид – веди себя соответствующе.

– Почему всех вас так удивляет обычная готовность защищать свою семью? Я не делаю ничего сверхъестественного. Желание спасти и уберечь тех, кого любишь, – нормальное желание нормального человека. Вы что, совсем лишены этих чувств?

– Ты еще слишком юна, Повелительница. Однажды ты поймешь, что такая власть, которой обладаем мы, несовместима с любовью.

– До этого великого момента я успею рассовать всех, кого надо, по местам, где до них не доберутся такие, как вы.

Верховная определенно имела на этот счет свои соображения, но в непривычных декорациях терялась.

Тоннели кончились неожиданно. Просто в один момент вдруг вместо низких сводов пещеры над нами вновь появилось красноватое небо Аида. По коже прошелся сухой горячий ветер. А ведь в самом начале я представляла себе ад совсем не так. В фантазиях он был мрачным местом, полным тьмы и опасностей. А не безжизненной высохшей пустыней, испещренной подземными тоннелями и трещинами. Но, если вдуматься, это даже страшнее. Во тьме ты быстро учишься уходить в мир, который рисуешь себе сам. А здесь, даже закрыв глаза, видишь красноту.

И так легко представить в подобном состоянии Мортрум. Может, и эти скалы когда-то были дворцами, колоннадами и аккуратными домиками с горгульями, охраняющими входы.

– И зачем мы здесь?

Верховная окончательно растеряла уверенность, увидев, как внизу копошатся мелкие фигурки – темные души.

– Посмотрите на них, Елена. Только хорошо смотрите.

Я мертвой хваткой вцепилась в ее локоть и подтащила к самому краю скалы.

– Вот это – темные души. Вряд ли вы видели их, сидя в своем Виртруме. Вы отправляете в Аид совсем другие души. Они выглядят и говорят так же, как мы. Вероятно, многие из них пытаются вам понравиться или вызвать жалость, чтобы не отвечать за зло, которое совершили. Ну или за то, что вы назвали злом. Всю жизнь вы чувствовали свое превосходство над ними. В вашей власти были их судьбы. Вы никогда их не боялись, потому что стояли над ними, под защитой Вельзевула и арахны.

Словно по заказу, именно в этот момент монстры притащили какую-то тушу, в которую я не стала всматриваться, и принялись с истошными воплями рвать ее на части. Верховная попыталась было отвернуться, но я не дала.

– Смотри! Смотри на то, во что они превращаются после того, как ты отправляешь их сюда! Смотри, как они теряют человеческий облик. Смотри на их жестокость и жажду крови! Это уже не люди, это чудовища, которые голыми руками разрывают на части тех, кого ненавидят. Нас! Вон тот кусок мяса был стражем. Таким же иным, как вы. А может, душой, которая была достойна Элизиума! Теперь он мертв… но мертв ли? Мы не знаем, когда умирает бессмертная душа, возможно, в этих ошметках все еще теплится жизнь… Смотри!