Ольга Пашнина – Наследница молний (страница 22)
Народ сдуло мгновенно. Я еще сомневалась, относятся ли эти слова и ко мне, но Аннабет, порой соображавшая куда быстрее, схватила меня за рукав и потащила прочь. При взгляде на нее я резко вспомнила о прочитанном деле и снова устыдилась.
– Это было впечатляюще, но опасно. Теперь половина школы тебя ненавидит, потому что ты при всех обвинила богатеньких детишек в травле, а вторая половина школы уважает. Но исключительно из-под стола, потому что таких, как ты, здесь… ну, ты видела, в общем.
– Да пошли они все. Я устала, правда. Да, мне жалко Брину, мне жалко Бастиана, я скучаю по Эйгену и ненавижу Оллиса. Да, возможно, я виновата в том, что он сделал, может, я вела себя как-то не так или вообще должна была отказаться приходить в этот мир, но я не могу ничего исправить! И делаю ошибку за ошибкой, и…
Я вздохнула в кашу, махнула рукой на молоко и выпалила:
– Я влезла в твое личное дело в кабинете Кеймана.
Почти зажмурилась, ожидая возмущенного вопля. Но Аннабет даже подпрыгнула на стуле.
– И что там? Там есть сведения о родителях?
– Нет, только адрес приюта, который ты и сама знаешь. Но есть еще кое-что. Ты сказала, что попала в школу бесплатно, да?
– Да, магистр Ленард продвинул меня на стипендию. А что?
– Он тебе наврал. Ты учишься по полному контракту, за тебя платит Ленард.
Аннабет застыла, не донеся ложку до рта.
– Зачем?
– Понятия не имею. Он не может быть твоим отцом?
– Нет! – Аннабет рассмеялась. – Нет… мы ведь не похожи. Вообще…
Но в ее глазах все же промелькнуло сомнение. Я не стала подливать масла в огонь, рассказывая, что тоже совершенно не похожа на мать. В свете намеков Арена Уотерторна этот аргумент можно считать сомнительным.
– Знаешь, я бы даже поверила, что магистр мой отец или другой родственник, но откуда у него такие деньги? Обучение в школе не потянуть магистру. Да, им платят больше, чем преподавателям в школах стихий, но не настолько, чтобы выбросить свой годовой заработок на обучение ребенка. Не голодает же он!
– Мысль интересная, – задумалась я. – Может, ему кто-то дал денег?
– Зачем?
– Ну… например, Ленард не случайно с тобой встретился. И не пожалел сиротку, а искал именно тебя по поручению твоих родителей. Они не хотят светиться, поэтому передали ему деньги и наказали тебя найти.
– Почему Ленарда? А не детектива?
– Понятия не имею. Надо припереть его к стенке и заставить все рассказать. Ну… если хочешь.
– Я не знаю. Одно дело – искать родителей, которые, возможно, умерли или не смогли меня воспитать. А другое – лезть туда, где кто-то неизвестный может запросто отдать такие деньги для обучения брошенной дочери. Или… как думаешь, это может значить, что им не все равно?
– Да, пожалуй, – после долгой паузы ответила я. – Возможно, им стыдно за то, что бросили тебя. Возможно…
– Что ты творишь?! – раздался рык Бастиана.
– Ем кашу, – ответила я.
– А? – Аннабет удивленно на меня уставилась, а я глазами покосилась туда, где сидел огненный король.
– Что ты сказала Брине?!
Я огляделась, но сестрички ди Файра в столовой не нашла.
– Спроси у нее, что она сказала мне. Хватит быть нянькой, Бастиан, мы с Бриной разберемся без тебя. Иди в подземелье, лязгай цепями. Или чем там еще привидения занимаются.
– Как думаешь, это Оллис разрушил монумент? – вдруг спросила Аннабет, и я вздрогнула.
За собственными переживаниями о несправедливости местной элиты я совсем забыла о буйстве цветов в холле и разрушенном памятнике. В том, кто это сделал, сомнений не было, вопрос только – как? Защищенная со всех сторон школа, Кейман, готовый рвать и метать, меры безопасности, магия, на худой конец, толпы адептов, которым дай волю побухать и пошататься среди ночи. Никто не услышал грохот, не заметил постороннего?
Либо у Акориона есть и другие помощники, либо даже Кейман не способен защитить школу. И придется сражаться в одиночку.
– Может, и Оллис, – наконец сказала я. – А может, кто-то решил поиграть. Я здесь уже ничему не удивляюсь. Но если кто-то издевается так, то Кейман его найдет, а вот если Оллис… я не хочу думать о том, что он где-то в школе.
– Думаешь, школу могут закрыть?
Закрыть? Я поперхнулась кашей. На миг вообразила, как ворота школы закрываются, отрезая меня от счастливого магического будущего, а я… в лучшем случае я иду в дом Кеймана, а в худшем – возвращаюсь на Землю, наверное. Вот будет умора.
И все же слова Брины достигли нужных ушей. Пока я шла к раздевалке и готовилась к тренировке, поймала не один и не два настороженных взгляда. Если раньше меня связывали с бойней, устроенной Оллисом, на уровне слухов и страшилок, то сейчас определенная мнительная часть адептов получила вещественное подтверждение того, что от меня лучше держаться подальше.
Да и плевать. Я сама-то не уверена, что это не так.
Злость и обида на вселенскую несправедливость – хорошее топливо для спортивной злости. Это была не первая тренировка по крылогонкам, но первая, на которой у меня почти получилось пройти полосу препятствий. Я лишь в конце коснулась светящейся линии и не успела развернуться, вылетев за пределы полосы.
На фоне солнца крылья казались черными и немного устрашающими, напоминали о снах.
– Хорошо, Шторм! – крикнул капитан. – Отдыхай пока.
Сидеть просто так на травке не хотелось, и я отлетела подальше, смотреть, как тренируются на занятиях по водным спускам. В чем-то этот спорт очень напоминал серфинг, разве что серфингисты ловят волны, а водные маги – крутые пороги почти горной реки.
Дальше начинался лес, но занятий там сегодня не шло. Хотя пару раз мне показалось, как будто что-то темное мелькнуло в чаще. Но сколько бы я ни вглядывалась, ничего рассмотреть не сумела. Настроение было испорчено в хлам увиденным в холле, тренироваться больше не хотелось. Вообще, хотелось забиться под одеяло и жалеть себя, но впереди еще ждала пара артефакторики. На ней надо представить задание на семестровку, а значит, прогулять не выйдет.
На мое счастье, над школой снова сгустились грозовые тучи. Они, казалось, совсем не зависели от сезона и погоды. Солнечное утро, морозный день, дождливая ночь – что бы ни было за окном, порой шторм накатывал внезапно и стремительно. Не зря, наверное, королевство назвали Штормхолдом.
– Закругляемся! – крикнул капитан. – Похоже, ливанет!
Вместе с водниками мы дружно поплелись в раздевалки.
– Девчонки, – сказал кто-то из толпы, – идемте в сауну. Деллин, ты пойдешь? У нас еще полчаса до пары, как раз отдохнем.
Заманчивая идея погреться после тренировки спорила со здравым смыслом, который полагал, что после сауны, да с недосыпом, я вообще потеряю способность воспринимать информацию на парах.
Но еще вдруг стало очень приятно, что меня вообще куда-то позвали. И строить из себя Снежную королеву на данном этапе не слишком разумно.
– Да, пожалуй, сходила бы с удовольствием.
В школьной сауне я была всего пару раз, еще до начала учебного года. Но, кажется, понравилось.
– Ой… – вдруг меня посетила очень неприятная мысль. – Знаете… э-э-э… я, наверное, воздержусь. И вам советую.
– Почему? – нахмурились девушки.
Почему… как бы им объяснить-то?
– Я недавно слышала, что третьекурсники подглядывают за девчонками в сауне с помощью каких-то артефактов.
– Вот идиоты! – возмутилась светленькая водница.
– Да, это в их духе.
– А я не против! – хихикнул кто-то. – На третьем курсе все симпатичные.
– Ага, особенно Барри. Тот, который с вечно грязными волосами и соплями. Будет смотреть на тебя, наматывая сопли и слюни на кулак.
– Фу-у-у, ну зачем ты мне о нем напомнила? Теперь я тоже не хочу.
– Девочки, дождь!
Мы дружно рванули в школу, но о сауне, к счастью, никто больше разговоров не вел. Моя команда, пока мы болтали, переоделась и разбрелась, так что в раздевалке я осталась одна. Чем не преминул воспользоваться ди Файр.
– Ну и зачем ты это сделала? – недовольно поинтересовался он.
– Сделала что?
– Обломала мне шоу! Не хочешь ходить в сауну – не ходи, других зачем отговаривать?
– А затем, внучек, – я сымитировала бабуськин голос, – срамота все это, непотребщина!